Молоты Ульрика

Абнетт Дэн

— Тогда откуда поднимается этот дым? — спросил фон Фольк.

Арик проследил взгляд Пантеры и позавидовал его зоркости. Один столб еле различимой дымки, казалось, вовсе не имел источника — ни трубы, ни еще какого-либо дымохода. Он просто возникал в пространстве между скатами крыш и поднимался вверх, призрачно и медленно.

— Ар-Ульрик, запечатай мои уста! — начал Арик. Он повернулся и чуть не обжег взглядом фон Фолька.

— Дым потерянный? — спросил Пантера с хищной ухмылкой.

— Еще бы! — воскликнул Арик и позвал остальных.

Семь человек осторожно двинулись вниз по переулку

с говорящим названием Крутой к нагромождению ветхих строений, среди которых и появлялся дым.

— О, боги! Откуда же он берется? — проговорил Эйнхольт, не настаивая на ответе.

— Ниоткуда… — настороженно произнес Мачан, который уже несколько минут держал руку на рукояти меча под плащом.

Грубер вздернул руку и остановил отряд. Они стояли при входе в темный проулок, и им приходилось пригибаться, поскольку дома так нависали над улицей, что образовывали туннель из расшатанных законченных кирпичей. В проулке было полно мусора, грязи и застоявшихся луж. Крысы сновали и прыгали под ногами. Эйнхольт, Хадрик и фон Фольк наполнили ручные светильники маслом из фляжки и запалили их. Отряд двинулся вперед, разглядывая окрестности в неверном свете трех огоньков.

Пройдя ярдов пятнадцать по слегка искривлявшемуся проулку, забравшись глубже, чем кто-либо за последние годы (исключая крыс и сматывающихся воров, разумеется), они увидели ее.

— Разрази меня, Ульрик! — почти неслышно сказал Грубер.

Дверь. Ниже человеческого роста, больше похожая на люк, но все же дверь. Ее крепкое дерево распирало кирпичную стену проулка. И она была черной от смолы.

— Ищи черную дверь, — произнес Грубер.

— Потерянный дым, к северу от семи колоколов… — добавил Арик.

— В ночь без звезд, — закончил Левенхерц. Он вытащил из-под плаща молот и снес дверь с петель. Тьма поманила их…

За порогом тесный проход уходил вниз. Они шли, не разгибаясь, в некоторых местах даже на корточках, и все равно они задевали макушками и локтями стены и свод прохода.

— Гномья работа? — поинтересовался Арик.

— Древняя, как сам Фаушлаг, — подтвердил Эйнхольт. Прозвучало это зловеще.

Единственное, что они могли разглядеть вокруг в дрожащем огне глиняных светильников, так это ступени, вырубленные прямо в скале и чуть поворачивавшие вправо. Вначале шла известняковая кладка, а когда проход опустился ниже уровня фундаментов старых домов, стоявших в проулке, стенами и сводом стал служить гладкий отесанный камень скалы. Они спустились вниз больше чем на тридцать футов. Освещая дорогу фонарем, фон Фольк оступился на одной из ступенек и уперся свободной рукой в стену, чтобы не покатиться вниз Когда он отдернул руку, она была покрыта черной липкой смолой.

— Ты гляди, и стены смолой промазаны, как и дверь. Словно лодку смолили.

— А она еще и свежая, — сказал Левенхерц, тоже дотрагиваясь до стены. — Кто-то поддерживает это место в порядке.

— Но почему смола? — спросил Мачан. — Чтобы сырость внутрь не пускать?

— Или не выпускать что-то изнутри, — мрачно подытожил Левенхерц.

Ступени становились все более пологими, пока не перешли в подземный туннель, достаточно высокий, чтобы воины могли встать во весь рост. Правда, ширины коридора хватало только для одного человека.

— Куда

теперь? — спросил Хадрик.

— На север, — ответил Грубер с полной и жуткой уверенностью.

Они двинулись на север. Через сотню ярдов отряд наткнулся на еще один лестничный пролет, похожий на тот, которым они уже воспользовались. В воздухе запахло сырой древностью… потом старой скалы, на которой был выстроен некогда Мидденхейм и которая окружала сейчас Волков и Пантер.

Фонарь фон Фолька моргнул и погас. Эйнхольт залил в него масло, зажег и отбросил опустевшую флягу.

— Ну, скоро совсем впотьмах останемся, — сказал Эйнхольт во всеуслышание.

— У меня есть еще немного масла, — подал голос Арик, — но, может быть, оно нам не понадобится. — Он попытался проскользнуть мимо фон Фолька, но вляпался спиной в покрытую смолой стену. Отлепив себя от стены, Арик прошел чуть вперед, бесшумно ступая по гладкому, холодному, сырому камню. — Посмотрите! Мне это мерещится или как?

Ему не померещилось. Свет. Холодный, колючий свет горел впереди них и чуть ниже. С Ариком во главе отряд двинулся на свет, затушив фонари, чтобы приберечь масло.

Еще сто ярдов, еще один спуск по каменным ступеням — и они оказались в широком туннеле, стены которого были из грубого неровного камня, как в шахте. Вдоль каждой стены шла гирлянда маленьких серебряных светильников, уходившая в каждом направлении так далеко, как мог видеть глаз. Неровная поверхность стен искрилась множеством бликов от света ламп, и поэтому казалось, что отряд идет среди звезд.

— Стеклянные вкрапления… кристаллы… — Грубер щелкнул ногтем по стене.

— Или драгоценные камни, — откликнулся фон Фольк, посмотрев на стену более пристально. — Если это не ответвление старой гномьей шахты, то я бретонец! Ее, видать, выкопали еще до того, как был основан город.

— Боюсь, ты прав, — буркнул Левенхерц. — Это древнее, заброшенное место.

— Не заброшенное, Сердце Льва, — тихо сказал Грубер. — Кто-то же зажег светильники.

Арик и Эйнхольт вдвоем принялись изучать серебряные лампы. Это были изящные металлические безделушки с крохотными стеклянными колбочками. Их фитили горели ярким белым светом, вытягивая топливо из резервуаров под ними.

— Знаешь, они не от масла горят, — сказал Эйнхольт.

— Точно. Никогда ничего подобного не видел! — пробормотал пораженный Арик. Левенхерц подошел к ним. Он посмотрел на лампу и вдруг испуганно отрывисто вдохнул.

— Алхимия! — сказал он, оборачиваясь к остальным. — Эти светильники горят за счет алхимической смеси, контактная реакция… Боги! Лучшие алхимики, которых я знаю, включая аль-Азира, корпели бы целый месяц в своих мастерских, чтобы сделать всего одну такую лампу!

— А здесь их сотни… куда ни глянь. — Голос Грубера, казалось, лишился былой силы при виде такого чуда.

Они двинулись вниз по освещенному коридору. Теперь они могли идти парами, поскольку этот туннель был куда шире предыдущего. Грубер и фон Фольк шли впереди, Хадрик и Эйнхольт двигались за ними, потом — Арик и Мачен, и замыкающим был Левенхерц. Теперь все достали оружие: Волки достали молоты, Пантеры сжали в руках мечи. У Хадрика на кожаном ремне через плечо висел натянутый арбалет.