Шрифт:
Связь с автором: https://vk.com/yuryserov
Многоточие
С Аней Томкиной Саша Немов не виделся давно.
С той поры, как они работали
Саша заключил девушку в объятия, прижал к себе, вдохнул позабытый аромат духов. Как тогда, много лет назад. Щелкнуть бы пальцами, перенестись в прошлое – и не терять ни минуты. Почему так бывает: вот он – твой человек, твой до мозга костей, до крохотного заусенчика на указательном пальце, а ты стоишь, как глупец, хочешь держать ее, а сам отпускаешь. Они отстранились. Улыбнулись. Обнялись снова.
Немов был счастлив. Хотелось закричать от переполняющей радости, но вместо он этого отошел чуть назад. Руки, только что обнимавшие его за плечи, опустились, застыли на миг в районе бедер и сомкнулись в закрытой позе на груди. Немов хорошо знал проклятую позу, от нее веяло одиночеством.
– Как дела, Саша? – спросила Аня. – Не ожидала тебя увидеть.
Он и сам не ждал. Что угодно представлял, но что спустя столько лет зайдет в кабинет девушки, которой когда-то доверял секреты, не думал. Никогда ничего не мог скрыть от карих глаз, прячущихся за длинными ресницами.
– Дела неплохо, – ответил он. – Грех жаловаться. Решил вот сюрприз сделать…
Они прогуливались по огромному залу магазина, разговаривали в зоне бытовой техники. Аня рассказывала, что ее брак рушится, что муж холоден, и того внимания, что он уделяет, недостаточно, подозревала в изменах. Немов слушал, поражаясь, что эффектная девушка не вызывает эмоций. Точкина, дивная и привлекательная, обворожительная и стройная, будоражила воображение. Саша не верил, что женское тело не рождает в мужчине желания. Что это за мужчина, если приходит домой поесть и поспать, отвернувшись от жены, а та не удовлетворена ни морально, ни физически. Однако ж…
В тот год и у Немова отношения с любимой трещали по швам. Она завела новых подруг, а вместе с ними – моду гулять до поздней ночи. Немову не нравились авантюры с подружками. Все шло к разрыву. Саша волновался, изливал переживания Ане. Та что-то советовала. Сейчас он не помнил, что именно. Тяжело раздавать рекомендации другому пациенту, когда сам лежишь в реанимации…
Немов сел на предложенный стул, осмотрелся. Уютная комнатка, стулья, стол, компьютер, папки с бумагами. Ничего лишнего. Ни суеты, какая была в кредитке, когда пять-шесть человек галдят, перебивают, заманивают клиента выгодными условиями, ни беготни из отдела в отдел, ни идиотских «холодных» звонков, половина которых обрываются гневными тирадами.
– Как сама? – спросил Саша. – Что нового?
– Живу, развелась, воспитываю ребенка. Ты женился? Работаешь где?
– Женился. Да все потихоньку. Уже два года не работаю. Как салон открыли, решил сам на себя. Хватит «дяденькам» карманы набивать.
Аня его похвалила, но он пропустил мед мимо ушей. Не для этого прибыл. Полюбоваться
Любимая загуляла, они приняли решение пожить раздельно. Находиться в четырех стенах стало невыносимо. Заглушая тоску, Саша переписывался с девушками, ходил на свидания с блондинкой Ксенией, и как-то она пригласила его на чай. Заехали за тортом, расположились в гостиной, целовались, но Немов ничего не чувствовал. Мысли рисовали образ Ани. Саша понял, что влюбился в близкую подругу, причём влюбился, когда потерял ее. «Почему, – злился на себя Немов, – чувства не нахлынули в момент, когда им обоим было плохо?!» Но нет, тогда Аня и Саша спасали вторых половинок. Друзья да друзья, никому койки не мерещились.
Без Ани Саша затосковал. Пустота скапливалась и превращалась в бездонную пропасть. Немов искал Точкину. Возможно, она уехала, или помирилась с мужем и заперлась дома. Саша прочесывал городские кварталы, заглядывал в кредитку, но безрезультатно. Девушка исчезла столь же неожиданно, как и появилась.
Позже, восстановив отношения с любимой, Немов размышлял, как бы все сложилось, если бы они с Аней сблизились. «Как несправедливо, – думал он, наблюдая за огнями машин, отражавшихся на потолке, – Бог сводит нос к носу людей, которым хорошо вместе, и тут же лишает их всего. Они существуют, а не живут. Аюбят не тех, спят не с теми… А вдруг где-то есть другой мир, в котором Немов и Точкина встретятся в раннем возрасте?! Восемнадцати- или двадцатилетних Аню и Сашу ждет долгая жизнь, где все будет по-другому.
Но где этот чертов другой мир? Как в него попасть?»
Немов ворочался и засыпал под утро. На работу ехал квелый, разбитый. После кредитки он перевелся в центральный офис в Москву. Неудачи породили в нем жесткость, а порою и жестокость. Он строил команду из специалистов, каким сам недавно был, но строил с фанатичной жадностью, с жаждой лишить конкурентов не только куска хлеба, но и крошек со стола. Никому ничего не отдавать! Работа, работа и еще раз работа. Отвлечь себя днем, так как ночью возвратятся тяжкие думы и навалятся весом двухтонной плиты, расплющат его беззащитного, и польется в мозг поток слов и видений, от которого никуда не спасешься…
– Здорово, что навестил, – сказала Аня. – Пообедаем вместе как-нибудь?
– Обязательно, но не сегодня. Я от тебя поеду с поговорить кое с кем. Он салон продает, хочу посмотреть.
– Расширяешься?
– Да вроде того.
Повспоминали бывших коллег: кто, где и как. Погрустили о Пашке, чей потенциал растратился на менеджерский уровень. Менялись банки, названия должностей, однако карьера уперлась в непреодолимое препятствие. Паша интересовал руководителей исключительно как продажник. Немов сказал, что предлагал Пашке присоединиться к бизнесу, но тот отказался. Посчитал, что есть риски.
– Лучше уж рискнуть и попробовать, чем скитаться из банка в банк. Должен быть рост, а так… Да ну! – Саша махнул рукой.
– Финансовый фактор тоже имеет значение, – сказала Аня. – Не каждый наберет большую сумму. Наверняка не десять тысяч вложить.
Позже, когда отпустило, и в груди перестало щемить, Немов сделал упор на карьеру. Трудился за двоих, а то и за четверых, выходил тряхнуть стариной и показать новичкам мастер-класс. Тоска уходила, отступала неспешно, но все же отступала, и боль от расставания притупилась. Обретенный стальной стержень, однако, не пропал. Характер затвердел, но старая мягкость изредка проявлялась, Саша задвигал ее в глубокие недра.