Мистер сыщик
Шрифт:
– А вам не кажется, что литр - это много для одного человека?
– Смотря для кого. Наш боцман был бездонным вместилищем этой отравы. Он мог выпить много.
– Понятно. А вы пьете?
– Только не водку и не в таких количествах. Я предпочитаю слабоалкогольные напитки, вино, пиво, редко коньяк.
– В коридоре вы с боцманом не разговаривали?
– Это он со мной пытался поговорить, но я пожелал ему спокойной ночи и направился в свою каюту. Только не спрашивайте меня, о чем этот пьяница мне говорил. Я не прислушивался к его бессвязной речи.
– Он не упоминал парашютистов?
– Нет.
– Откуда вы знаете, если не прислушивались
– Слово "парашютист" я бы расслышал.
– А вы когда-нибудь прыгали с парашютом?
– Было дело в армии. Я служил в десантных войсках.
– Вас не удивляют мои вопросы?
– Нет.
– Вы немногословны. Кто вам сообщил о смерти боцмана?
– Капитан позвонил утром ближе к девяти, я как раз собирался на завтрак.
– Хорошо, у меня больше вопросов нет. Подпишите протокол у Ольги, и я вас больше не задерживаю.
Так называемые свидетели сменяли друг друга с периодичностью в пятнадцать минут, но ничего нового я больше от них не узнал. Один из матросов вспомнил, что утром около семи часов из иллюминатора, расположенного над его кубриком кто-то выбросил мусор, тем самым, подтверждая слова Романа Семенова. Еще один матрос видел в полночь пьяного боцмана, возвращающегося к себе в каюту. Апартаменты третьего и четвертого помощников капитана были соседними с каютой Краснова, но все мои попытки расспросить помощников о предполагаемом времени преступления оказались тщетными. Никто ничего не слышал и не видел. Александр Усов обнаружил боцмана мертвым, когда зашел к нему в половине девятого утра за щеткой для обуви. Александр был самым младшим членом команды, если не считать матросов и мотористов. Он недавно закончил морскую академию. Поэтому в своих свидетельских показаниях парень путался, его лоб покрывался испариной, а руки дрожали, как у потомственного алкоголика. Вряд ли у юноши был актерский дар, поэтому я вычеркнул его из списка подозреваемых в тот момент, когда увидел. Третий помощник капитана Сергей Шевченко держался намного лучше. Но, отвечая на мои вопросы, он тоже волновался и поправлял свои пышные рыжие усы. У старшего помощника капитана Гусева было алиби, во время предполагаемого совершения преступления он находился на мостике и нес вахту. Список подозреваемых продолжал уменьшаться. Все механики и мотористы в полном составе с семи до девяти утра находились в машинном отделении, исправляли какую-то неполадку.
Не приблизил меня к разгадке этого преступления и судовой врач. Георгий Сухов, отличительной чертой которого были огромные глаза, прикрытые очками в золотой оправе, имел большой медицинский опыт, но с убийством столкнулся впервые.
– Скажите, Георгий, боцман часто обращался к вам за медицинской помощью?
– Никогда не обращался! Его ведь у нас прозвали "Красным бугаем" не за красивые глаза. Боцман был здоров как бык, в старину о таких говорили: мог подковы пальцами гнуть.
– Я просил вас осмотреть тело и сделать медицинское заключение.
– К сожалению, до вскрытия ничего нового сказать не могу. Смерть наступила от колотого ранения в область сердца. Боцман, скорее всего, умер мгновенно.
Напоследок я беседовал с капитаном. Сергей Леонидович поддерживал с боцманом только рабочие отношения, изредка обедал в его компании, но никогда не пил с ним водку. Капитан узнал о смерти Краснова, как и полагается, одним из первых. Он находился в своей каюте, когда Александр Усов прибежал к нему с этой новостью. Я попросил капитана, чтобы он разрешил мне осмотреть каюты предполагаемых
В общем, расследование топталось на месте. Мне повезло только в одном, в день отплытия боцман был не единственным, кто купил газету "Уголовные хроники", несколько пассажиров последовали его примеру. Поэтому я в обществе Ольги решил пообедать в ресторане, а заодно и почитать газету, которую одолжил у одного из любителей криминального чтива.
– Есть что-нибудь интересное?
– поинтересовалась Оля.
– Сплошные убийства, грабежи и изнасилования! Тебя, наверное, интересует последнее.
– Не смешно.
– А я и не говорил, что это смешно. В основном газетка так себе, но есть парочка новостей, меня заинтересовавших. Ограбление коммерческого банка на сумму в два миллиона долларов и не менее крупное ограбление спецмашины по перевозке ювелирных украшений. В банке к счастью никто не пострадал, а вот спецмашину с мертвыми сопровождающими обнаружили на пустыре за городом. Похищена крупная партия алмазов на сумму в два с половиной миллиона долларов.
– И как эти новости связаны с нашим убийством?
– Пока не знаю, хотя...
– Что хотя?
– Есть одна мысль. Я должен ее проверить. Сейчас пройдемся по каютам наших бравых членов команды, ты будешь свидетелем того, что я никого не ограбил.
Первой каютой на моем пути оказались апартаменты Олега Рудакова. Как я и предполагал, найти что-то ценное в каюте кока мне не удалось. У Романа Семенова я тоже не задержался, не обнаружив ни крупной суммы денег, ни большой партии алмазов. А вот с каютой третьего помощника капитана мне повезло. В корзинке для мусора был спрятан широкий кухонный нож, на лезвии которого остались следы крови.
– Это орудие убийства?
– с трепетом в голосе спросила Ольга.
– Во всяком случае, как нож для резки украинского сала его в последнее время не использовали.
– Такой милый парень - и убийца? Я в это не верю. Только идиот будет держать окровавленный нож у себя в каюте.
– Преступники и не такие ошибки делали. Возможно, гражданин Шевченко не подозревал, что в его мусоре будут копаться.
Осмотр остальных кают не занял много времени. Я только задержался в спальне Анатолия Лебедева. Меня заинтересовал массивный пыльный плафон светильника на потолке, свет с трудом пробивался сквозь толстый слой пыли. Пластик, из которого был сделан плафон, держался с помощью специального зажима и простым усилием рук не поддавался.
– Ну что ж, пора заканчивать эту трагикомедию!
– сказал я, - пошли к капитану.
Сергеев воспринял очередную мою просьбу со всей серьезностью, и через пятнадцать минут члены команды, свободные от вахты, находились в кают-компании. Ольга снова выполняла обязанности секретаря, загружая в компьютер текстовый документ для печати протокола.
– В этом убийстве, меня сразу заинтересовали две детали!
– сказал я, наблюдая, как все присутствующие с интересом слушают меня.
– Во-первых, отсутствие крови на кровати боцмана. В таком маленьком помещении только чудом можно избежать этого. Значит, убийство произошло или на пороге комнаты, или за ее пределами. Последнее предположение теряет свою актуальность, стоит только посмотреть на фигуру покойного. Поднять такого бугая под силу разве только нашему коку.