Монстр
Шрифт:
В белом свете уличных фонарей снегоход шел, как по маслу.
Спидометр показывал тридцать миль в час. Было десять минут восьмого.
В "Оверлуке" Венди и Дэнни спали, а Джек Торранс обсуждал вопросы жизни и смерти со своим предшественником.
Через пять кварталов фонари на Главной улице кончились.
Полмили тянулись маленькие домики, наглухо задраенные от бурана, а потом осталась только тьма, в которой выл ветер.
Стоило Дику вновь очутиться в темноте, которую рассеивал лишь тонкий лучик от фары снегохода, как навалился прежний ужас - такими гнетущими и опустошающими бывают детские страхи. Он никогда ещё не чувствовал
(тут, в городе, слава у отеля фиговая)
Сжав зубы, Дик подвинул рукоятку повыше и посмотрел, как стрелка спидометра вскарабкалась вверх, минуя отметку "40" и остановилась на сорока пяти. Ему казалось, что снегоход несется ужасающе быстро, и все же опасался, что этого недостаточно. При такой скорости он будет добираться до "Оверлука" почти час. А если поедет быстрее, то может вообще туда не добраться.
Дик приклеился взглядом к проносящемуся мимо защитному ограждению. Каждый столбик венчал рефлектор размером с десятицентовик. Многие занесло снегом. Дважды Холлоранн с опасным опозданием заметил знак поворота и почувствовал, что снегоход сперва заехал на сугроб, и только потом вернулся туда, где летом проходит дорога. Счетчик расстояния отсчитывал мили так медленно, что можно было сбеситься - пять, десять, наконец, пятнадцать. Лицо одеревенело даже под вязаной лыжной маской, а ноги закоченели.
(ей-богу, не пожалел бы стольник за пару лыжных штанов)
Ужас Холлоранна рос с каждой следующей милей. Можно было подумать, что отель окутывает некая ядовитая атмосфера, сгущающаяся по мере приближения к нему. Было ли так и раньше? "Оверлук", по сути дела, никогда не нравился Холлоранну, и не ему одному, однако такого ещё не бывало.
Он чувствовал, что голос, чуть не угробивший его за Сайдвиндером, пытается пробить защиту, добраться до мягкой сердцевины. Голос этот был силен и за двадцать пять миль отсюда - насколько же он окреп теперь? Полностью отгородиться от него не удавалось. Кое-что проскальзывало в мозг Холлоранна, затопляя его зловещими образами из подсознания. Ему все чаще и чаще представлялась сильно израненная женщина в ванной, она подняла руки, тщетно пытаясь отвести удар, и у Дика крепла уверенность, что эта женщина, должно быть...
(Иисусе, осторожнее!)
Перед ним выросло ограждение, как будто он катил по американским горкам. Витая в облаках, он пропустил знак поворота. Сильно рванув вправо рукоять управления, Дик развернул накренившийся снегоход на сто восемьдесят градусов.
Полозья пронзительно заскрежетали по камням. Холлоранн подумал, что вот-вот вылетит из снегохода. И верно - тот зашатался, балансируя на грани падения, а потом наполовину благодаря усилиям водителя, наполовину - по инерции откатился обратно на более или менее ровную поверхность заваленной снегом дороги. Потом впереди оказался обрыв, фара высветила резкую границу между снежным покровом и простирающейся за ним тьмой. Дик развернул снегоход в другую сторону, сердце тошнотворно колотилось в горле.
(держись на дороге Дикки старина)
Он заставил себя ещё немного повернуть рукоятку кверху.
Теперь стрелка спидометра колебалась около пятидесяти.
Неизвестно, сколько времени прошло прежде, чем Холлоранн выехал к лежащему в снежных берегах повороту и впереди заметил вспыхивающий свет. Сверкнул огонёк, потом все загородила вздыбившаяся складкой земля. Свет показался на такое короткое время, что Холлоранн внушал себе: это только игра воображения. Однако за следующим поворотом огонек мигнул снова, теперь уже ближе. На этот раз сомневаться в его реальности не приходилось - Дик уже столько раз раньше видел его под этим же углом... "Оверлук". Похоже, свет горел на первом и втором этажах.
Страх съехать с дороги или расколотить снегоход на невидимом повороте полностью растаял. Снегоход уверенно свернул на первую половину S-образного поворота, который Холлоранн теперь вспомнил вплоть до фута, и тут фара что-то высветила
(Господи Иисусе... Боже, что это)
на дороге впереди. Обрисованное застывшим черным и белым. Сперва Холлоранн подумал, что это какой-то необыкновенно огромный волк, которого буря согнала с гор. Но, приблизившись, понял, что это, и горло перехватил ужас.
Не волк, а лев. Лев - фигура живой изгороди.
Очерченная черной тенью и пушистым снегом морда, напрягшиеся для прыжка бедра... и лев действительно прыгнул.
Он резко толкнулся задними лапами, и вокруг них беззвучно взорвался, заклубился сверкающими искорками снег. Закричав, Холлоранн с силой вывернул руль вправо, одновременно ныряя вниз. По лицу, шее, плечам прошла рябь царапающей боли.
Дика выбросило из снегохода. Лыжная маска разодралась сверху донизу. Холлоранн упал, приминая снег, и покатился.
Он чувствовал, что зверь приближается, ноздри заполнил запах зеленой листвы падуба. Огромная зеленая лапа обрушилась ему на поясницу, и Холлоранн пролетел по воздуху добрых десять футов, вывернув носки, как тряпичная кукла. У него на глазах, оставшийся без водителя снегоход ударился о бордюр и стал на дыбы, ощупывая фарой небо. Потом он с глухим стуком перевернулся и замер.
Тут лев прыгнул на Холлоранна. Раздалось потрескивание и шелест. Что-то вспороло парку на груди, разрывая её в клочки. Может статься, твердые прутики - но Холлоранн знал: это когти.
– Тебя здесь нет!
– пронзительно выкрикнул Холлоранн рычащему льву. Нет, нет, нет!
– Он с трудом поднялся на ноги и успел пройти полдороги к снегоходу, но лев прыгнул и ударил Холлоранна по голове лапой, заканчивающейся иголками. Холлоранн увидел беззвучно взрывающиеся огни.
– Нет тебя, - снова выговорил он, но это было лишь замирающее бормотание. Колени Дика подкосились, и он упал в снег. Правая половина лица превратилась в кровавую полосу.
Дик пополз. Лев ударил снова и перекатил его на спину, как черепаху. Зверь игриво зарычал.
Холлоранн изо всех сил старался добраться до снегохода.
Там лежало то, что было ему необходимо. Но лев, разрывая и царапая, снова набросился на него.
52. ВЕНДИ И ДЖЕК
Венди рискнула ещё раз бросить взгляд через плечо. Джек был на шестой ступеньке, он льнул к перилам почти так же, как она сама. Он по-прежнему ухмылялся, а медленно сочащаяся изо рта сквозь улыбающиеся губы темная кровь стекала вниз по подбородку. Заметив взгляд Венди, Джек оскалился.
– Сейчас я тебе мозги в башку-то вколочу, прямехонько в башку, мать твою так, - он с усилием поднялся ещё на одну ступеньку.