МК 4
Шрифт:
– Это нормально, если не пытаться вредить через агентов или использовать во вред полученные сведения. Думаешь, у нас во дворце нет его соглядатаев? Или их нет таких среди торговцев, которые часто навещают это графство? Я просто не хочу идти на обострение и выявлять их, чтобы не спровоцировать графа на ответные действия. Да, залезть так глубоко в его ближний круг будет несколько неосмотрительно, но у нас нет другого выхода сейчас. Или так, или можем пропустить важное для королевства и трона событие. А то и отдать его в руки недругов.
– Если граф вдруг решит высказать претензии за раскрытых соглядатаев, то мы всегда
– Откупиться?! – от возмущения с парня слетело всё спокойствие, он даже вскочил со стула. – От вассала? От того, кто из плебеев был поднят нами на самый верх и кому мы хотим дать корону герцога с новыми землями? Отец, дядя, да разве вы не понимаете, как низко это выглядит со стороны? Такой поступок опозорит нашу семью.
– Сядь и больше не смей открывать рот, - холодно произнёс Рейнр.
– Прошу меня простить.
– Ты нарушил своё слово, сын. Такое позволительно плебеям, - король тоном выделил одно слово, - но не члену монаршей семьи. Уж точно не в такой малости.
Принц поднял голову, открыл рот и… закрыл, поняв, о чём сейчас говорил его отец. Всего несколько минут назад парень заверил, что не произнесёт и слова без разрешения. И не сдержал его.
– Отец.
– Говори.
– Позволь мне уйти. Мне стыдно за мой проступок, боюсь, я не смогу быть полезным дальше в разговоре, - тихо сказал парень, не поднимая взгляда.
– Позволяю.
– Прошу меня простить за недостойное поведение, мой король, - принц встал, поклонился отцу и быстро вышел из кабинета.
Через минуту после его ухода Рейнр тяжело вздохнул и сказал:
– Нужно будет ему подыскать правильную жену. Такую, которая сумеет прибрать его к рукам и не позволит делать что-то без её ведома и во вред Астанирии. Иначе, боюсь, наше королевство ждут тёмные и страшные года, когда на его голову ляжет королевская корона. Не верил, что однажды такое скажу, но сын самостоятельно без контроля не сможет стать настоящим королём.
– Рейнр, ты ещё можешь родить нового наследника и воспитать, - ответил ему коннетабль. – Лично я бы не стал отдавать в руки женщины власть целой страны, – продолжил он.
– Их место в постели, да на балах. Пусть поют в уши, но сами не смеют лезть в государственные дела.
Король вновь только вздохнул.
– Вернёмся к Тэрскому, Ди. Что там ещё можешь сказать о нём?
– За очень короткое время в его дружине появились новые маги. По слухам их способности связаны с некими амулетами, создаваемые Тэрским и навсегда привязываемые к телу носителя. Точных данных нет, увы. Но если это даже амулеты, то их качество весьма и весьма высокое, ведь они самостоятельно и очень быстро пополняют истраченный запас маны. Куда хуже, если иные научились наделять магией обычных людей, делая из них себе подобных. Пусть Дар у этих чародеев узкой направленности, но при большой силе оного и при сборе в одном месте дюжины разносторонних магов их господин получит невероятные возможности. Впрочем, Тэрский так и поступает.
– Он ещё не намекал о разрыве договоров, которые заключены между ним и нами?
– Нет.
– Хорошо…. И жемчуг он поставляет исправно, - задумчиво проговорил король. – Очень хочется надеяться, что портить отношения с Астанирией
– Возможно, стоит ускорить процесс сватовства? – поинтересовался герцог у него.
– При наличии трёх жён… ну, пусть двух жён и наложницы, которые все сильные маги, предлагать такому человеку четвёртую без каких-либо способностей… даже не знаю, - с сомнением покачал головой Рейнр.
– Магов хватает, а вот красивых свободных женщин в ком течёт королевская кровь очень мало, - возразил ему герцог. – За ним встанет целое королевство, когда он возьмёт в жёны нашу племянницу.
И недоумённо нахмурился, когда собеседник тихо рассмеялся после его слов.
– Ди, вот ты видел живого дракона?
– Нет, - ответил коннетабль, быстро догадавшись, к чему король задал данный вопрос.
– И я не видел. Даже до некоторой поры считал сведения о них сказками. А Тэрский как минимум делит с одним из них свой дом. А то и постель. Напомни, как драконов называют в мифах?
– Владыками неба, повелителями неба, властителями небес. Я понимаю, что ты хочешь сказать, но это не повод взять и сдаться. Как минимум мы можем попытаться связать Тэрского с нашей семьёй через брак с племянницей. И вместе с ней предложить ему список с преференциями, дарами, короной свободного герцогства. Это то, что немедленно приходит в голову, а если как следует подумать, расспросить чужаков, которые осели в королевстве, про то, что в их мире ценилось, то в списке может появиться нечто очень заманчивое и соблазнительное для графа. Хотя бы ради этого он согласится жениться.
– И ты вот так просто согласишься отдать племянницу практически в рабство, сделать её заложником? – посмотрел на собеседника Рейнр.
– Во-первых, она двоюродная племянница. Во-вторых, не ты ли только что задумался о том, чтобы сделать своего родного сына заложником семейных уз и лишить его свободы воли лишь бы подобное пошло на пользу королевству?
– М-да, - хмыкнул король. – Признаю твою правоту. Что ж, завтра начинай составлять список для графа, а я отдам указание собирать свиту для девочки и готовиться к поездке в его фео…
Вдруг в кабинете так резко похолодало, что король прервался на полуслове и стал тревожно осматриваться.
Глава 23
Глава 23
– Готов бобик, спёкся, - сообщил мне Тесак и потряс мешком из толстого чёрного пластика.
– Потери?
– Все целы. Эти новые амулеты – сказка! – с восхищением сказал гвардеец.
– Дай, - я протянул руку, и парень тут же вложил мне в ладонь свою ношу. Развязав мешок, я несколько секунд смотрел на голову человеческого мужчины. Бледная кожа в кровавых пятнах, седые волосы и тёмная бородка, слипшиеся от крови – вот так сейчас выглядел тот, кто чуть не лишил меня самого ценного в моей жизни. Тот самый верховный жрец богини Лораиниадинэ. Тот, кто провёл сложнейший ритуал обращения к своей небесной покровительнице и навёл на Аню божественную гемофилию – не снимаемое ничем жуткое проклятие, заставляющее жертву испытывать страшные мучения и истекать кровью. – Выброси эту мерзость где-нибудь в храме его богини и воткни ему в пасть что-то с моим гербом. Или нечто такое, чтобы любой понял, кто покарал эту тварь, - с этими словами я вернул мешок обратно.