Мои семь мужей
Шрифт:
Прикрываю глаза и растягиваю губы в улыбке, наслаждаясь каждой секундой этого мгновения.
С каким это пор мой жених стал таким нежным? Обычно, когда я просыпаюсь, он всегда спит в километре от меня и недовольно похрапывает, но какая муха его сегодня утром укусила? Муха любви и нежности?
Еще и тело у него такое...Прямо чувствую, как моя спина упирается в упругие мышцы. Подкачался что ли?
Стоп!
Я резко распахиваю глаза и сердце подпрыгивает к горлу. Точно...Я ведь умерла!
Воспоминания вихрем врываются
– Проснулась?
– Слышу сексуальный голос над своим ухом, и сразе же пытаюсь подтянуть одеяло к своему лицу. Как же я сейчас должна жутко выглядеть после такой бурной ночи!
– Ты так сладко спала, даже не проснулась ни разу, устала вчера, наверное?
– Продолжает сладкий льющийся голос, и в ответ я выдаю короткое "угу".
Еще бы я крепко не спала...Да меня после такого дикого всплеска адреналина чуть вчера на атомы не расплющило! Уж не знаю, что это было - магия Пэта или магия хорошего секса, но, во-первых, на меня накатили такие сильные чувства, что я даже разревелась. Меня будто внезапно взяли, встряхнули, и вывернули наизнанку все мои глубоко спрятанные эмоции, причём лет эдак за десять. Это чувствовалось так, будто мне внезапно разрешили чувствовать и быть! Быть живой!
Хотя выглядело это очень странно и двусмысленно, я уверена. И тут встала вторая проблема - как себя вести теперь? Как ему в лицо смотреть? Сделать вид, что ничего особенного не случилось и просто спать лечь?
Мне было правда очень хорошо. Да я в первый раз в жизни оргазм испытала, и не один даже! Но вот внутри мне всё равно чего-то не хватило, и ощущение это со мной остаётся до сих пор...
– Мия, будешь завтракать?
– Пэт продолжает сыпать вопросами и нежно целует меня в плечо.
Я вздрагиваю и вжимаю голову в свой "одеяльный панцирь". Я бы не сказала, что мне неприятны его касания или забота, скорее даже наоборот. Но я ожидала от него совершенно другого поведения на утро, и меня это сбивает с толку.
И вообще. Почему они все со мной такие милые и добрые? Да, я здесь единственная дама на острове, и еще и какой-то Миссией меня называют...Но не может так быть, чтобы все мужики разом прониклись ко мне какой-то пламенной любовью! Хотя Пёс и говорил, что это чуть ли не их работа - хранить меня "как зеницу ока", но я всё еще жду какого-то подвоха, и что мне потом придётся поплатиться за такую райскую жизнь.
– Да. Я позавтракаю, только умыться схожу.
– Как-то слишком торопливо произношу в ответ, быстро отстраняясь от него, скидываю с себя одеяло и устремляюсь в ванную.
Как и ожидалось - выгляжу я помятой. Очень жаль, что после "смерти" мне не встроили функцию - выглядеть всегда идеально и без опухшего лица утром. Еще и на голове какая-то мочалка, потому что ночью
– Мия..., - в закрытую дверь раздаётся тихий стук и я чуть зубную щётку не роняю на пол, - что ты будешь есть? Фрукты? Кашу? Может быть яичницу пожарить с беконом?
Прямо шведский стол какой-то. А я, до своей смерти, почти каждый день только йогуртами и питалась, потому что утром есть не хотелось особо.
А сейчас от такого богатого меню у меня аж под ложечкой засосало.
– Я яичницу буду!
– Кричу в ответ, запихивая в рот щётку.
– Понял!
– Откликается довольный голос и тут же из комнаты раздаётся какой-то грохот.
– Да кого там еще принесло..., - доносится до меня из-за двери и голос Пэта удаляется.
Кто-то пришёл? Может быть Пёс? Тогда к Чету он тоже приходил.
Быстро чищу зубы, умываюсь, снимаю пижаму, и быстро облачаюсь в свои вещи, придирчиво разглядывая себя в зеркале и приглаживая волосы. Хм...Может Пёс новую одежду принёс? Я была бы не прочь надеть сегодня что-то другое. Но только не платье в рюшечках!
Выхожу и первое, что я вижу, это мрачного, будто грозовая туча, Чета, и довольного Пэта в фартуке, надетом на голый торс.
Глава 20
– Представляешь, Мия!
– Сразу врывается в разговор Пэт, и многозначительно мне подмигивает.
– Чет пришёл проверить - не съел ли я тебя этой ночью, ха!
Лицо Четверга мрачнеет еще больше, будто ему наступили на больную мозоль.
– Я просто волновался.
– Отрезает он и добавляет, уже обращаясь ко мне: - Мия, можно тебя на пару слов? Поговорим на улице, пожалуйста.
– На пару слов?
– Пэт подкидывает на сковородку два ломтика бекона и комната наполняется шипящим звуком.
– Да говори здесь, чего стесняться-то! А если хочешь..., - он коварно ухмыляется и смотрит на меня с хитрым прищуром, - ...можешь быть третьим! М? Что скажешь? Это отличное предложение!
Чет тут же заливается краской, и не он один. Я тут же начинаю подталкивать его к выходу, и тихо говорю ему в спину "он просто шутит, пошли!"
Как ни странно, но Пятница нас не останавливает, только утомленно вздыхает, указывая на меня кухонной лопаточкой, и кричит вслед:
– Поторопись, Мия, иначе завтрак остынет!
– А, да...Конечно!
– Киваю в ответ и поспешно выхожу на крыльцо вслед на Четвергом.
Ох уж мне этот Пэт! Ну и шуточки у него!
Делаю глубокий успокаивающий вдох, и лёгкие медленно наполняются утренней свежестью. На улице опять стоит чудесная погода. Вокруг ни души, хотя совсем рядом располагаются еще два одноэтажных дома, но уже чуть меньше, чем дом Пэта. Где-то в кронах деревьев, которые шелестят листвой над нашими головами, выводят волшебные трели невидимые птицы, солнечные лучи пригревают моё лицо, любовно целуя в щёки. Настоящее райское утро...