Молот
Шрифт:
— Значит, по-хорошему вы не хотите? А я считала вас умной женщиной, Анна.
— Если бы я была умной, я бы не сказала вам десять лет назад, что забеременела от вашего сына.
Аня начинает повышать голос, нервы натянулись струной, еще совсем немного, и они лопнут, она начнет кричать на всю улицу. Снова, но уже в более грубой форме выскажет все, что она думает об этой семейке. Но вот на ее плечах чьи-то горячие ладони, они притягивают и крепко прижимают к широкой груди. Ей даже не надо оборачиваться, чтобы понять, кто это. Выдох облегчения вырывается
Артем прекрасно слышал все, о чем говорят женщины, чувствовал, как его кошка готова сорваться, как дрожит ее голос. Выходит, прижимает ее к себе спиной, целует в макушку, внимательно рассматривая женщину, стоявшую перед ними. Она, в свою очередь, что-то пытается сказать, но замолкает, этот немой диалог длится несколько долгих секунд, Аня оборачивается, смотрит то на Артема, то на Светлану Альбертовну.
— Что?…Что вы здесь делаете? Вы снова преследуете меня и мою семью?
Жданова делает шаг назад, прижимая к себе сумочку, плотно сжимая узкие губы, цвет лица становится еще бледнее.
«Будь я проклят, сука, это же она. Мать того обдолбанного ублюдка, что подрезал нас с Леркой два года назад»
— Вы можете забыть о мести, мой сын мертв, — с вызовом смотрит на мужчину.
«Очень жаль. Я так хотел сам оторвать ему голову. Видимо, плохо ты, сука, прятала своего ублюдка. Не ушел он от своей судьбы»
Глава 42
— Ты что, специально это сделала? Зачем здесь этот человек? — Жданова ведет подбородком в сторону Артема, в ее глазах ненависть и страх.
— Вы знакомы?
«Да, расскажи, какой я ужасный человек. И то, что сдох твой ублюдок, — это еще ничего не значит»
Аня не понимает, что происходит, почему Жданова так испугалась. Артем стоял рядом, словно не замечая ее, прожигая взглядом женщину.
— Мой сын не виноват! — Жданова говорит холодно, сквозь зубы. — Это твоя девушка не справилась с управлением, она сама виновата в своей гибели. Но можешь радоваться, ты ведь именно этого хотел. Его больше нет.
На несколько секунд повисает тишина, Аня замирает, оглушенная своими мыслями и догадкой.
— Светлана Альбертовна, если вы все сказали, то я вас больше не задерживаю.
Не глядя больше в ее сторону, Аня берет Артема за руку и тянет к подъезду. Им нужно поговорить и во всем разобраться, без свидетелей и комментариев. Хотя говорить и задавать вопросы придется только ей. Артем хмурит брови, идет следом.
«Оказывается, старая сука Жданова — это бабка сына моей кошки. Чудные дела. Это ее ублюдочный сынок бросил беременную девушку. Не удивлен, он уже тогда был тварью»
Лишь когда за ними захлопнулась дверь квартиры, Аня, включив свет, заглянула в глаза Артема. Она еще не понимала, что хотела в них увидеть: ненависть, злобу, обиду, жалость, — там могло быть все, что угодно.
— Мам, ты чего снова так долго?
В узкую прихожую вышел Вадим, стало сразу тесно и душно.
— Артем, привет, — Вадим заулыбался и помахал рукой
Мужчина вопросительно смотрит на Аню, сводит брови, чуть склонив голову.
«А мы что, ссорились? Кошка, мы ссорились?»
— Скажи, кто-нибудь приходил, пока меня не было?
— Нет, никого не было.
— Хорошо.
— А что случилось, мам?
— Все хорошо, милый, — Аня потрепала сына по волосам. — Вадим, можно мы поговорим с Артемом наедине? Пожалуйста.
— Да, только не ругайтесь.
Вадим ушел в свою комнату, Аня снова взглянула на Артема, только сейчас заметила, как за эти три дня он еще больше оброс щетиной, как стало больше морщинок вокруг глаз. Он так внимательно на нее смотрел, что в горле сразу пересохло, и вспотели ладони. Она вздохнула, собираясь с мыслями.
— Кирилл Жданов, тебе знакомо это имя?
«Да», — Артем кивает.
— Это он виновен в той аварии и в смерти твоей невесты?
«Да»
— Господи, как такое возможно?
Аня прижимает холодные руки к своему горячему лбу, кажется, у нее повышается температура, она словно горит изнутри, или это просто эмоции.
— Я должна тебе кое-что сказать. Это важно, и не останавливай меня.
Артем пытается взять ее за руку, но она одергивает, трет пальцами виски.
— Тот человек, Кирилл Жданов, он отец Вадима. Это про него я говорила. Тогда ни ему, ни его семье не нужен был мой сын. Я не знаю, что произошло сейчас, спустя почти десять лет. Она сказала, что Кирилла больше нет, наверное, поэтому ей понадобился мой сын.
Он все-таки обхватывает ее лицо своими ладонями, запрокидывая голову, заставляя посмотреть на себя.
«Что ты там опять надумала, кошка? Меня не было три дня, мы уже поругались и наверняка расстались. Что ты сейчас пытаешься сказать?»
— Ты, наверное, не захочешь больше с нами иметь никакого дела. Я пойму. Я понимаю. Знать о том, что отец моего сына — это именно тот человек, который виновен в гибели твоей любимой девушки наверняка неприятно.
«Кошка, ты точно не заболела? Черт, ты что решила, что я начну равнять вас с той тварью? Почему ты решила, что ты или твой сын в чем-то виноваты?»
Артем трогает ее лоб, он горячий, сводит брови, Аня следит за каждым его движением.
— Я…я все пойму…
Он не дает ей договорить, крепче сжимает, резко притягивает к себе, целует. Аня судорожно выдыхает в его губы, приоткрывая рот. Артем тут же углубляет поцелуй, лаская ее языком.
«Глупая девочка. Моя глупая зеленоглазая кошка. Накрутила черте что. Да разве я могу уйти или отказаться от тебя, от вас? Даже не проси»
Аня отвечает на поцелуй, слишком жарко, все тело горит, мысли путаются. Она так соскучилась за эти три дня по его настойчивым губам, рукам, поцелуям. Они так и стоят в прихожей, Артем сам, изголодавшись за эти дни, не может оторваться от Аниных губ. Он сдерживал себя изо всех сил, но все-таки не выдержал и приехал, а тут такой любопытный сюрприз в виде матери Жданова.