Шрифт:
ПРОЛОГ
– Поздравляю, мамаша, мальчишка у вас получился просто ужас какой симпатичный: три кило, пятьдесят сантиметров в холке… По шкале Апгар я вам восьмерочку, пожалуй, нарисую. Отдыхайте… Чего? Нет, все в порядке, но несколько дней поваляться, конечно, еще придется – нам надо вас понаблюдать, послушать, пощупать, понюхать для порядку… а потом поедете домой, к папочке… Что? Где шум?... А, за окном… Ну, не обращайте внимания, сегодня такая иллюминация в небе, хоть фонари гаси. Ночь просто волшебная,
12 января 1975 года. Зауралье.
Загородное шоссе
19:20
За городской чертой зима казалась более суровой. Здесь ее не разукрашивали вывесками гастрономов, не щекотали фейерверками и не пытались растопить солью. Здесь начинало казаться, что зима вечна, как коммунистическая партия.
Холодную пустыню эту, простиравшуюся, казалось, на многие тысячи километров, разрезала пополам только одинокая пара автомобильных фар. Шоссе обледенело, справа и слева от него простирались белые поля. Несколько маленьких светящихся точек впереди – это деревня, единственный признак присутствия людей в этом богом забытом краю. Где-то справа спрятался секретный военный гарнизон, но на то он и секретный, чтобы прятаться. Сверху – несколько миллиардов звезд. И более ничего.
Водитель, гнавший «Запорожец» на деревенские огоньки, не считал себя романтиком. Более того, он плохо себе представлял, что это слово означает. Он был простой механизатор. Он почти не смотрел на небо, за исключением тех случаев, когда требовалось погадать на дождь или снегопад, не читал книг и не целовал жену перед сном. Нельзя сказать, что все механизаторы были такими, но именно этот – был. У него проблем полон рот – какое там небо, тем более если ты едешь на автомобиле, помнящем хрущевскую кукурузу.
Водитель выругался, переключая передачу. Он торопился домой, мечтал поскорее улечься на диван и посмотреть хоккей. Сегодня бьются «ЦСКА – «Крылышки». Послушать Озерова и уснуть на диване – это как напиться на рублевый выигрыш в лотерею. Жизнь все-таки не стоит на месте, она, можно сказать, все время движется - от родной колхозной мастерской до сельпо и обратно, ха-ха.
Когда мужчина включил нейтральную передачу, «Запорожец» вдруг умолк. Он продолжал катиться по инерции, постепенно замедляя ход.
– Что за дела?! - Водитель надавил на педаль тормоза. Машина остановилась. Только теперь стало слышно, как тихо вокруг.
Мужчина попробовал включить зажигание.
Хр, хр, хр, хр, хр, хр...
– Черт!!!
Он переждал несколько секунд, попробовал еще раз.
Хр, хр… Х-хх!..
Двигатель умер. Похоже, скоро сдохнет и стартер. Водитель подергал ключ еще немного и, убедившись, что машина велела не беспокоить, открыл дверцу и вышел на воздух.
"Зараза", – подумал он.
Оказавшись снаружи, мужчина поежился. Сильно похолодало. Градусов двадцать против тех десяти, что были в обед, а к полуночи и до тридцатки
Он обошел машину сзади, открыл капот. Освещения не хватало, поэтому мужчина полез в карман. В недрах его куртки находили место гаечные ключи, отвертки, пустые пачки из-под папирос и кульки с семечками. Среди этого разнообразия должен был находиться и маленький фонарик. Мужчина был уверен, что не выкладывал его с прошлой недели.
Поиски в боковых карманах результата не принесли. Во внутреннем кармане тоже ничего похожего на фонарик не обнаружилось, и мужчине ничего не оставалось, как снова выругаться, зло и беспомощно, в лежащую вокруг пустоту.
«Ну, что теперь?!» – подумал он.
Бедолага снова обошел машину, чтобы открыть дверцу салона, как вдруг проблема решилась сама собой. Кто-то пустил сигнальную ракету.
– Хе-ге, – сказал мужчина и посмотрел вверх. – О, блин…
То, что он увидел, привело его в замешательство, смешанное с восторгом. Он редко смотрел на небо, потому что не видел там ничего интересного. Сегодня, пожалуй, был не тот случай.
Это была не ракета. Одна из звезд, явно крупнее всех тех, что рассыпались на бескрайнем черном покрывале, намеревалась превзойти их и по яркости, и ей явно не сиделось на месте.
– Мама родная... – пробормотал мужчина и сдвинул шапку с бровей.
Крупная светящаяся точка в северо-западной части неба плавно опускалась вниз. Довольно быстро для звезды, но слишком медленно для самолета. С каждой секундой она даже становилась ярче, и очень скоро стало очевидно, что водитель «Запорожца» стал свидетелем редкого зрелища.
«Орбитальная станция «Салют!», – предположил он и тут же огляделся по сторонам. Ему было почти до слез обидно, что никто больше этого не видит. А так хотелось поделиться!
– Эй!..– крикнул он.
Тишина. Он здесь один.
Звезда снижалась. Еще через некоторое время стало ясно, что она опускается на город. Несомненно, она висела непосредственно над жилыми кварталами, а не где-то над Финляндией. Водитель «Запорожца» посмотрел на далекие огоньки домов, прикинул расстояние («километров на пятнадцать отъехал»), потом снова глянул на звезду. Скорее всего, она «сядет» на главную площадь, аккурат под ноги вождю мирового пролетариата, и, судя по скорости ее движения, произойдет это минут через двадцать.
Черт побери, что это?!
Загадочная точка сверкнула чем-то бирюзовым. Всего на мгновенье, но этого хватило, чтобы выдвинуть вторую версию, более сумасшедшую.
– Летающая тарелка, – пробормотал водитель и хохотнул. Он заставил себя опустить глаза. Присел, зачерпнул рукой снег и вытер лицо. Никакая это не тарелка, это банальная белая горячка. Теща давно говорила ему, что в один прекрасный день он допьется до таких соплей, что начнет стрелять из охотничьего ружья в соседских кур… Кхм, на то она и теща, чтобы так говорить, и в чем-то она была права. Но сейчас-то он трезв!