Мисс из Бата

Хейер Джорджетт

– Ну вот, мое бедное дитя! Вам скоро станет легче, обе­щаю! Вы славная смелая девочка!

Уэйнфлит внес бедняжку в пустую столовую, положил на деревянную скамью с высокой спинкой и, пока лакей бегал за хозяйкой, осторожно стащил сапожок с быстро распухающей ноги. Как он и боялся, Нэн вновь упала в обморок. К тому времени, когда она пришла в себя, она уже находилась в отдельной гостиной. Открыв глаза, девушка обнаружила, что лежит на софе. Рядом стояла дородная женщина и держала у нее под носом горелые перья, а две служанки прижимали к больной лодыжке мокрые тряпки.

– Ну вот, так-то лучше! – бодро произнес сэр Чарлз. – Ну-ка давайте, дитя

мое!..

После этих слов мисс Массингхэм почувствовала, как ее голову приподняли. Она выполнила команду открыть рот и вы­терпела очень неприятную процедуру: ей влили изрядную порцию неразбавленного бренди. Девушка закашлялась, на глазах выступили слезы.

– Ну-ну! – ласково проговорил сэр Чарлз, успокаивающе похлопывая ее по руке, – Не плачьте! Скоро вы почувствуете себя намного лучше!

Мисс Массингхэм была жизнерадостной девушкой, и скоро действительно ей стало легче. Местный хирург, привезенный одним из конюхов после продолжительных поисков, вновь за­ставил ее изрядно помучиться, но когда он заявил, что хотя ло­дыжка и сильно растянута, все кости целы, девушка приобод­рилась и решила, что легко перенесет дорогу до Спинхамлэнда.

Но теперь эта поездка стала невозможной по нескольким причинам. Нэн Массингхэм после такой травмы вряд ли была в состоянии преодолеть тринадцать миль в открытом экипаже, и к тому же, короткий зимний день подошел к концу, и пова­лил густой снег. Сэр Чарлз вынужден был сообщить своей под­опечной, что им придется заночевать в «Медведе».

– По правде говоря, – призналась Нэн, – я очень этому рада! Боль понемногу проходит, но все-таки будет лучше, если я наберусь сил перед дорогой.

– Совершенно верно, – согласился сэр Чарлз с кривой улыбкой. – Но так как миссис Фиттон наверняка забьет трево­гу слишком поздно, чтобы можно было возвращаться искать нас, я решил сообщить владелице гостиницы, что вы моя млад­шая сестра.

– Но это просто замечательно, сэр, – радостно воскликнула Нэн, показав этими словами одновременно и наивность, и женскую мудрость, – поскольку доказывает, что я наконец стала взрослой леди.

– Позвольте вам указать, – сурово заметил ей сэр Чарлз, – что если бы вы воздержались от покупки этой возмутительной шляпы, мне бы не пришлось прибегать к этой уловке! Никогда в жизни я еще не сталкивался с таким капризным и своевольным ребенком, как вы, Нэн!

– Я доставила вам столько хлопот, сэр! – печально кивнула Нэн Массингхэм. – Вы очень сильно сердитесь на меня?

Чарлз Уэйнфлит рассмеялся.

– Нет. Но вы все испортите, если назовете меня «сэр» в этой гостинице! Помните, что я ваш брат. Вы должны называть меня Чарлзом!

5

Ночной отдых вернул мисс Массингхэм ее обычное жизне­радостное настроение. Она плотно позавтракала и выразила надежду, что Герцог, в чьей компании сэру Чарлзу пришлось провести неспокойную ночь, не помешал ее покровителю от­дохнуть. После этого Нэн продемонстрировала Чарлзу лег­кость, с которой могла, правда, опираясь на палочку, прыгать на одной ноге. Сэр Чарлз открыл шторы и облегченно вздох­нул, увидев, что снега выпало не так много. Он велел девушке спокойно посидеть на софе, а сам спустился во двор, чтобы про­следить, как будут запрягать лошадей. В гостиницу Уэйнфлит вернулся через заднюю дверь. Он вошел в холл и замер, как вкопанный, при виде очаровательной молодой женщины, ко­торая только что появилась в гостинице с главного входа.

