Митран
Шрифт:
Когда утром он проснулся хозяева уже суетились у печи, готовя что-то на завтрак.
– Доброе утро, - поприветствовал он их.
– И для тебя пусть это утро будет добрым, - ответил ему Делян, разливая горячий травяной завар по кружкам.
Когда Виктор вернулся с улицы и уселся за стол завтракать Делян начал разговор.
– Ты мил человек, куда идти-то собираешься?
– А ближайшее поселение далеко отсюда?
– поинтересовался Виктор, прихлебывая завар из кружки.
– Ближайшее Заречье будет, - ответил Делян, -
– А до города далеко?
– Далеко. По лесу зимой в одиночку не дойдешь, - сообщил и он то, что и так знал Виктор, - Наши бывает весной туда на торг по реке ходят.
– И далеко по реке идти?
Задумавшись Делян ответил:
– Четверо суток.
– А что за город?
– Севеж.
– А мы сейчас в Митране?
– после небольшой заминки, спросил Виктор.
Делян озадаченно покосился на гостя и обстоятельно ответил:
– В Митране, в дне хода на север от Заречья - княжество Вольское, в дне хода на запад - княжество Козельское, - и проглотив очередную порцию гуляша, добавил,- Весны тебе надо ждать.
Гость надолго замолчал. Вяло, без аппетита, поедая гуляш Виктор обдумывал слова Деляна. Затем он опять обратил внимание на хозяина заимки и спросил:
– Может подскажешь у кого я могу остановиться до весны в Заречье? Могу вещами расплатиться, а когда до города доберусь, деньги с купцами отправлю.
– У меня можешь на постой встать. Два золотых, тулуп, шапка и сапоги. Устроит такая цена?
– Устроит. Вещи весной отдам, а ты мне взамен куртку и обувки какие-нибудь дашь.
– Договорились, - довольно щерясь улыбнулся Делян.
Путь до поселения занял целый день. Они шли через лес на снегоступах, волоча за собой небольшие сани, нагруженные разделанной тушей оленя и другой добычей. Виктор увидел частокол, когда уже начало темнеть. Огибающий поселение частокол состоял из вертикальных врытых в землю заостренных бревен и Виктору показалось, что он был залит водой, поскольку отдавал блеском, характерным для ледовые скульптур.
– Делян, кого это ты ведешь?
– окрикнули их с находившейся у ворот сторожевой вышки.
Виктор поднял голову и встретился взглядом с дозорным. Тот щурился пытаясь его рассмотреть в сумерках.
– Гостя привел, - прокричал Делян в ответ.
Поселение оказалось небольшим, в двадцать дворов. Дома здесь в отличие от южных и центральных районов княжества были деревянными и напоминали Виктору заваленные снегом русские избы. Они зашли в один из дворов, где их встретила молодая женщина.
– Наконец то! Я уж не знала, что думать!
– начала она причитать ещё у крыльца. Поправляя на ходу платок, она быстрым шагом подошла к саням и перебирая поклажу, сказала, - Знатно добычи привезли. Что ж так долго?
– Метель, будь она неладна, - пробурчал Делян, завозя сани в пристрой.
Тут женщина наконец-то обратила внимание на Виктора и озадаченно спросила:
– Тятя, а это кто с вами?
– Гость,
– Добрый вечер, - поздоровался Виктор и обозначил кивок.
– Добрый. Меня Недой звать, - сказала она и пряча под платок выбивающиеся, непослушные светлые пряди волос, добавила, - пойдемте в дом.
Внутри дом также оказался похож на русскую избу, центральную его часть занимала каменная печь, которую использовали не только для отопления и приготовления пищи, но и как спальное место. В большой комнате, куда они прошли через сени стояло несколько деревянных лавок, женская прялка и стол для совместной трапезы. Женщина, отодвинув занавешенную мешковиной нишу, где стояла широкая лавка, сообщила Виктору:
– Вот здесь ты будешь спать, - и не дождавшись от странного гостя реакции, смущенно добавила, - У нас здесь всё по-простому.
– Всё нормально, - наконец-то отозвался гость и сняв тулуп, бросил его на предложенную лавку.
Дверь открылась и в избу вошел Делян в сопровождении пожилого мужчины, внушительных размеров с окладистой, с проседью бородой и усами, который с подозрительностью начал рассматривать Виктора.
– Вот староста пришел с тобой познакомиться, - сказал Делян гостю, стаскивая с себя верхнюю одежду.
– Добрый вечер. Виктор, - представился гость и после небольшой паузы добавил, - Художник.
Староста удивленный ответом и едва заметным акцентом гостя, выдававшим в нем чужеземца, переспросил:
– Художник?
Виктор кивнул и пожал плечами, показывая, что не знает, что ещё добавить к сказанному.
– И как ты здесь оказался?
– спросил староста.
– От каравана отстал. В метель попал, заблудился.
– Я его в лесу у своей заимки встретил, - встрял Делян, - Он у меня до весны поживет и с первыми купцами по реке уйдет.
Староста ещё раз осмотрел одежду незнакомца, хмыкнул и сказал Деляну:
– Понятно. Но смотри, за гостя отвечаешь.
Потянулись скучные, однотипные дни долгого зимнего заточения. Бесцельные блуждания по двору и избе, сидение у окна или печи, разбавленные тягостными воспоминаниями и мыслями. Иногда, когда было совсем невмоготу он отбирал лопату у Сташека и сам расчищал от снега двор. Приютившая его семья не отличалась общительностью, за день они перебрасывались только парой фраз и исключительно по делу, что впрочем устраивало Виктора, поскольку он не желал ничего о себе рассказывать. Но молчание делало скуку еще гнетущей, а дни ещё длиннее. Как-то перебирая поленья, он от нечего делать вырезал из одного из них фигурку человека - воина с копьем в одной руке и щитом в другой. С тех пор, с одобрения Деляна и по-договоренности, что всё изготовленное будет принадлежать хозяину, его скучные дни разнообразило вырезание фигурок воинов и животных. Между тем, тягостные мысли и ночные кошмары отпускать его не спешили.