Мистик
Шрифт:
– Верно, Глэйр. Отправляться туда, где ждут тебя, – чистой воды мазохизм. Лучше уж мы отправимся… Вон в том направлении. – Я ткнул пальцем в сторону, куда вел меня амулет Артаса. – Есть смысл наведаться в ближайшую в данной стороне крепость. Давай, Геллас, излагай сведения насчет ее хозяина, прежде чем тронемся.
Тот не слишком спешил порадовать нас полезными сведениями. Пришлось растолковать, что мы в раздраженном виде гораздо хуже, чем сейчас. Можем и филиал пыточной устроить. Подручными, так сказать, средствами. Заодно предупредили и о том, что обманывать вредно, это сразу заметим. Осознал. Правда, только после того, как на попытку увильнуть от ответа
Оказалось, ближе всего к нашему маршруту располагалась крепость Унтарга – Держателя из числа тех, кто промышляет свободным наймом. Субъект не самый спокойный, но и буйства особого не проявлял. Разве что довольно часто пытался вырваться во Фрахталь, ну да это дело житейское для местных. Все они об этом мечтают. Чаще по отдельности, а иногда и солидными группами собираются.
– А что мешает собраться не группой, а вообще всем? – мигом полюбопытствовала Глэйр. – Вы тут, насколько я поняла, ребятки не слабые, особенно Держатели.
– Ну… Все никогда не соберутся, а вот места, на которых крепости стоят, оставлять тоже не хочется. Их же сразу другие приберут. Потом выбивать придется. Да и попытка прорыва наверняка неудачной для многих будет. Рисковать никому не хочется.
– Ясно все. Тут, девочка моя, каждый сам за себя, и никто их объединить так и не смог, – оборвал я гундеж информатора. – Беспокоить Грань они могут, Черный Бархат прорывают порой. Только вот вырваться и закрепиться так и не смогли. Ты вот за все время слышала, чтобы из Стазиса серьезная боевая группа прорвалась?
– Нет. Только одиночки. Безмозглых тварей Кромешники непременно уничтожали. Разумных по возможности старались загонять обратно за Черный Бархат. У них там какие-то уложения и законы. Тут бы тебе Рэнду мог многое сказать.
– Он сейчас далеко, – усмехнулся я. – Потом как-нибудь поговорим. А сейчас отправимся-ка мы навестить этого самого Унтарга. Наемники – народ своеобразный. Любят, когда их услуги необходимы.
– Платить нечем.
– Отнюдь. Вспомни нашего дражайшего Шенка. Нутром чую, он тут был частым гостем и многое получил в обмен на сведения о Фрахтале. В том числе и о Черном Бархате, страже у Грани и прочих полезных для местных обитателей мелочах. Вряд ли наши сведения окажутся хуже. Мы же с тобой как раз «с места событий».
– Если только так.
– Именно так, красавица ты моя. Геллас, давай, трогай постепенно. И без шуточек, я за тобой слежу.
Наш «кучер» обреченно вздохнул и начал разгонять свой аппарат для перемещения. Видимо, он смирился, что должен будет долго отрабатывать свой промах. Нападение на более сильного противника – страшная глупость в не затронутых всякой чушью вроде мифических «прав человека» мирах. И глупость сия порой карается… чем-то вроде кинжала в уязвимые части тела.
Повозка катится… И неважно, что нет колес – только сфера из вращающихся обручей. Движение у нее оказалось очень оригинальным. Сфера, как выяснилось, могла перемещаться в двух режимах. Первый был вполне естественным, привычным для меня еще в той, родной реальности. Зато второй оказался более экзотичным. Движение обручей разгоняло статическое пространство вокруг до такой степени, что законы Стазиса стремились исправить ситуацию, как бы выталкивая чужеродный источник возмущений. Оставалось лишь придать этому импульсу должную силу и направление. Прыжок, еще один и
– Долго бы мы пешочком шли, – заметила Глэйр. – Хорошо, что этот несчастный нам по пути попался.
– Хорошо, не спорю. Но если бы и нет… Справились бы. Техника перемещения хоть и не похожа на используемую во Фрахтале, но здешним реалиям соответствует.
– В чем же, интересно узнать?
– Там у нас был прокол Мембраны, единой для всего Фрахталя. Этакие соты, попасть из любой в любую не представляло сложности. А здесь любой центр, где есть движение, притягивает как магнитом тех, кто сам в состоянии породить возмущение в Стазисе. Единство борьбы противоположностей, как говорили философы.
– Не слышала.
– Они не отсюда и не из Фрахталя. Другие миры, другие веяния. Впрочем, прервем нашу интересную беседу. Кажется, мы почти прибыли.
Интерлюдия
Преддверие Хаоса
Струи дыма гуляют вокруг, образуя туманные, но от этого не становящиеся менее прочными стены. Колодец бурлит, выплескивая через край кипящую воду. Резвящаяся Скорпи нарезает круги, от души забавляясь новой игрой, что, как она считает, устроил для нее Артас.
Вот только созданию Хаоса сейчас есть чем заняться. Только что прибыл Шут, и вид у него весьма потрепанный, словно его только что вынули из-под гидравлического пресса.
– Где твое обычное ехидство, Шут?
– Временно закончилось, экселенц. Обстановка не благоприятствовала юмору. А сил, которыми можно было пользоваться, не рискуя привлечь внимание, мне не хватало.
– Говори! – приказал Артас. – Вижу уже, что новости не из лучших.
– Напротив, для нашего плана все идет как нельзя лучше. Но вот в общем… Мне сейчас грустно. Шенк погиб в битве с Теусом и его сворой… то есть Сонмом Корректоров. Замок наполовину разрушен, от систем обороны остались жалкие клочья. Зато и из отряда нападавших убрались восвояси всего трое Корректоров в очень потрепанном виде. А вот вам сувенир – руки дохлого Кромешника, – о каменные плиты пола звякнули две покореженные стальные руки. – Извините, от головы ничего не осталось, ее Иххар в пыль перемолола.
– Война?
– Она, экселенц. Фрахталь теперь никогда не будет прежним, даже если Зерно Хаоса и не будет доставлено. Иххар и Кельд озлоблены и пойдут до конца. Рэнду-Механист окончательно подмял под себя Крио, она теперь не более чем пешка в его собственной игре. Выполз из своей норы Стерк, желая ухватить долю вкусного пирога, вступив в союз со всеми недовольными одновременно. Кромешников теперь тринадцать, причем вторым по счету выбит один из столпов этой маленькой, но очень опасной шайки.
Шут ошалело мотает головой, пытаясь прийти в себя. Наконец вспоминает, что он все-таки маг далеко не из последних и простеньким заклятием приводит себя в порядок. Правда, создавать что-то вроде кресла ему лень, поэтому садится прямо на пол, бросив рядом оба своих клинка. Один из них погнут, рукоять другого изъедена кислотой.
– Как бы мне хотелось именно тогда воспользоваться всей своей мощью.
– Увы. Наша мощь не может быть применена в полной мере. Даже то, что удается протащить в обход правил Игры, приходится применять с крайней осторожностью. Привлечь моего соперника – не самый лучший выбор.