Молодожены
Шрифт:
Решив избежать прямого ответа, Линда мягко улыбнулась:
— Что вы, очевидно, очень гордитесь своим отцом.
— Если во всем мире и есть хоть один человек, которого я люблю и уважаю по-настоящему, так это действительно мой отец. Он воспитал меня безо всякой посторонней помощи. Для одинокого мужчины это не просто. — Джейк слегка дотронулся до ее руки.
— Вам повезло, — ответила она, стараясь не замечать тепло его ладоней, пьянящую свежесть тела, которая ощущалась всякий раз, когда они оказывались так близко…
—
Линда не догадывалась раньше, что ее разум и сердце могут настолько не подчиняться ей, но не подала никакого вида.
— Думаю, что слишком уж загостилась у вас. Но не по своей инициативе: вы сами задержали меня значительно дольше, чем обещали. Боюсь, теперь я не высплюсь и завтра на дежурстве, к большому удивлению Маккоя, буду клевать носом.
— Бедный Маккой! — произнес Джейк, благоговейно оглядывая ее лицо.
— Бедная я, — прошептала Линда.
Не отходя от нее, он продолжал возбужденно разглядывать ее полные губы, сверкающие в тусклом электрическом свете волосы, глаза с каким-то загадочным и отчаянным блеском… Желание обладать ею начинало верховодить всеми остальными его чувствами. Однако на последний решительный шаг Джейк так и не отважился… Ему удалось охладить свой пыл.
— Пойдемте, Линда. Пора возвращаться домой, — произнес он тихо и пошел по узкой тропинке, держась чуть впереди нее.
— Сержант Оуэн, этот гамбургер гораздо лучше будет чувствовать себя в твоем животе, чем на тарелке.
Линда словно очнулась от голоса Маккоя и подняла задумчивый взгляд на своего напарника, сидящего за столиком напротив нее.
— Ты что-то сказал, Маккой?
Молодой полицейский постучал себя по лбу.
— Послушай, ты и трех раз не откусила, а нам уже пора возвращаться на дежурство. Что с тобой стряслось? Ты заболела, что ли?
Конечно же заболела оттого, что не смогла сразу выбросить из головы Джейка Уиллиса, с грустью заключила про себя Линда. Уже почти неделя прошла с тех пор, как она побывала у него в загородном доме. И, собственно, к лучшему, что он куда-то запропастился и больше не подавал о себе никаких знаков.
Возможно, этот Джейк Уиллис и был хорошим человеком. Но ей-то что до этого? Еще не время забывать об уроках прошлого и превращаться во влюбленную размазню. Своим исчезновением он лишь подтверждал, что все ее опасения насчет новых романов небезосновательны.
И все же Линда почему-то ощущала себя внезапно постаревшей и всеми отвергнутой.
— Я ничем не больна, Гордон. Просто не хочется есть, — с этими словами Линда швырнула в тарелку с недоеденным гамбургером грязную салфетку и поставила на поднос пустую кружку. — Пошли отсюда.
Захватив подносы и оставив их возле мойки, они вышли из «Макдональдса». Маккой уселся в патрульную машину, приготовился завести мотор,
— Знаешь, — задумчиво сказал он, — в последние пару дней я заметил, что ты как-то осунулась. Ты хорошо высыпаешься?
— Да хватит тебе, Маккой! Если бы ты так же зорко осматривал улицы, как наблюдаешь за мной, то наверняка нарушителей изрядно поубавилось бы, — разозлилась Линда.
Пропустив мимо ушей ее весьма язвительное замечание, Маккой включил зажигание и выехал на забитую транспортом дорогу. Несколько минут они ехали молча, но вскоре он опять не выдержал:
— Мне далеко не безразлично твое состояние, Линда. Ведь ты мой напарник. Если от твоего стопроцентного потенциала останется только пятьдесят процентов, то нести ответственность и, соответственно, страдать предстоит именно мне. Это не значит, что в последующие пять минут нам придется преследовать вооруженную банду. Но случись такое… я бы чувствовал себя намного спокойнее, если бы ты не сидела рядом с такой кислой миной.
С кислой миной? Линда едва не вышла из себя, но сдержалась. Вместо этого принялась считать до десяти. На счете «девять» она остановилась, вдруг почувствовав к себе отвращение.
— Наверное, ты прав, Маккой. И прости, что эти несколько дней я была не в форме. Голова переполнена разными дурацкими мыслями. Но тебе не стоит беспокоиться. Если попадем в заварушку, обещаю, что не подведу.
Они проехали еще два квартала, прежде чем Маккой заговорил снова.
— Знаешь, дело не только во мне. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, Линда.
Она невидящими глазами уставилась в окно, решительно подперев рукой подбородок.
— Не волнуйся, Маккой. У меня, слава Богу, голова еще на месте.
Вечером того же дня, когда дежурство закончилось, Линда переоделась и поехала через весь город к Сьюзен. Она больше не могла вынести в одиночестве ни одного вечера у себя дома.
Дверь в квартиру открыл муж подруги, Хью.
— Заходи, Линда. Сьюзен в кухне. Она приготовила венские сосиски с капустой, — не без удовольствия доложил он.
Линда посмотрела на часы.
— В такое время? — удивилась она.
— У нее неожиданно пробудился аппетит, — прыснул Хью.
Линда закатила глаза.
— Надеюсь, он не пробуждается у нее посреди ночи, — пошутила она.
Сьюзен сидела за столом, спокойно поглощая жареные сосиски с капустой. Прямо перед ее тарелкой лежала одна из многочисленных книг по уходу за ребенком.
— Линда, подружка! — радостно воскликнула она. — Садись и поешь со мной. Кислая капуста просто восхитительна. И, слава Богу, ни капельки жира!
Линда уселась рядом с ней.
— Я слышала, подружка, что ты по ночам в постели пытаешь Хью солеными крендельками, — подмигнула она.