Монумент 14
Шрифт:
Я сломя голову побежал прочь от этого зрелища.
Глава 14
МОЕ ВЕЧЕРНЕЕ КУХОННОЕ ЗАТОЧЕНИЕ
После обеда и в свое «свободное» время (Я, кажется, уже упоминал, что Нико составил для всех строгое расписание?) Джози с Брейденом напряженно работали и все-таки успели обустроить для всех спальные места.
Джози привела
Здесь Джози с Брейденом оборудовали гостиную. Они накидали на пол множество ковриков, приволокли из музыкального отдела мягкие кресла и еще кое-какую мебель: пару диванов, обитую искусственным мехом симпатичную кушетку, два кофейных столика и письменный стол. На один из столиков они поставили уютную лампу. А еще здесь был маленький холодильник и коробка минеральной воды рядом с ним. Было видно, что они постарались на славу.
В углу за остальной мебелью они освободили небольшое пространство с тремя карточными столиками и семью складными стульями. На каждом из столиков стояла лампа, а сбоку высился книжный стеллаж, на который поставили по одной из всех книг, которыми торговали в книжном отделе.
Это выглядело как рабочий кабинет. Как библиотека.
— Почти как дома, — сказал мне Нико.
Он шутил? Я взглянул на него и не смог определить.
Я просто повторил:
— Почти как дома.
Тут малыши словно сошли с ума, и я вошел внутрь, чтобы посмотреть, в чем дело.
Брейден аккуратно демонтировал перегородку между мужскими и женскими примерочными, и помещение теперь стало походить на огромный бункер с проходом посередине и множеством каморок по обеим сторонам.
Джози и Брейден повесили на каждой двери имена детей.
— Каролина и Генри, вы спите со мной! — заявил Батист. Они втроем должны были разделить одну из больших примерочных.
— Здорово! — откликнулся Генри.
Хлоя схватила мена за руку.
— Я нашла твою спальню, — сказала она. — Пойдем, покажу.
Естественно, на двери было написано «Дин».
Она была крохотной 4 на 8 футов. Посередине от стены до стены висел гамак. На полу стоял небольшой шкафчик, на котором стоял маленький ночник.
Над гамаком к стене была прибита полка с книгами, взятыми из книжного магазина: научная фантастика, приключения и пять поваренных книг. Мне стало смешно.
— Тебе понравилась твоя комната? — спросила у меня Хлоя, стоявшая за спиной.
— Очень.
— Ты можешь переделать ее по своему вкусу. Я просто поставила сюда то, что должно было тебе понравиться.
— Мне понравилось, — сказал я.
— Если тебе не по душе спать в гамаке, ты можешь перенести сюда свой надувной матрас, хотя по-моему, он сюда не поместится.
— Спасибо,
Из коридора до меня донеслись голоса Макса и Улисс. Улисс что-то сказал, а Макс рассмеялся.
— Что он сказал? — спросила Хлоя.
— Улисс сравнил это все с поездом! — объявил Макс.
— Действительно похоже на поезд, — согласилась Хлоя.
Наши спальни в примерочных торгового центра «Гринвей» получили новое название: «Поезд».
За ужином только и говорили, что о Поезде и его архитекторах: Брейдене и Джози.
Джози сидела с Джейком и Брейденом, чего раньше никогда не делала. Весь ужин все трое хохотали и мешали остальным.
В какой-то момент Брейден положил руку на спинку стула Джози, и она откинулась на нее.
Нико взял поднос и сел за соседний столик. Он по-прежнему пытался завязать разговор.
— Однажды, когда я был скаутом, у нас был поход в Йосемитский парк. Там было так холодно, что нам пришлось построить шалаши, чтобы как-то переночевать. Представляете, мы в три часа ночи сгребали еловую хвою и опавшую листву, чтобы сделать подстилки.
— Ух ты! — сухо заметил Брейден. — Замечательная история.
И они снова расхохотались.
— Самое смешное, что, когда мы развели костер, хвоя загорелась!
— А помнишь, — перебил его Джейк, обращаясь к Брейдену, — как Толстяк Марти поджег свою жировую бомбу?
— Это было уморительно, Джози, — сказал Брейден. — Он целый месяц собирал свиное сало — хотел показать нам, как делать жировую бомбу.
— Он ее поджег, а она не взорвалась, а стала чудовищно дымить.
— Как кричала тогда его мама! Она схватила огнетушитель и залила всех нас пеной!
— Это было то еще приключение! Мы потом часов пять все отмывали!
Джози рассмеялась. Эта история ей понравилась гораздо больше.
Нико сидел и изо всех сил старался сохранить хладнокровие. Он продолжал улыбаться и смеяться, когда это требовалось.
Но я заметил: каждый раз, когда Брейден касался Джози или толкал ее локтем, или произносил ее имя, это было для него как нож в сердце.
Но был еще один человек, которому явно не нравилось, как развиваются отношения Брейдена и Джози: Сахалия.
Она злилась и была до невозможности неуклюжа. Чуть не уронив поднос на пол, она плюхнулась на стул и, скрестив руки на груди, уставилась ненавидящим взглядом на Джози.
После того как мы все разошлись по нашим шикарным апартаментам, я вдруг вспомнил, что оставил дневник на кухне.
Свет уже автоматически погас, это означало, что времени уже больше 10 часов, но все равно кое-что можно было разглядеть, и я отправился за дневником.
Подойдя к кухне, я услышал голос.
Точнее, чей-то приглушенный смех. Это была Астрид.