Мордред

Вормель Вирк

Артурия не знает.

Как не знает судьбу своего любимого, сера Ланселота.

Кому ж ведомо, может он и погиб тогда, при обрушении донжона. А может и уберегся. Но сейчас это не важно.

Важно лишь одно…

— Я знаю… знаю…

Линетта не сдерживает слезы в отличии от Артурии, но все же сдерживает желание зареветь, словно маленькая девочка. Слезы просто текут, не позволяя девушке даже всхлипнуть.

— Кто это сделал? — спокойно спрашивает она.

— Скорее всего Мордред, — король отвечает

ей.

Артурия уже находится на грани срыва, но эмоций не показывает. Не может король быть слабым. Он должен отождествлять в себе все то, к чему люди хотят стремиться. И не имеет она права на глазах показывать слабость.

Особенно сейчас, в столь сложное для Британии время.

Ее армия рассеяна, саксы властвуют в землях Камелота.

— В таком случае… позвольте мне убить ублюдка, ваше величество.

— Дозволяю. Только нас всего трое, вперед не лезь. Птичка мне подсказывает, что там будет не только Мордред, но и саксы. Много. Очень много.

— Испепелю всех. До единого. Чтобы им, сукам, пусто было. Тварям…

— Переместить нас на Каммлан сможешь?

— Укажите только куда, ваше величество. Направление, расстояние и дайте свою левую руку. И будем там все вместе за считанные мгновения.

Кивнув, Артурия подозвала сера Персиваля.

Все трое были голодны, но это неприятное чувство исчезло в тот самый момент, когда Линетта задействовала внутреннюю магию Экскалибура и переместила всех на ту сцену, где разыграется последнее представление.

На поле, названное Каммланским.

Глава 11 Битва на Каммланском поле. Часть I Неравные силы

Армия уже стояла пред ними, словно поджидала Артурию и двух ее спутников заранее. Совсем недалеко впереди армия саксов уже была наготове. Одного-единственного приказа Мордреда было бы достаточно, чтобы вся эта орава безумных воинов бросилась в бой.

Но предатель выжидал. Он хотел, чтобы Артурия сделала первый шаг. И не только этого…

Рыцарь желал поговорить с человеком, который по праву может называться его второй матерью.

Сделав два шага вперед, он жестом приказал воинам не предпринимать никаких действия, даже если на него самого нападут.

Только когда он вышел из строя, его противники смогли увидеть золотые доспехи и двуручный зеленый изогнутый меч, который он держал одной рукой, будто был он вовсе не мечом, а обычной палкой. Он был толст, словно фальшион, и в то же время прекрасен, не меньше королевского оружия.

— Отличное сегодня утро, король.

Хоть Мордред и произносит это достаточно громко, Артурия не слышит в его голосе презрения или ненависти, которым так часто обделала ее Моргана. Зато отчетливо слышится не дюжее равнодушие, с коим предатель обращается к своему бывшему королю.

А вот ей самой едва удается сдерживать

наступление своего гнева.

— Да. Просто прекрасное. Идеально подходит для боя двое на тысячу… или сколько там у тебя?

Девушка намеренно не посчитала среди своих воинов леди Линетту. Она не должна была полечь в этой схватке. Такая судьба уготована Артурии и возможно Персивалю, но не ей.

Король обязан жертвовать ради своих подданных и королевства всем. Она готова рискнуть своей жизнью, понимая, что наверняка погибнет в этом сражении. Здесь, на Каммланском поле, основную роль играет численность армии, а не ее качество. И пусть сама Артурия вкупе с Экскалибуром и Гае Булгом является небольшой армией, против такой силы ей не выстоять.

Схватка будет неравной. Возможно, стоило бы провести предварительную подготовку, ударив Экскалибуром по площади, и стереть с лица земли пару сотен саксов, но не сейчас.

В данный момент Артурия хочет поговорить с человеком, предавшим ее и разрушившим королевство.

— С усилением — две тысячи наберется, — отвечает ей Мордред.

— А без?

— Полторы, примерно. Еще полторы были, но их пустили на мясо для усиления.

— И? Как рыцарь ты должен мне доложить, что это за усиление.

— В войне все средства хороши, да? Я, пожалуй, повременю с объявлениями. Сама все увидишь, когда начнется. А для начала предлагаю разминку. Будет нечестно, если вся эта орава заколдованных свиней на тебя попрет. Так что, лучше всего будет размяться. Ты как на это смотришь?

— Рыцарский кодекс блюдешь? Так выходи один-на-один, мразь!

И в тот же самый момент…

— ДА К ЧЕРТУ КОДЕКС!!!

Из-за спины Артурии вырывается леди Линетта. Ни король, ни тем более сер Персиваль не успевают ее остановить, и девушка бежит через все поле, уже обнажив нож.

Ее можно понять. Потеря любимого человека… самого близкого ей…

Тоска, граничащая со страхом.

Ненависть, перемешанная с отчаянием и желанием уничтожить Мордреда.

Если бы он не предал короля, ничего такого и не было бы. Все было бы хорошо, Гарет выжил и они с Линеттой продолжали бы жить «долго и счастливо», словно в сказке.

Но этот ублюдок втоптал в землю ее мечту и все то, чем она дорожила. Возможно не осознавая того, он обрек Линетту на страдания, пока живы ее тело и душа.

Ему не важна человеческие жизни и их чувства. Важно лишь решение того, кому он беспрекословно подчиняется — Морганы.

Прорываясь к рядам противника, она кричит.

Из горла Линетты вырывается орлиный клич, извещающий о начале битвы.

Едва она подобралась к Мордреду, тут же замахнулась лезвием длинного по обычным меркам ножа. Ее атака была настолько выверена, что у предателя возникли подозрения, не обучал ли ее кто ножевому бою.