Молчи!
Шрифт:
— Вы говорите, что хотите помочь, но отказываетесь раскрыть ваши планы, — сказала Алексис, выходя из гостиной.
Лейк шла следом за ней. Она начала протестовать, но понимала: все это напрасно. Алексис сказала то, что собиралась сказать. Когда они дошли до входной двери, Алексис распахнула ее.
— Приятного вам вечера, — сказала она ровно, когда Лейк вышла из квартиры.
— Спасибо, что поговорили со мной. Я бы хотела знать…
Алексис опять расцвела напряженной фальшивой улыбкой:
— Как говорят французы, ищите женщину. —
Глава 17
«Ищите женщину».
Что Алексис имела в виду? В старых детективах эта фраза подразумевает, что причиной несчастий обычно бывает женщина, но Алексис вряд ли использовала клише в прямом смысле. Скорее намекала на некую тайну, которую не захотела раскрыть. Лейк ехала в лифте, прислонившись к стенке. Она была на расстоянии вытянутой руки от разгадки, но Алексис недостаточно доверяла ей, чтобы поделиться всей имеющейся у нее информацией. Значит, Лейк придется заглянуть в медицинскую карту Алексис и попытаться найти решение самостоятельно.
Было почти сумеречно, когда она вышла из такси у своего дома, — это было ее любимое время дня летом. Сегодня, однако, у нее вновь появились страхи. Скоро надо будет ложиться спать, и, возможно, опять придет таинственный человек, звонивший вчера в дверь. Прежде чем войти в дом, она быстро осмотрелась и увидела только двух мальчиков, еще не достигших подросткового возраста, — они играли в мяч для гольфа у соседней двери.
— Все в порядке, миссис Уоррен? — спросил консьерж Боб, когда она вошла в вестибюль. Он, должно быть, видел, как она оглядывала улицу.
— Да, спасибо, Боб, — кивнула Лейк. — Просто я немного нервничаю из-за случившегося. Знаете, доктора, с которым я работала, убили.
— А с полицией все прошло хорошо?
«Великолепно, — подумала она. — Не хватало только, чтобы Боб рассказал о полиции Джеку».
— О, детективы просто разговаривают со всеми, кто работает в клинике. Чтобы собрать больше информации. Все это сплошная рутина.
Боб смотрел на нее, и его лицо словно сжалось. Он вынул из кармана пиджака маленькую визитную карточку и протянул ей.
— Они сегодня опять приходили, — серьезно сказал он.
Лейк, беря карточку, выдавила улыбку.
— Ну, это лишь контрольный визит, — сказала она. — Им просто нужно разузнать все, что можно, о докторе… Спокойной ночи.
Спеша к лифту, она украдкой взглянула на карточку. Это была визитка Маккарти с номером мобильника. Шариковой ручкой было написано: «Пожалуйста, позвоните мне».
«Вот так они и заставляют людей признаться во всем, — думала она, поднимаясь к себе на этаж. — Приходят домой опять и опять, задают неожиданные вопросы, и появляется чувство, словно вы готовы раскрыться перед ними». Или, гадала она, могли появиться какие-то новости — копы узнали о чем-то связывавшем ее с Китоном. Внезапно у нее перехватило дыхание.
Заперев дверь квартиры, Лейк снова подтащила
Ей ответила голосовая почта. «Естественно, — подумала она, — мучения продолжаются». Пусть она помучается неопределенностью, пока он наконец не перезвонит ей.
Лейк хотелось еще вина, но она не осмелилась выпить больше — было жизненно важно хорошо соображать. Разогрев в микроволновке один из чизбургеров, какими иногда кормила детей, она отнесла его в кабинет и открыла ноутбук, чтобы подготовиться к презентации. Нужно было работать, а времени оставалось все меньше. Но, просмотрев несколько раз первую страницу, Лейк поняла, что слишком устала и не способна сконцентрироваться.
В ожидании звонка Маккарти она ходила кругами по кабинету. Наконец он связался с ней:
— Лейк Уоррен? — Ее имя, произнесенное им, показалось ей чужим, будто детектив обращался к кому-то другому.
— Да, — нервно ответила она.
— Говорит детектив Маккарти. Как я понимаю, консьерж доложил вам, что мы заходили. — Неожиданно она услышала в телефоне звуки дорожного движения. Он, должно быть, где-то поблизости, поняла она, затаился и ждет возможности прийти.
— Да. Он это сделал. Жаль, что меня не было дома.
Детектив помолчал.
— Э… могу я чем-то помочь вам? — спросила она.
— Нам интересно, обдумали ли вы наш с вами разговор.
Черт возьми, что он имел в виду? От нее ждут какого-то признания?
— Не очень понимаю… о чем вы говорите, — запинаясь сказала она.
— У вас было время подумать, не видели ли вы, как кто-то открывал ящик мисс Донахью. — Его голос стал тише, словно он смотрел вниз и что-то читал.
Она испытала облегчение, но подумала, что это может оказаться ловушкой.
— Э-э… нет, я не думала об этом. Я работаю в маленькой комнате для заседаний и редко оказываюсь рядом со столом Мэгги.
Повисла длинная пауза. Лейк крепко сжала губы, приказывая себе молчать.
— Ну тогда ладно, — сказал детектив. — Спасибо вам за содействие.
— Пожалуйста. Я… я рада помочь вам.
— Прекрасно. Уверен, мы будем поддерживать связь.
Закончив разговор, Лейк испытала желание забросить блэкберри куда-нибудь подальше. Что означали его последние слова? Копы действительно держат ее за подозреваемую?
Спала Лейк очень плохо. Все мышцы были напряжены, и у нее снова болело горло. Около трех, ворочаясь на смятых простынях, она вспомнила, что не отправила детям факс. При мысли о печальной и обеспокоенной Эми, лежащей на своей кроватке, у нее заболело сердце.
На следующее утро она встала в шесть, на улице моросил дождь. Горло болело не так сильно, но сердце бешено заколотилось, когда она вспомнила о своей «шпионской» миссии. Она была любезна с Арчером и беспечно согласилась на его предложение, но теперь чертовски нервничала.