Мистики
Шрифт:
— В этом я не сомневаюсь, — улыбнулся Церон. — Люди хорошо умеют адаптироваться. Двадцать лет, да даже десять — это большой срок, чтобы в условиях опасности таланты проявили себя. Посмотри на себя, ловец. Чего ты добился за схожий срок, — он широко махнул рукой, указывая на меня.
— Так себе план, — заметила Кая.
— Вы же не думаете, что я вам совсем всё рассказал? Не то чтобы мне было что скрывать, просто подробности отнимут слишком много времени. А мне уже надоело говорить. Пора делать выбор. Готов ли ты уничтожить печать? — спросил
— Перед тем как начнем, у меня ещё остались вопросы. Первый — ты метаморф? Как превратился в меня?
— Моя способность куда сильнее, чем обычные иллюзии и подделка внешности. Я подделываю буквально всё, — легко ответил Церон. — Все тонкие энергии. Поэтому, какая бы чувствительность у вас ни была, замену не отличить. Я даже богов так дурил. Чего уж говорить о вас.
— Стопроцентная имитация и возможность узнать прошлое цели, — усмехнулась Кая, — Отличная комбинация для манипулятора.
— Именно. Оказывается, ты не только грубить можешь, но и думать, — улыбнулся он Кае издевательски.
— Второй вопрос, — проигнорировал я их обмен любезностями, — Ты сказал, что подойдет смерть любого из нас. Как же так? Разве печати не завязаны на эйдос кого-то конкретного?
— В создании каждой печати принимали участие представители трех народов. Всего печатей было тринадцать. Как у тебя с математикой, Эрано? Сможешь перемножить? Тридцать девять рас. Больше половины из них к текущему моменту вымерли. Мне не удалось найти следы. На самом деле это не последняя печать. Седьмая. Поэтому пришлось хитрить и изворачиваться. Массовая гибель богов ослабила скрепы мира, обеспечила давление. Плотина и так трещит по швам. На самом деле ещё парочка таких катаклизмов и, скорее всего, барьер сам рухнет. Но я не готов ждал ещё тысячу лет.
— То есть есть ещё шесть печатей? — выделил я важную деталь.
— Да, — кивнул он. — Просто это та, чьих представителей я смог найти. Ещё вопросы? — с издевкой спросил он, встал и потянулся.
— Ещё два. Почему ты раньше не узнал, как разрушить печать? У тебя ведь был доступ к Кристиану, его роду и ко мне. Мы бы ничего и не узнали, учитывая разницу в силе.
— В силе и проблема. Ты думаешь, это так просто? — устало сказал он. — Будь ты обычным предметом, то да. Их линия времени линейна. Люди же полны страстей и внутренних переживаний. К тому же ты не сам древний помазанник войны, а дальний-дальний... даже не потомок, а дух, что захватил тело. Эта задача куда сложнее, и требовалось дождаться, когда ты наберешь силу. Сейчас уже можно пробовать.
— То есть это не гарантированный способ? — уточнила Кая. — И если ничего не получится, снова придётся переходить к варианту с убийствами?
— Да. Чего мне не хотелось бы, — сказал Церон. — Против вас двоих я ничего не имею. Более того, вы мне симпатичны. Я уважаю всех, кто поднимался с самых низов и не остановился, а продолжает стремиться к вершинам. Не то что боги. Некоторые из них тоже когда-то бросали вызов небесам, но те времена были так давно, что... Бессмертные! —
— Ясненько... Последний вопрос. Что стало с моей матерью? Или и в этот раз будешь винить Эара?
— Ты правда хочешь знать? — спросил Церон. — Ты прав, у меня нет доказательств, что Эар убил её. Но я её также не убивал. Зачем мне убивать полезного человека, который сослужил верную службу?
— Это не ответ на вопрос. Что с ней случилось?
— Она решила покинуть тело без технологий Эара, чтобы избежать его влияния. Возможно, рабыням было запрещено пользоваться колодцем, и поэтому она не могла уйти так же, как и ты. Рискнула. Отправилась на эти земли без подстраховки...
— И? — поторопил я его, когда он замолчал.
— Я нашёл её, — не стал он скрывать. — Слияние прошло не так, как надо. От её духа почти ничего не осталось. Воспоминания перемешались. Я встретил сумасшедшую женщину.
Я медленно выдохнул, не зная, насколько ему можно верить.
— Ты можешь меня винить, но я убил её. Это был акт милосердия. Она попала в деревню, где её закидали камнями и прогнали. Она бы и так вскоре погибла одна, в лесу.
— Ты пытался её спасти? — спросил я, тяжело роняя слова.
— Разумеется. Но спасать уже было некого. Какое-то время я подозревал, что она так хочет скрыться и от меня, но... Никаких других следов обнаружить не удалось. К тебе она тоже не выходила. Боюсь, ей не хватило совсем немного удачи.
— Ну что же... — повёл я плечами, разгоняя кровь. — Спасибо за откровенность.
Окончательной правды я никогда не узнаю. Церон до этого много врал, мог и сейчас обмануть. Но так, с его пояснениями, история хотя бы немного стала понятнее. Остальное... Да и неважно уже.
Прошло достаточно времени, чтобы союзники подготовились. Пора было переходить к финальной части плана.
— Пора решать, — сказал Церон, когда пауза затянулась. — Что ты выберешь, ловец?
— Надо ведь не просто умереть, но и провести какой-то ритуал? — уточнил я.
— Я его уже провел. Ты же не думаешь, что я буду полагаться на случайности? Это замкнутое пространство, которое не откроется, пока печать цела. Ваша кровь, как ключ, у меня уже давно была. Теперь нужна смерть или один целеустремленный наследник войны, чтобы разрушить печать. Кажется, выбор очевиден. Непонятно, зачем ты тянешь.
— Ты был столь любезен, что многое рассказал...
Я прикинул, что можно рассказать, а что не стоит.
— Во-первых, насчёт Гомолунга. За это отдельная благодарность. Мстительный бог был досадной помехой, которая самим фактом своего существования действовала на нервы. Но не думал же ты, что после событий годичной давности я не готовился на этот случай?
Отставив руку, я призвал копье. Моя прелесть. Апогей. Оружие пятого ранга.
Сам создал. Ну почти. Подключил и Кирия, и... Эара.