Монпансье
Шрифт:
Оля решила сделать всё возможное, чтобы найти подход к ним.
Она начала присматривать за детьми, когда Лев уезжал в свои командировки в Москву и Сочи или задерживался на уроках вокала. Оля водила их на ипподром и готовила вкусняшки. Маленькие гномы быстро к ней привязались и фактически «ели с её рук».
Оля заменяла им маму, а они помогали ей избавиться от вины перед сыном, который учился в кадетском корпусе и был обделён её любовью.
Оля понимала, дети – ключ к сердцу Льва, она не хотела упустить этот шанс!
И вскоре у неё появилась
Лев начал чаще летать в Москву – то для решения проблем с акционерами, то для общения с потенциальными работодателями. Он очень нервничал, понимая, что в холдинге в Краснодаре он, скорее всего, не останется. Ему было не до детей, и плюс ко всему его жена, живущая в Москве, начала требовать всё больше денег на своё содержание и шантажировать, что заберёт у него дочку и сына. Оля «прилетала» из Усть-Лабинска в Краснодар, готовила еду, делала с малышнёй уроки и всячески успокаивала Льва после его нервных командировок.
Лев был вынужден уволиться, что вогнало его в ещё большее уныние. В связи с неготовностью тратить много денег Лев предложил поехать на майские праздники на Алтай, подумать там о чём-то великом, светлом и прекрасном.
На Алтае Лев поселился с детьми в одном номере, а Ольга была вынуждена жить в другом.
Путешествие проходило весело, они ездили на лошадях, посещали места силы, на пасеке качали мёд и каждый вечер ужинали в местном ресторанчике. В конце вечера Лев брал в руки гитару и затягивал грустные казацкие песни. Ольга внимательно слушала его, активно реагировала, но не то, чтобы ей нравилось, как он поет… Сам Лев верил в то, что поёт он великолепно, ведь так сказала ему учительница по вокалу. И Оля, понимая, что Льву очень нужна её поддержка, решила его ни в чем не разочаровывать.
По вечерам, уложив детей спать, он приходил к ней в номер…
Эта поездка сблизила их, и Оля начала верить в то, что он у неё на крючке. Но как решить вопрос с его женой?
Она же хочет замуж! И у Оли созрел план.
Вернувшись в Усть-Лабинск, Оля решила дистанцироваться от Льва, тем более что сейчас он был дома и мог сам смотреть за детьми.
Она хотела, чтобы он почувствовал, как ему её не хватает и как плохо его детям без неё, так как она больше не готовит им их любимые пирожки.
Лев звонил ей, но она говорила, что очень занята и не может ему сейчас ответить.
Так Оля продержалась неделю, а в выходные он приехал к ней в гости. Приехал сам, без детей!
– Где дети?
– Приехала жена на выходные, сейчас с ней. Может, пойдем сразу к тебе? Я соскучился, – ответил Лев.
– Знаешь, я бы с удовольствием, но очень хочу есть. А дома у меня шаром покати, – ответила Оля.
– Тогда в ресторан!
Сидя в ресторане, Лев рассказал, что получил предложение, скоро уедет в Питер, что он ей очень благодарен за поддержку и надеется, что их нежная дружба сохранится: он с удовольствием будет приезжать к ней в гости в Усть-Лабинск, а она – к нему в Питер.
У Оли уходила земля из-под ног. «Как так? Я столько
У неё на глаза навернулись слезы, и она произнесла:
– Лев, я тоже должна сказать тебе одну очень важную новость… Я беременна.
Лев напрягся, в его голове роились мысли: «Она же принимала таблетки, считала дни… Как такое могло произойти?»
Повисла неловкая пауза. Ольга заговорила:
– Ты же знаешь, у меня не очень складываются отношения с сыном, и я не испытала счастья материнства в полном объеме. Но я очень хочу родить тебе сына, нашего сына!
Лев молчал, он думал. У него с женой уже есть двое детей, и он был бы не против ещё парочки, но своенравная Катя ему в этом отказывала. А он в детстве так мечтал о большой семье, о детях, которым он будет рассказывать истории и которые будут им гордиться. Для него это было очень важно. Однажды, после того как отец бросил их с сестрой и мамой, и они долгих 15 лет жили фактически в бараке, он пообещал себе, что у него будет обеспеченная семья и много детей. Но это другая история, и не об этом сейчас надо думать. К её дому они шли молча. Было слышно, как вдали тёмной улочки, раскачиваясь на ветру, поскрипывал фонарь. Оля не могла понять, что же ей делать дальше? Как заставить его принять несуществующего ребёнка, развестись с женой и, главное, жениться на ней.
Подходя к фонарю, она споткнулась и чуть не упала, он поддержал её, она, извиняясь, пробормотала: «Какая я стала неуклюжая, сам понимаешь…» Они пришли к ней, Оля поставила чайник и заварила чёрный чай. Лев заговорил:
– Хорошо, оставляй ребёнка, я смогу и его воспитать. Но что делать дальше, я не представляю.
Оля посмотрела ему в глаза:
– Дорогой, я люблю тебя, люблю твоих детей как своих и нашего общего ребёнка, мы сможем воспитать их вместе. Женись на мне.
– Но я уже женат!
– Конечно, ты женат. Но ведь вы живёте каждый своей жизнью – ты в Краснодаре, а она в Москве. Ей от тебя нужны только деньги, она даже детей тебе отдала. Вот и дай ей деньги, а я буду воспитывать наших детей.
Лев задумался, но ничего не сказал.
В тот вечер они просто легли спать.
Вернувшись домой, Лев начал прощупывать почву, обсуждая с Екатериной их совместную жизнь.
– Катя, как у тебя на личном фронте? Может, переедешь к нам с детьми?
– Лев, мы с тобой это уже обсуждали. Я не буду жить в захолустье. Я привыкла быть в высшем обществе, играть в гольф, заниматься верховой ездой, живописью, ходить на концерты. А что у вас здесь есть? Концерты Кубанского хора? Уволь, это песнопение не для меня.
– Хорошо, сколько ты хочешь?
– Лев, ты и так меня содержишь.
Лев не выдержал и выпалил:
– Я хочу с тобой развестись, Оля родит мне сына!
– Лев, не смеши! Эта горничная решила родить тебе сына? А как же наши дети, ты о них подумал?