Mixtape
Шрифт:
В этом портфеле деньги. Мама передала мне на квартиру. Отнеси их к твоему любимому кафе. Спасибо»
Себ не смог вспомнить ни одной беременной подруги Локи. Она только переехала. И почему матушка лично не может передать деньги, тоже было не понятно. Раз ответов на эти вопросы у Себа не было, то и думать о них, он посчитал пустой тратой времени. Поэтому мысли скоро сменились на раздумья об имени птицы. Он и не заметил, как прошел мост и свернул в переулок.
Там,
От неожиданности Себ застыл в неловком молчании.
– Дас каниньшэн? – Спросил пожилой и протянул портфель.
– А… ага, – выдавил из себя Себ, ничего не понимая. Робко взяв портфель, – С.., спа-сибо.
Развернулся и ушел.
От пелены непонимания и страха он очнулся стоя у кафе и провожая взглядом такси.
– В ЗАГС не утащили. Неожиданно. – Неловко буркнул он, пытаясь загладить неловкий страх.
Ему перестала нравиться идея ходить ночью по безлюдному городу с чужими деньгами. Себ твердо решил уйти, но раз уж приехал… не подводить же Локу.
В твердое решение были внесены правки: обойти вокруг кафе, и если никого не будет, все – домой!
– Эй, парень, – хриплый голос, и сильная рука развернула Себа. Его лицо оказалось на уровне лица оппонента, что позволило рассмотреть его. Правый глаз заволокла пелена, орлиный нос, маленькие тонкие губы, картину устрашали выступающие вены на висках, – Есть че?
В этот момент Себ почувствовал холод и боль в животе, а за ними сразу разливающиеся тепло.
– Что? – испуганно спросил мужик, глянул на Себа, развернулся, и со скоростью подбитой лани принялся бежать.
Себ развернулся и пошел прочь от фонаря.
Интересно, гуманно ли, было плюнуть в него? И зачем он приклеил мне на живот горчичник? Может это врачи-рентгены? Ходят, и видят что у человека не так. А меня еще и полечили.
– Себ, дорогой, все в порядке? – Лока коснулась его руки, – Ты уже пятый круг вокруг кафе делаешь.
– Забыл. – Растерянно ответил Себ.
– Ммм? – Задумчиво протянула Лис.
– Умереть, – потупил взгляд он, – понимаешь, я, когда вас ждал, ко мне мужик подошел. Ну и, ножом меня пырнул. Видишь, кровь, – показал окровавленные руки Себ, – ходил и думал, как лучше поступить.
Лока взяла протянутый Себом портфель и пересеклась с ним взглядом. Тот слабо улыбнулся и упал без признаков жизни.
– Ну Фим! – Наигранным, капризным тоном сказала девушка.
В воздухе появилась кисть руки, раздвигающее полотно мира. Из портала высунулось наглое улыбчивое лицо Фима.
– Че?
– Я не хочу такого его конца. – Она указала на лежащего Себа.
– Угу, – Фим посмотрел в его сторону, – а деньги где?
– У меня.
– Давай их, а с ним потом разберемся. Постой с ним, хорошо? И не смотри на меня так. – Голова Фима забрала деньги и исчезла, оставив Локу.
Ей, оставаться в такой безмолвной компании было не в первый раз, и она просто ткнулась в телефон, тихо напевая.
С фонаря слетела птица и села на голову Себу.
Птица напоминала дикую смесь жаворонка и снегиря. Размеры немного превышали воробья. Желто-песочный окрас и смешной хохолок. Картину украшало красное пузико и черные крылья.
Лока сфотографировала это чудо природы. На память, и как доказательство перед Фимом – который, пока не увидит, не поверит.
Птица, попрыгав по телу Себа, закинула голову, начала петь. Нежная мелодия, выходя из крохотного тельца, эхом разносилась по району.
Рядом с Локой возникла голова Фима. Немного послушав, он заговорил.
– Ну как?
Лока от неожиданности дернулась и встала в защитную стойку, но вовремя поняла, кто стоит радом. Портал раскрылся, и оттуда вышел целый Фим.
– Красиво поет. – Подметил он.
– Да. Ты знаешь, что это за птица?
– Снегожавр. – Без тона шутки ответил Фим.
– Правда?
– Нет, конечно, но похож на жаворонка и снегиря.
– Я и не отрицаю. – Лока помолчала. – Как прошла сделка?
– Прекрасно. Вот желтый билет. Если будут спрашивать, ты моя жена. Едем проведать сына – офицера. Он служит в соседней галактике, на конце Северного ледовитого по нашему, а они называют «Пустыня смерти». Сына зовут Нител Ки. Но, этот билет на границе знают. Должны пропустить в первых рядах, без очередей, допросов и проверок, – гордо доложил Фим.