Мое!
Шрифт:
Свирепая улыбка Ван Дайвера дернулась. Оливково-зеленый фургон с разбитой левой стороной стоял на стоянке между старым «олдсмобилем» и грузовиком «Мичиган Пауэр». Ван Дайвер вырулил на место поближе к зданию, откуда была видна его дверь. Он выключил мотор и щелкнул выключателем монитора, индикатор которого гласил: ССВ, 017 0.01. — «Достаточно близко», — подумал он.
Ван Дайвер натянул на длинные паучьи пальцы черные перчатки. Вытащил из-за сиденья автоматический браунинг, снял с предохранителя и положил у правого бедра. Он ждал, не отводя темных глаз от двери блинной. Через несколько
«Давай, давай!» — думал он. После долгих лет поиска его терпение истощилось, вот почему он поспешил и дал первый выстрел, который разнес череп Эдварда Фордайса, а не Мэри Террор.
По шее побежали мурашки. Ван Дайвер ощутил движение за спиной слева. Голова его повернулась туда, рука с браунингом взлетела и сердце тяжело забилось.
Он глядел в прижатое к окну дуло пистолета, и держала пистолет женщина, которую он сперва увидел в передаче новостей из Атланты, а потом встретил на кухне Беделии Морз.
Она не была убийцей. Она вела рублику светской жизни в атлантском журнале «Конститьюшн» и была замужем за биржевым брокером. До похищения ребенка она никогда не испытывала душераздирающей боли. Она никогда не страдала. Все это Эрл Ван Дайвер знал, и он переместил тяжесть тела, готовясь поднять пистолет и застрелить ее через окно. Его выстрел будет быстрее и вернее, потому что у нее не хватит духу хладнокровно застрелить человека.
Но он этого не сделал. Не сделал из-за того, что он увидел на избитом лице Лауры Клейборн. Не безнадежность, не слабость или мольбу. Он увидел отчаяние и ярость — эмоции, слишком хорошо ему известные. Может быть, ему и удастся выстрелить первым, но второй выстрел точно сделает она. Беделия Морз внезапно протянула руку мимо Лауры и открыла дверь прежде, чем Ван Дайвер успел запереть замок.
— Положи пистолет, — сказала Лаура. Сможет она застрелить его, если надо будет? Она не знала и молила Бога, чтобы ей не пришлось этого узнать.
Ван Дайвер просто сидел, улыбаясь застывшим лицом, и глаза его были темны и настороженны, как у гремучей змеи.
— Положи пистолет! — повторила Лаура. — На пол!
— Сначала вынь обойму, — добавила Диди.
— Да. Как она сказала!
Ван Дайвер поглядел на автоматический пистолет в руке Лауры. Он чуть дрожал, палец лежал на спуске. Когда Ван Дайвер шевельнулся, обе женщины вздрогнули. Он вынул обойму из своего браунинга и, держа ее на ладони, положил пистолет на пол.
— Возьми ключи и вылезай из машины, — приказала ему Диди, и он повиновался.
Лаура взглянула на фургон Мэри Террор, потом опять на Ван Дайвера.
— Откуда ты знал, что она здесь? Ван Дайвер безмолвствовал, глядя на нее бездонными пазами. Он снял шерстяную шапочку и обнажил гладкий череп, прикрытый несколькими длинными седыми прядями, прилипшими к коже, и каштаново-седым венчиком. Он был сухим и жилистым, ростом примерно пять футов десять дюймов — никак не крупный человек. Но Лаура знала его силу по собственному болезненному опыту. Эрл Ван Дайвер был плотной упаковкой мускулов и костей, пропитанных электричеством ненависти.
— Для
Никакого ответа.
— Этот хмырь не сможет разговаривать, не подключив динамик к своему горлу, — сообразила Диди. — Где твой динамик? Показать-то ты можешь?
Никакой реакции.
— Дай мне пистолет, — сказала Диди и взяла его у Лауры. Потом шагнула вперед и приставила пистолет к гениталиям Ван Дайвера, глядя прямо в его холодные глаза.
— Приехал в Энн-Арбор, чтобы найти меня, так? И что ты там делал? Следил за моим домом? — Она посильнее надавила на дуло пистолета. — Как ты меня нашел?
Лицо Ван Дайвера было неподвижной маской, но извитая жилка на виске билась быстро и сильно. Диди увидела мусорный ящик за блинной, где лесная поросль спускалась к дренажной канаве. — Мы от него ничего не добьемся. Он всего лишь… — она придвинулась к нему лицом к лицу… — обосравшаяся свинья. — На слове «свинья» брызги вылетели у нее изо рта в лицо Ван Дайверу, и он моргнул. — Пошли! — Она толкнула его к мусорному ящику, приставив пистолет к спине.
— Что ты собираешься делать? — нервно спросила Лаура.
— Ты ведь не хочешь, чтобы он преследовал Мэри? Мы отведем его в лес и всадим в него пулю. Пуля в колене — отличное решение проблемы. Ползком он далеко не уйдет.
— Нет! Я не хочу!
— Я хочу, — сказала Диди, толкая Ван Дайвера вперед. — Этот сукин сын убил Эдварда. И чуть не убил нас и ребенка. Шевелись, ты, сука!
— Нет, Диди! Этого нельзя делать!
— Тебе ничего не придется делать. Я плачу долг за Эдварда, вот и все. Я сказала шевелись, свинья вонючая!
Она сильно толкнула его дулом пистолета в крестец, и он, глухо заворчав, пошатнулся вперед на несколько шагов.
Эрл Ван Дайвер нерешительно поднял руки. Потом показал на горло и на багажник «бьюика».
— Теперь он хочет говорить, — сказала Диди, вся покрытая под одеждой холодным потом. Она бы выстрелила в него, не будь у нее другого выхода, но сама мысль о насилии сводила ее живот судорогой. — Открой его, — велела она. — Очень медленно.
Пока он отпирал багажник, она держала пистолет у его спины. Взгляду Лауры и Диди предстали подслушивающая тарелка, магнитофон и снайперская винтовка. Ван Дайвер открыл маленькую серую пластмассовую коробку и вынул оттуда шнур с разъемом на одном конце и миниатюрным динамиком на другом. Он вставил разъем в розетку у себя в горле с привычной легкостью, а затем щелкнул выключателем на динамике и подрегулировал громкость. Поднял динамик на уровень лица Диди.
У него зашевелились губы, на горле выступили вены.
— Последний, кто назвал меня свиньей, — проскрипел металлический голос, — слетел с лестницы и сломал себе шею. Ты его знала под одним из его имен: Раймонд Флетчер.
Это имя ошеломило ее. Доктор Раймонд Флетчер делал ей пластическую операцию.
— Иди в машину.
Диди захлопнула багажник «бьюика» и подтолкнула Ван Дайвера в сторону «БМВ». Когда Ван Дайвер оказался на заднем сиденье — Диди рядом с ним с наведенным на него пистолетом, а Лаура за рулем, — Диди сказала: