Мокруха

Ширли Джон

— Если подсядем на это сетевушное говно, мы себя потеряем. — говорит Рик Рикенгарп музыкантам своей группы в Полном затмении. — Там все одинаковые.

— Рок’н’ролл —

это не блядская религия, — возражают они.

— Это больше, чем религия. — отвечает Рикенгарп. — Это стиль жизни.

Когда разбух и лопнул пузырь доткомов, а с ним эйфория первого этапа Компьютерной Революции, стало ясно, что, даже если дать каждому клерку по компьютеру, отыщутся фрики, которым сетевушного говна покажется мало. Рикенгарп, слоняясь по плоту ВольЗоны, предсказывал всем, кто соглашался его слушать: настоящий рок возвращается. И хотя соглашались немногие, Рикенгарп оказался прав. В 2013 г., читая переработанную версию Песни под названием Юность, я сдавала колоду DAB-станций — а та продолжала разбухать у меня в наушниках, перелетая на свет старомодного будущего из тьмы аналогового эфира. Подобно семенам чертополоха, разлетающимся из пушка, киберпанк, хард-рок и хэви-металл раздробились в мальстрёме цифровой эпохи на множество субжанров, альтернативных течений, гибридов и кроссоверов.

Они отнюдь не умерли.

Они лишь вышли на Иной План покурить, каждый своей тропинкой. Кто-то их вовсе не помнит или никогда не знал, но это не значит, что они забыты: Ингви Мальмстин гарантирует.

Вернор Виндж отыскал горшочек золота в Конце радуг.

Уильям Гибсон заполнил Нулевое досье в Стране призраков, переложив Распознавание образов на Периферийные устройства (оно и мне пригодится одинокой ночью 28 октября).

Джонни Джоэли вернул Hardline в опасную зону после двойного полного затмения.

Рон Кил переехал с последнего фронтира Keel в страну металлических ковбоев-сольников.

Джон Ширли, следя за Мрачным Бликом в тёмном зеркале заднего вида, снаряжает упряжку WatchDogs. Я пожелала ему удачи: его Париж стоит даже чёрной мессы.

Анита Линден, Упсала, 1 июня 2014 г.

Перевод на русский К. Сташевски.