Монстр
Шрифт:
Со стороны прилетает огромный булыжник, который просто сносит падшего в сторону. Тут же Присцила, решив, видимо, закончить мучения падшего и добить его, материализуется позади него и широким размашистым ударом практически его перерубает. Я протягиваю к уже почти мёртвому падшему векторы и помогаю ей, буквально разрываю его на куски. Всё, кончился Кокабиэль.
Передо мной валялся труп этого падшего с раскрытой грудной клеткой, все его внутренности были превращены в фарш. Кровавый дождь ознаменовал нашу победу. Я хмыкнул — буду я ещё играться с
Я достал ловушку душ и, подкинув её в воздух, активировал, и сразу не упокоенные души стали неспешно втягиваться в ловушку. Вот я и получил свою плату за влезание в дела церкви.
— Глава -44-
— Вот и закончился Кокабиэль, — констатировал я и, подойдя, взял двуручный меч, что использовал Кокабиэль.
— Отдай! — истерично воскликнул Киба. — Я обязан отомстить! — он, опираясь на созданный им меч, поковылял ко мне.
— Риас, — коротко позвал я девушку. Она практически сразу оказалась около меня, паря на своих крыльях. — Тебе решать, — сказав это, я отдал ей Экскалибур. Сам же я пошёл к монашкам, чтобы оценить их состояние.
— Юто Киба, — холодно начала она. — Ты в угоду собственным желаниям предал меня.
— Я…
— Молчать! — резким окриком оборвала его девушка, не давая сказать. — Такие как ты мне не нужны, мы не ставим собственные желания и мотивы превыше стаи.
— Ара… Киба, ты меня разочаровал. Я до последнего не верила, что ты пойдёшь на этот шаг, — прокомментировала Акэно, печально на него посмотрев. Она неспешно опускалась на землю и её саван из молний постепенно затухал.
— Да, Юто, ты разочаровал меня, — спокойно добавила Адинэ. — Ты поступил не как воин… ты поступил как трус.
— Но я обязан отомстить за своих друзей!.. — воскликнул блондин.
— Молчать! — вновь не дала договорить ему Риас. — Ты пошёл на поводу у собственных желаний, поставив их превыше нас…
— Предавший один раз предаст снова… — продолжила за подругу Акэно. — Даже я попросила отпустить меня, а не делала всё за спиной Риас.
— Ты больше не часть клана Гремори, — произнесла Риас ледяным голосом, смотря на блондина. — Уже несколько месяцев как ты полностью свободен. Однако ты этого даже не заметил!
— Мы специально не рассказывали тебе об этом, — с печалью в голосе сказала Акэно. — Но ты сделал свой выбор.
— Забирай этот меч, и чтобы я больше никогда тебя не видела! — меч, что держала в руке девушка, вонзился около ноги Кибы. — В конце концов, ты мог всё рассказать стае, и она бы помогла, мог всё рассказать мне или Атруму, но нет! Ты решил идти мстить в одиночку, подставив под угрозу и себя, и нас, — она прервалась и посмотрела на девушек, что приводили себя в порядок после битвы у неё за спиной. — Есть что добавить? — спросила она девушек.
— Такие как ты не нужны стае, — взяла слово Адинэ. — Такие как ты слишком часто предают. И будь ты хоть трижды великим мечником, но…
— … ты уже показал своё отношение к стае, — продолжила
— … и ты должен принять решение стаи, — закончила Акэно. — Стая не примет тебя назад…
— … мы не примем тебя назад, — вновь подхватила Адинэ. — Ты поступил как трус в угоду своим желаниям и эмоциям и ни перед кем не отчитывался. Ты принял решение, которое могло подвергнуть всех опасности, поэтому мы…
— … тоже приняли решение, — продолжила Акэно. — Ты мог рассказать и мог поделиться своей ношей, но ты этого не сделал… Что ж, таков твой выбор.
— Решение окончательное! — жестоко сказала Риас. — Юто Киба, я больше не желаю видеть тебя. Имей храбрость принять последствия того, что сам и породил.
— Но ведь я… — он потеряно смотрел на свою госпожу. — Риас-сама, я…
— Как они? — проигнорировала его Риас, интересуясь у меня о самочувствии монашек.
— Нормально, лишь куча царапин, ссадин и лёгких ран и шок. Хотя выглядят они в этих порезанных одеждах очень сексуально, — окинул взглядом картину лёгкого стриптиза. — Правда синяки и порезы портят впечатление.
— Кто о чём, а ты всё о женщинах, — ехидно сказала Акэно со смешком.
— А то! — гордо кивнул я и принялся заживлять монашкам порезы и синяки. — Удивительно, что вы, девушки, отделались такими мелкими ранами.
И ведь я не врал — такое чувство, будто с ними всего лишь игрались, почти все раны неопасные и неглубокие и только выглядят опасно. Даже синяки на их телах как будто наносились очень аккуратно.
Возможно, они и должны были предать церковь? Ведь для чего тогда вся эта фигня затевалась? Уже сейчас по лицам девушек понятно, что их вера дала огромную трещину, и это неудивительно. Возможно, на это и был расчёт? Всё же Экскалибуры — это оружие, довольно прихотливое к пользователю. Возможно, конечно, я и не прав, хотя… кто знает?
Пока я осматривал раны девушек, они постепенно приходили в себя, и их отсутствующий и пустой взгляд, которым они невидяще смотрели на творившееся до этого вокруг них, становился всё более осмысленным. Да уж, ведь не каждый день увидишь такую… бойню. Закончив с лечением, я снял сферу отрицания и забрал ловушку душ.
— Бог… — прошептала Ирина, всё ещё сидя на земле и не отходя от потрясения, что явственно читалось на её лице.
— М? — не понял я.
— Бог мёртв… — произнесла потерянным голосом Зеновия, выражение лица которой мало чем отличалось от выражения другой монашки.
— А-а, вы об этом… Да, библейский Бог мёртв, — кивнул я.
— Да как ты смеешь, демоническое отродье?! — со внезапно вспыхнувшей яростью воскликнула Ирина, вскочив на ноги и сжав кулаки. Весь её вид так и пылал праведным гневом.
— Ну, я-то могу… Элизаэль, — коротко позвал я богиню.
— Да? — появилась она в небольшой вспышке, и сразу вокруг стало намного светлее — свет как будто исходил из самого воздуха, освещая всё пространство. — Дорогой, я смотрю, ты тут знатно повеселился…