Мизантроп
Шрифт:
На что он сердится, я, право, не пойму;
И что суждение мое далось ему?
Прекрасный человек ведь все-таки при этом
Отлично может быть посредственным поэтом;
Он честный дворянин, сомненья в этом нет,
Он смел, достоин, добр, но он плохой поэт;
Готов его хвалить, когда б мне приказали,
За ловкость на коне, с оружьем, в бальной зале;
Но за его стихи - увольте! ваш слуга!
Писать не должен он; мне правда
Простить ему стихи я б только мог, поверьте,
Когда б он их писал под страхом лютой смерти".
Ну, словом, все, на что могли склонить его
(И это было уж большое торжество),
Что он сказал ему, смягчив свой тон немного:
"Мне, сударь, очень жаль, что я сужу так строго,
И я из дружбы к вам хотел бы от души
Сказать вам, что стихи бесспорно хороши!"
Тут их заставили обняться в заключенье,
И тем окончилось все это развлеченье.
Элианта
Он странный человек, совсем из ряда вон;
Но я ценю его, и нравится мне он.
Такая искренность - особенное свойство;
В ней благородное какое-то геройство.
Вот очень редкая черта для наших дней,
И я хотела бы встречаться чаще с ней.
Филинт
А я чем более встречаюсь с ним, признаться,
Тем больше одному готов я изумляться:
С такой натурою, какой он одарен,
Как мог он полюбить, как мог увлечься он?
И тщетно разгадать стараюсь я причину,
Как в вашу именно влюбился он кузину!
Элианта
Вот лишний вам пример: душ сходство и сродство
Для сердца, для любви не значит ничего.
Такой симпатии невольной зарожденье
Опровергает все подобные сужденья.
Филинт
Но как вам кажется: любим он ей иль нет?
Элианта
Ах, на такой вопрос мне трудно дать ответ.
Как знать, любим ли он! Любовь душой играет.
Я думаю, она сама не разбирает.
Мы любим иногда, не ведая о том,
А часто бред пустой любовью мы зовем.
Филинт
Боюсь я, что наш друг с прелестною кузиной
Минуты счастия не будет знать единой!
О, если б чувствовать по-моему он мог,
Он скоро понял бы, где счастия залог:
Он сделал бы умней, оставив Селимену
И ваших добрых чувств к себе поднявши цену.
Элианта
Я буду искренна. Я вам сказать должна
(В подобных случаях нам искренность нужна):
Я против чувств его ни капли не имею,
Ему сочувствую я всей душой своею;
Когда бы от меня зависел их союз,
Я б помогла сама скрепленью этих уз.
Но если
Нежданно потерпев надежд своих крушенье,
И если бы она другого избрала,
То, может быть, его утешить я б могла,
И то, что встретил он у ней отказ, нимало
Моей симпатии к нему б не помешало.
Филинт
А я, сударыня, я сам ценю и чту
К Альцесту ваших чувств прекрасных теплоту;
Спросите у него - он скажет несомненно,
Что говорил ему о вас я откровенно.
Но если все-таки их свяжет Гименей,
Вы будете рукой располагать своей,
Тогда позвольте мне, с надеждою смиренной,
Пытаться заслужить тот дар неоцененный,
Который у него отвергнуть хватит сил;
О, если бы он мне дарован небом был!
Элианта
Вы шутите, Филинт.
Филинт
Сударыня, нимало;
Давно уж сердце вам открыть любовь желало;
От глубины души теперь я говорю;
Приблизить этот миг желанием горю.
ЯВЛЕНИЕ II
Альцест, Элианта, Филинт.
Альцест
Ах, разделите же со мною возмущенье:
При всей моей любви не нахожу прощенья!
Элианта
Чем вы взволнованы, что с вами?
Альцест
Что со мной?..
Я насмерть поражен изменою такой!
Стихии бешенство, небес громовых кара
Все легче было бы подобного удара.
Конец моей любви! Нет слов, как тяжело!
Элианта
Сверитесь с силами. Но что ж произошло?
Альцест
О небо!.. Неужли такого обаянья
С порочной низостью возможно сочетанье?
Элианта
Но что же наконец?
Альцест
Ах, гибель мне грозит;
Все, все покончено: я предан, я убит!
О, кто б поверить мог? Нет, легче мне могила.
Она мне неверна, она мне изменила!
Элианта
Есть доказательства серьезные у вас?
Филинт
Вы подозрительны бываете подчас,
И ваш ревнивый ум готов принять химеру
За...
Альцест
Сударь, черт возьми! В советах знайте меру.
Улики для меня достаточно такой:
Письмо, что писано изменницы рукой!
К Оронту от нее письмо в моем кармане,
Оно открыло мне все о ее обмане.
Оронт! А я его как раз не брал в расчет;
Я думал, он-то уж ее не увлечет!
Филинт
Но письмам не должны мы верить безусловно,
И, может быть, она совсем не так виновна.
Альцест
Довольно, сударь мой, заботьтесь о себе