Монумент 14
Шрифт:
— Да! А он все равно хочет ехать прямо сейчас, и я совсем не уверен, что у него хватит сил на такое путешествие.
Мы подошли к полкам, и он взял несколько упаковок.
— Я думаю, он боится умереть. Хочет попасть в Денвер, чтобы этого не случилось.
Робби повернулся ко мне.
— По мне так чем дольше мы тут останемся, тем лучше. Я очень хочу передать письма вашим родственникам и обязательно это сделаю. Просто я не представляю, как это сейчас получится, учитывая его состояние.
Я был вынужден с ним согласиться.
— Мне это все неприятно,
Должно быть, я сказал гораздо больше, чем следовало. Я перешел черту, но мне было так его жаль…
Я его понимал: после всего, что он перенес, ему трудно было свыкнуться с мыслью, что через несколько часов он покинет место, где чувствует себя в полной безопасности. Тем более что все мы искренне хотели, чтобы он остался.
— Но я все равно должен тебе сказать: если ты доберешься до Аляски и найдешь наших родителей, мы будем считать тебя величайшим героем всех времен и народов.
Робби вздохнул.
— Я это понимаю, — сказал он. — И мне очень бы хотелось вам помочь.
Мы вернулись обратно. Нико помогал мистеру Эпплтону паковать два больших рюкзака на жестких рамах и оба велосипедных багажника. На полу я заметил две самых простеньких походных плитки, состоящих из баллончика с газом и горелки, два тонких спальных мешка из специальной термостойкой ткани, использующейся в космической промышленности, несколько коробков спичек и зип-пакетов, а также накидки, сигнальные ракеты и походное оборудование из спортивного отдела. Но самое главное — в одном из пакетов лежал листок с нашими именами… и наши письма.
Нико с мистером Эпплтоном методично укладывали все это в сумки и рюкзаки.
— Мистер Эпплтон, я хотел вам сказать… — Я должен был попытаться ради Робби. — Мы будем рады, если вы пробудете у нас еще какое-то время. Нам очень хочется, чтобы вы доставили наши письма в Денвер, но, возможно, стоит подождать, когда вам станет немного лучше?..
— Я уже обсуждал это с Нико, — мрачно ответил он.
— Мы не знаем, когда началась эвакуация, — сказал Нико. — Если мы потеряем время, можем и опоздать.
— К тому же мы удачно подобрали антибиотики, и мне стало много лучше, — добавил Эпплтон.
Ладно. Его доводы звучали вполне убедительно, только почему он избегал встречаться со мной взглядом?
— Мы поужинаем с вами и пойдем, — сказал он.
Робби смотрел на мистера Эпплтона с раздражением и даже злобой. А когда почувствовал, что я на него смотрю, только криво усмехнулся.
Глава 27
ДОЛГИЕ ПРОВОДЫ
Мы с Батистом набрали продуктов для праздничного ужина. А когда все ушли, я спросил Нико, может ли Батист стать моим постоянным помощником на кухне. Он на самом деле умел готовить, к тому же всем порядком надоели смешные потуги остальных помощников придумать что-то оригинальное (один
Мы с Батистом пожарили последнюю замороженную курицу. Из взбитых яиц, кукурузы и чего-то там еще он приготовил суфле. На десерт мы сделали три торта — желтый с шоколадной глазурью, какое-то невероятно сложное блюдо из пастилы и розовый торт с ванильной глазурью и блестками.
Это было действительно вкусно. Все нас хвалили, за исключением Джейка, который ушел есть в одиночестве, и по-прежнему отсутствовавшей Астрид.
Мистер Эпплтон и Нико сидели вместе и обсуждали отъезд. Алекс расположился рядом и выглядел счастливым, ведь ему разрешили присутствовать при столь важном разговоре.
После ужина мистер Эпплтон выступил с речью. Он встал и вытер лоб салфеткой.
— Я хочу поблагодарить вас всех за то, что впустили нас сюда и так хорошо о нас заботились, — сказал он. — Вы — самые талантливые и решительные дети, которых я когда-либо имел удовольствие знать. Я горжусь тем, что мы с вами жили в одном районе. — Он снова вытер лоб. Почему он так потеет? На кухне не жарко. Наоборот, прохладно, как и во всем магазине. — Мы с Робби выполним нашу миссию, найдем ваших родителей и сообщим им, что вы здесь.
Детишки зааплодировали.
— Пожалуйста, скажите моей маме, чтобы она передала мистеру Миттенсу, что я по нему скучаю, — попросила малышка Каролина.
— Обязательно, — ответил мистер Эпплтон и закрыл глаза. Одной рукой он оперся о стол.
Нико встал. По его сигналу Алекс раздал пластмассовые стаканчики, наполненные газированным яблочным соком.
— Мистер Эпплтон и Робби, мы очень рады, что вы к нам пришли. Для нас большая честь подготовить вас к отъезду. Спасибо, что взяли с собой наши письма. За здоровье мистера Эпплтона и Робби!
Мы чокнулись нашим игрушечным шампанским.
— Ладно, — сказал мистер Эпплтон. — Самое время отправляться в путь.
Дети подняли шум.
— Что-то я не понимаю, — надулась Хлоя. — Подождите хотя бы утра. Никто не путешествует ночью.
— Это не имеет значения, — сказал мистер Эпплтон. — Сейчас там, на улице, все время ночь.
— Ночью ниже вероятность того, что мы встретимся с кем-то опасным, — добавил Робби.
Хлою передернуло, а мы все вздрогнули.
Улисс сидел у Робби на коленях. Робби поцеловал его в макушку. Улисс уткнулся в него лицом и обнял за шею. Для Улисса их отъезд станет настоящим горем.
— Пойдем, Робби, — сказал мистер Эпплтон, — нам пора.
Он встал.
— Еще раз спасибо, — поблагодарил их Нико.
— Это наша обязанность, и мы выполняем ее с большим удовольствием, — ответил мистер Эпплтон.
Мне не понравился цвет его лица. Мистер Эпплтон скосил глаза на Нико и попытался пожать ему руку, но промазал. Тогда он сделал попытку ухватиться за стол, но рука прошла мимо, и он медленно осел на пол.
Мы с Нико, Брейденом и Робби оттащили мистера Эпплтона на его постель.