Леди тоже увидела его и радостно воскликнула:

– Чарлз!

Ты здесь?

– Альмерия! – ответил ее жених голосом, в котором, однако, не слышалось особого восторга.

– Но как такое могло произойти? – спросила ее свет­лость, подходя к сэру Чарлзу с протянутой рукой. – Неужели ты приехал сюда, чтобы встретить меня? Знаешь, нам при­шлось переночевать в «Пеликане». Если бы не порвалась по­стромка, мы поехали дальше и обязательно разминулись. Но ты напрасно проделал такой долгий путь, чтобы встретить ме­ня, мой дорогой Чарлз!

– Мне стыдно признаться, – несколько смущенно прого­ворил Чарлз, целуя, как положено жениху, протянутую ру­ку, – что в мои намерения не входило встретить тебя. Я на­правляюсь в Лондон… на деловую встречу, которую никак не могу пропустить.

Леди Альмерия с любопытством выслушала объяснение и уже собиралась поинтересоваться подробностями этой встре­чи, когда по лестнице спустилась владелица «Медведя» с ог­ромным валиком в руках.

– Это как раз то, что вам нужно, сэр! – объявила она. – Он валялся на чердаке много лет, но я убеждена, что молодая леди с радостью воспользуется им. Она у вас такая красавица. Я сама прослежу, чтобы валик правильно уложили, – с этими словами добрая женщина вышла через заднюю дверь во двор. Сэр Чарлз, который на мгновение от досады прикрыл глаза, вновь открыл их и обнаружил, что невеста не сводит с него пристального неприязненного взгляда.

– С тобой молодая леди? – ледяным тоном осведомилась Альмерия, сузив глаза.

– Ну да! – вынужден был признать сэр Чарлз. – Я сопровождаю домой из пансиона в Бате внучку старинного друга.

– В самом деле? – язвительно произнесла леди Альмерия, и ее брови насмешливо приподнялись.

– О Господи, Альмерия! – нетерпеливо воскликнул Чарлз. – Напрасно ты ведешь себя, как Сара Сайднэ! [3] Она еще совсем дитя!

– Что-то я раньше не замечала, Чарлз, чтобы ты заботил­ся о детях! Могу я поинтересоваться, почему ей потребовался валик? Грудной ребенок, насколько я понимаю?

3

Сара Сайднэ, урожденная Сара Кембл (1755—1831), английская актриса

– Да нет, всего-навсего беспечная школьница. Просто вче­ра ей не повезло, и она растянула лодыжку.

В этот неудачный момент Нэн, одетая в дорожный костюм, появилась в холле, прыгая на одной ноге. За ней бежал Герцог. Девушка весело объявила, что готова отправляться в путь. Герцог, заметив, что дверь на свободу открыта, бросился к ней.

– Чарлз! Остановите его! – закричала Нэн Массингхэм. Сэр Чарлз приказал щенку остановиться таким грозным го­лосом, что тот насмерть перепугался и замер на месте. Прежде чем Герцог пришел в себя после испуга и вновь ринулся к от­крытой двери, сэр Чарлз проворно схватил его и сунул под мышку.

– Вы напугали его! – упрекнула Уэйнфлита Нэн. И толь­ко теперь она обнаружила в комнате незнакомую леди. На гу­бах незнакомки играла презрительная улыбка, и она холодно изучала мисс Массингхэм. Нэн бросила вопросительный взгляд на сэра Чарлза.

– Значит, это и есть твоя школьница! – язвительно про­изнесла леди Альмерия.

Сэр Чарлз, прекрасно сознавая впечатление, которое не мо­жет не произвести шляпка мисс Массингхэм, печально вздох­нул и приготовился пуститься в (он с сожалением должен был признаться про себя) совершенно невероятные объяснения обстоятельств.