Многоточие...
Шрифт:
Я усмехнулся, вспоминая наш диалог, когда она подумала, что я воспользовался ее состоянием. Глаза предательски защипало, когда я в памяти всплыли картинки ее подо мной. Той ночью, я долго смотрел на нее спящую.
Я хотел эту девушку. Хотел ее всю. Мою. И навсегда.
Вот только этого никогда не случится.
Я упустил свой шанс.
***
В течение следующего утра, я не жалел,
– Звонила твоя сестра, - Америка появилась в кухне, - просила передать, что уезжает на несколько недель.
Я кивнул. Моя сестра, старается не показываться мне на глаза. Она чувствует себя виноватой, из-за того, что мы с Эмили больше не вместе. Она и вправду виновата. Но она моя сестра, и я не могу долго на нее дуться. Я мог бы вернуть Эмили. Я сам облажался. Когда она уехала, я мог вычислить, в какой стране она находится. Но решил, что она не станет меня слушать. Что она больше не вернется в родной город. Что больше никогда не захочет видеть. И я ошибся. Зато мой брат нет.
Я не могу винить его за это. Ведь, я сам, поступил так однажды. И поступил бы еще раз, еслиб потребовалось.
– Я поехала к маме, - оповестила меня Америка.
Она не стала спрашивать, что произошло вчера. Мне это нравилось, и одновременно нет. Эмили, пристала бы с расспросами, ко мне с самого сранья.
– Эмили вернулась. – Я знал, что Мери, была очень взволнованна моим поведением и хотела узнать причину, я не стал ее мучить.
Ее глаза стали огромными, но она тут же справилась с собой и приняла невозмутимое выражение лица. После чего положила сумку на пол и села за стол напротив меня:
– Когда?
Она боялась меня потерять? Правильно, я тоже этого боялся.
– Вчера.
– И ты…?
Она не задала вопроса, но я уже знал, что ее интересует:
– Я сегодня ночевал дома.
– В ее комнате.
– Она с Джоном.
Америка с облегчением выдохнула, также делала Эмили.
– Хочешь об этом поговорить?
Я отрицательно покачал головой. Она кивнула, поняла сумку, наклонилась ко мне, чмокнула в щеку и покинула квартиру.
Я любил Америку. Но Эмили, я любил больше.
***
Вечером следующего дня, наша группа собралась в студии. Близнецы седели в сторонке и перекусывали, Макс, докучал меня расспросами, а вот мой дорогой братец, как всегда опаздывает.
– Написал, что подъезжает, - Макс убрал телефон в карман и перевел взгляд серьезных серых глаз на меня, - Как ты относишься к тому, что
Как? Мое сердце разрывается от боли, а я готов ползать перед ней на коленях и вымаливать прощение. Вместо этого я говорю:
– Никак, у меня есть Мери.
– И твое сердце даже не екает? – он скептически поднимает брови.
Черт возьми, оно не просто екает, оно бешено колотится о мои ребра, когда я только думаю об этой девушке.
– Нет. Она мне больше не интересна.
– Привет, ребята! – я услышал, прежде чем увидел высокую фигуру Джона.
Ревность. Единственное, что я сейчас чувствую, это ревность. Мне хочется набить этому парню лицо, только потому, что, он может касаться девушки, принадлежащей мне, а я нет. Только потому, что он вчера целовал ее, а не я. Только потому, что она выбрала его. Его а не меня.
Макс поднимается, и тихо шепчет мне на ухо:
– Ты можешь обманывать всех вокруг, главное не ври себе.
– Давай те начнем репетицию, - прорычал я срываясь со своего места.
Я никак не могу сосредоточиться на музыке, и нам приходится начинать сначала, снова и снова. Когда мы доигрываем нормально эту песню, я вылетаю из студии, сильно захлопывая за собой дверь, поднимаюсь в свою кухню, и наливаю себе стопку виски. Подхожу к окну и наблюдаю очень интересную картину. Неловко переминаясь с ноги на ногу, перед дверьми моей студии стоит Эмили. Она нервно теребит ручки своей сумки и посматривает на свои наручные часы. Она такая милая в этих коротких шортиках и белой майке. Я с улыбкой наблюдаю, как ветер играет с ее каштановыми волосами.
Но моя улыбка пропадает, когда рядом с ней появляется Джон. Он тянется к ней чтоб поцеловать, но она отворачивается и подставляет свою щеку, будто знает, что я наблюдаю за ними. Он что-то отдает ей, они перекидываются парочкой фраз, после короткого поцелуя, Джон возвращается в студию, а Эмили откидывая волосы назад, идет вниз по улочке.
Оставляю пустой стакан на подоконнике, и несусь на улицу. Так непривычно, что она уходит от моего дома пешком. Я всегда подвозил ее до дома. Нахожу знакомую спину в толпе и прибавляю шагу. И вот, я уже хватаю ее за талию, подталкиваю к переулку между двумя высотками и прислоняю к стене.
В моих руках она такая маленькая и такая… своя. Ее тело идеально подходит к моему и мне это очень нравится.
– Крис? – глаза Эмили, такие же большие и напуганные, как в наше первое утро в моей кухне. – Ты…
Она замолкает, а я не могу молчать:
– Люблю тебя? Да
– Ты выпил.
– Совсем чуть-чуть.
– Она заметно расслабляется в моих руках. – Я скучал по тебе. – Я зарываюсь лицом ей в волосы, провожу носом по щеке, ее тело покрывается мурашками, и мне это чертовски нравится.