Монарх VI

Сорокин Александр Сергеевич

Я скривил губы в ухмылке.

— И того, и другого. По плану мы ударим в самое сердце Первых, их столицу. Они уверены, что неприкосновенны, что этот мир принадлежит только им. Я хочу, чтобы они усомнились в этом. Чтобы почувствовали страх.

Веррагор задумчиво провёл пальцами по глубокому шраму на подбородке.

— Ты предлагаешь моему народу возможность перерезать этих ушастых тварей собственными руками?

— Да, — кивнул я. — Но не просто ради убийства. Мы должны превратить их город в хаос. Они не ожидают атаки. Они не верят, что кто-то посмеет.

А я хочу, чтобы они увидели пламя восстания прямо за своими окнами.

Он выдохнул, но его глаза загорелись интересом.

— Хороший план. Но мои воины не пойдут в бой просто так. Они хотят быть уверены, что это не самоубийственная миссия.

Я шагнул ближе, глядя ему прямо в глаза.

— Вы будете не одни. Мне удалось, скажем так, заручиться поддержкой «местных».

Веррагор прищурился, оценивая меня.

— Ты действительно жаждешь этой войны…

— Нет, — покачал я головой. — Я жажду их конца.

Он широко улыбнулся, обнажая клыки, и хлопнул меня по плечу так, что у другого на месте меня могло бы сломаться несколько рёбер.

— Тогда я соберу людей. Мне нужно немного времени.

Я кивнул.

— Мы начинаем, как только все будут готовы. Время есть.

Веррагор развернулся и пошёл к своим и его голос уже раздавался над поселением, призывая всех, кто был готов взять в руки оружие. Я смотрел ему вслед, зная, что скоро у меня будет армия.

Время шло. Каждый день приносил новые известия, новые риски, но подготовка к решающему шагу не останавливалась. Под моим руководством подпольщики собрали всех, кого могли — тех, кто был готов бороться, кто потерял всё, кто не мог больше жить под гнётом чужой власти. Это были не просто бойцы. Это были люди, в глазах которых горела жажда мести — за павших, за разрушенный мир, за украденную свободу.

И вот, когда все приготовления были завершены, я знал — момент настал.

Я стоял перед открытым порталом в домен, куда сплошным потоком двигалась целая, не побоюсь этого слова, армия. Если не по количеству, то по силу так точно.

Я чувствовал их гнев, их жажду сражения. Независимо от того, кем они были раньше — аристократами, солдатами, беженцами — теперь они были частью одного войска. Моего войска.

Когда последний из бойцов пересёк порог портала, я шагнул следом. Свет портала сжался и исчез, оставляя в мире Первых лишь пустоту.

Я поднялся на импровизированный пьедестал, каменную платформу. Веррагор и Марк стояли рядом, их взгляды были прикованы ко мне. Они ждали.

— Все мы собрались здесь, так как не хотим просто выжить, — произнес я, и мой голос разнёсся по пространству, заполняя его тяжестью и решимостью. — Мы здесь, чтобы уничтожить их. Убить тех, кто разрушает всё, что мы строим. Настал момент покончить с этим раз и навсегда.

Я посмотрел на драконида. Он оставался спокойным, но его глаза горели яростью. Он ненавидел Первых, и эта ненависть была нам сейчас необходима.

Сделав шаг вперёд, чтобы каждый услышал меня, я продолжил:

— Сегодня мы сотрём их спокойствие в пыль. Мы превратим их гордую столицу в поле боя,

в хаос, который они не смогут контролировать. Первые считают себя высшей расой, они смотрят на нас, как на пыль под ногами. Но мы покажем им, что эта пыль способна задушить их самих.

Я сделал паузу, давая им осознать каждое слово.

— Мы не идём в лобовую атаку. Нет. Мы будем тенью, бурей, что приходит без предупреждения. Мы проникнем в их город, разделимся на отряды и ударим там, где они не ждут. Уничтожим их стражу, подожжём их здания, перекроем им пути к отступлению. Они должны захлебнуться в страхе. Они должны понять, что больше не в безопасности.

Я посмотрел на Веррагора и Марка.

— Нам не нужны простые пешки. Они лишь разменная монета. Наша цель те, кто стоит выше. Мы создадим хаос, заставим их вылезти из своих башен, заставим их вмешаться. А когда нужный нам ублюдок покажется я разорву его собственными руками.

Мои слова вызвали в рядах бойцов взрыв одобрения. Они ждали этого.

— Мы — война, что пришла в их дом. Они привыкли быть охотниками, но теперь они сами станут добычей. Сегодня мы начнём бой, который они не смогут остановить. Они будут молить о пощаде, но получат лишь смерть.

Я поднял руку, и мгновенная тишина накрыла всех.

— На рассвете мы начинаем. Будьте готовы. Сегодня начинается наша охота.

Глава 17

Мы стояли в центре зала, освещённого призрачным светом Домена. Вокруг меня собрались те, кто готов был рискнуть жизнью ради нашей цели. Веррагор — высокий, сдержанный, с глазами, полными ненависти к Первым. Марк — спокойный и расчётливый, настоящий стратег. Лидеры повстанцев — те, кто устал жить в страхе и подчинении. Сегодня мы решали, по каким местам столицы Первых нанесём удар.

Я медленно провёл взглядом по собравшимся и заговорил:

— Мы не просто идём убивать. Мы идём создавать хаос. Наша задача — вынудить Первых вылезти из скорлупы, заставить их чувствовать страх. Они привыкли смотреть на нас, как на пыль под ногами. Пришло время, чтобы они поняли — эта пыль может превратиться в бурю.

Главный стратег скрестила руки на груди:

— У них есть несколько уязвимых точек. Главное здание Совета Первых одно из них. Там заседают те, кто вершит их законы. Если уничтожить его или устроить резню внутри, это ударит по их власти.

— Совет — хорошая цель, — кивнул Марк, — но они не слепые. Если нападём на него сразу, они перебросят все силы на защиту. Нам нужно отвлечь их, создать эффект неожиданности.

Я посмотрел на карту столицы, разложенную перед нами.

— Значит, нужны второстепенные удары. Что насчёт их военных объектов?

— Их казармы и арсеналы расположены в трёх секторах, — один из повстанцев указал на карту. — Если ударить по ним одновременно, это замедлит их реакцию.

— А если добавить к этому подрыв их порталов снабжения? — предложила стратег. — Они используют их для переброски войск и ресурсов. Если закрыть эти пути, их столица окажется отрезанной.