Мистика
Шрифт:
Кроу кивнул в знак согласия и сел на край письменного стола, чтобы следить за представлением. Он, естественно, считал, что самое большее, что смогут сделать грабители, — это выставить себя круглыми дураками. Однако он не учел одного обстоятельства: возможность решить проблему с применением грубой силы. Видимо, в нежном возрасте Джо было не до проволочных головоломок, продававшихся в дешевых лавчонках. Может, он все же пару раз и попытался их собрать. Но если с первого раза не складывается,то под рукой всегда есть молоток! Хотя в данном случае вполне можно было
Пэсти прислонился к дверному косяку. Он все еще помахивал дубинкой, но уже чисто машинально — просто как нервный рефлекс. У Кроу создалось впечатление, что если Пэсти бросит свою несчастную дубинку, то тут же потеряет сознание.
— Панели, Пэсти, — приказал Джо. — Часовые панели!
— Сам смотри! — огрызнулся Пэсти. — Это вовсе не часы, и я их трогать не собираюсь. С ними что-то нечисто.
Джо тут же окрысился на Пэсти:
— Ты спятил?! Это же просто часы! А этот шутник хочет помешать нам заглянуть внутрь. Ну, что скажешь?
— Хорошо-хорошо. Только на этот раз все делай сам. Я пока постою в сторонке и посторожу нашего шутника. Я просто нутром чую, что с часами что-то не так. И все.
Пэсти подошел к Кроу, который все еще сидел на столе. Джо взял пистолет за ствол и осторожно постучал рукояткой по панели, чуть пониже циферблата, примерно на уровне груди. Звук был звонким и долгим. Джо обернулся и ухмыльнулся Титусу Кроу. Там определенно что-тобыло.
Ухмылка моментально сползла с лица громилы, когда он увидел, что Кроу ответил улыбкой на улыбку. Джо снова повернулся к объекту своих исследований и осмотрел его с боков, пытаясь отыскать петли или другие признаки того, что изучаемый предмет является полым контейнером для хранения ценностей. По озадаченному лицу грабителя было видно, что у него ничего не получилось. Кроу мог и раньше сказать Джо, что в панели нет и намека на соединения, словно корпус устройства был вырезан из цельного куска дерева — дерева, твердого как сталь.
Но Кроу явно недооценил решимость незваного гостя. Естественно, у Джо, как у любого нормального человека, были свои недостатки, но в том, что касалось взлома сейфов, ему не было равных. Часы де Мариньи, конечно, не были сейфом, но совершенно очевидно, что для них годились те же методы! И вот, когда умелые руки Джо ощупывали боковые панели, вдруг раздался громкий щелчок, и механизм, казалось, словно с цепи сорвался — часы затикали как сумасшедшие. Четыре стрелки на резном циферблате на секунду замерли, а затем снова задвигались уже в новой и совершенно необъяснимой последовательности. Джо проворно отскочил назад, когда большая панель вдруг бесшумно открылась. Отступая, Джо задел складной столик, свалив лампу. Раздался оглушительный треск, и чары от диких осцилляций стрелок и безумного тиканья часов де Мариньи в миг рассеялись. Угол комнаты снова погрузился во тьму, и с минуту Джо стоял в нерешительности, ошеломленный своим успехом. Затем он издал торжествующий возглас, сделал шаг вперед и сунул свободную левую руку в темноту за открытой панелью.
Пэсти почувствовал присутствие потустороннего мираодновременно с Кроу. Он ринулся через всю комнату к приятелю с криками:
— Джо,
Кроу, со своей стороны, не испытывая таких чувств дружеской солидарности, быстро вскочил со стола и отошел подальше. И не то чтобы Кроу был трусом, но он кое-что знал о темных тайнах Земли, а также о тайнах других сфер, а кроме того, чувствовал опасность вмешательства в ту область, происхождение которой было далеко от изученной стороны природы.
Внезапно угол осветился жутким рассеянным светом, исходящим из-за открытой панели, и Джо, который все еще шарил внутри часов, издал душераздирающий крик и попытался выдернуть руку. Часы тикали как сумасшедшие, а четыре стрелки хаотично и дико скребли по циферблату. Джо уцепился за открытую панель, сражаясь с какой-то невидимой опасностью внутри странно освещенного пространства, отчаянно пытаясь вытащить руку. Несмотря на все его усилия, левое плечо резко ушло вперед, и в ту же секунду он засунул дуло пистолета в отверстие и выпустил туда шесть пуль подряд.
К этому времени Пэсти уже успел схватить Джо за пояс. Уперевшись одной ногой в основание часов, Пэсти предпринял отчаянную попытку оттащить напарника подальше от незримой угрозы. Но эта битва была заранее обречена на поражение. Джо онемел от ужаса. Он напрягся изо всех сил, чтобы высвободиться. Крупные вены выступили у него на шее, а глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Он издал еще один булькающий вопль, и внезапно его голова и шея нырнули прямо в пасть механического ужаса… И затем тело его обмякло.
Пэсти, который все еще продолжал удерживать нижнюю часть туловища Джо, сделал последнее титаническое усилие; еще немного, и он сумел бы хоть на секунду вытащить голову Джо из дверцы, залитой таинственным светом.
И тут одновременно Пэсти и Титус Кроу увидели нечто, что обратило мускулы Пэсти в воду, заставив его ослабить хватку, так что тело Джо, за исключением ног, исчезло с ужасным чавканьем в часах — и это нечто заставило Кроу закрыть глаза руками в приступе холодящего душу ужаса.
Через мгновение после того, как Пэсти благодаря титаническим усилиям удалось частично освободить обмякшее тело своего подельника, плоды импульсивности Джо предстали перед Кроу со всей отвратительной очевидностью. Ткань на куртке около левого плеча и там же на рубашке под ней была удалена,вероятно, растворена или сожжена каким-то веществом, и вместо плоти, которая по всем законам должна была оказаться обнаженной в результате этого исчезновения, Кроу увидел ноздреватое, булькающее ало-коричневое пятно,шея и голова были в том же жалком состоянии.
Как ни странно, первым пришел в себя Пэсти. Он сделал последнее отчаянное — фатальное для себя — усилие, чтобы схватить исчезающие ноги Джо, и пальцы его правой руки пересекли роковую черту у отверстия с мерцающим светом внизу. У Пэсти не было ни единого шанса: мало того что он стоял согнувшись, он был намного субтильнее своего уже полностью исчезнувшего приятеля. Практически одновременно с предостерегающим истошным воплем Кроу Пэсти издал булькающий звук и неожиданно нырнул головой вперед в прожорливую пасть часов.