Море не для меня
Шрифт:
Лешка подробно выспрашивает меня о случившимся. Долго разглядывает пистолет, пачку денег с дыркой посредине и, взяв все это с собой, исчезает.
Ольга заштопала мне китель. Она накормила меня и как всегда бурно провела ночь.
Утром на пирсе у "малютки" стояли очумевшие рабочие, Юрков и представители завода.
– Капитан, люди работали всю ночь, - сказал мне Юрков, - и по моему, наладили лодку хорошо. Извините меня, капитан, за вчерашний день, вы были во многом правы.
– Вы со мной идете сегодня на испытания?
– Нет, я проверял
Из толпы выделился небритый человек в сером пиджаке и рубашке с грязным подворотничком.
– Я вас здесь раньше не видел.
– Он недавно поступил к нам. Всего неделю назад, - объяснил за него Юрков
– Вы не могли бы себя привести в порядок, а потом работать со мной. Посмотрите на кого вы похожи, на настоящего пропойцу.
Рабочие хмыкнули, кто-то засмеялся, а сам инженер покраснел.
– Он работал с нами всю ночь, - заступился Юрков.
– Но не значит же это, что можно ходить поросенком и тем более на боевом корабле.
Юрков сжал губы и похоже про себя нес меня матом от всей души.
– Ну что вы стоите, - рявкнул я на Ветрова, - Пять минут побриться, пять минут сменить рубаху.
– Но у меня здесь нет другой рубахи.
– Слушайте, либо вы приводите себя в порядок, либо катитесь ко всем чертям.
– Инженер, я вам дам рубаху, - сказал кто-то из толпы.
– Лучше не спорте с ним, а то...
Через 10 минут лодка вышла в море на испытания. "Малютка" ведет себя прекрасно. Восемь метров, погружение проходит удачно. Переходим на новые глубины -15 метров - удачно, 25 и опять хорошо. Все повеселели, а Ветров даже как бы вырос в своих глазах. Но продержавшись по инструкции пол часа, капитан подлодки дал команду продуть цистерны воздухом, для подъема наверх. И тут опять пошло все на перекосяк... Дали воздух. Лодка неподвижна, но хорошо слышно как где-то выходит воздух. Стрелка глубомера неподвижна.
– Мать твою, - опять срываюсь я, - заставь дураков молиться, так они лоб разобьют.
– Но мы же все проверяли, - уже испуганно говорит Ветров.
– Я не знаю чего вы проверяли, но неужели по слуху нельзя определить где шипит?
– Где-то там на левой стенке.
– Вот идиот, точнее.
– Это авария исправима, капитан?
– спросил меня командир подлодки.
– Все в мире относительно. Ну так что, выяснили, инженер, где шипит воздух?
– Клапаны вентиляции пропускают воздух. Я понял, в них от усердия забили много смазки, теперь воздух не идет. Нужно несколько раз в ручную прокрутить их, а потом дать побольше давления.
– Браво, инженер. Я начинаю менять о вас мнение. Действуйте.
Ветров несколько раз прокрутил клапаны в ручную и мы вторично даем воздух. Раздается характерный звук хлопка и клапан заработал. Стрелка глубомера поползла вниз. Мы начали всплывать.
У КПП стоит знакомая машина Лешки. Он в окошко подзывает меня к себе.
– Садись.
Залезаю на заднее сидение. Машина трогается и Лешка начинает говорить.
– Убит Лавров. Его нашли сегодня недалеко
– Как Гиви?
– Вытянет, здоровый мужик. Задето легкое и разбито ребро. Так вот, Боров тебя сейчас ждет. Мы едем к нему.
Боров сидел в ресторане как король. Стол завален снедью, а вокруг порхающие официанты. Он открыл глаза, оторвавшись от своих дум, тяжело кивнул нам головой и продолжал жевать. Мы с Лешкой подсели к его столу и тут же на нем появились тарелки, ложки, вилки, ловко просунутые официантами. Поглощение пищи затянулось, наконец Боров кончил жевать.
– Я много продумал о последних событиях и вот к чему пришел. Чего то они хотят от тебя, моряк.
– Но они же меня чуть не убили, если бы не деньги...
– Остановись, дай договорить. Да, чего то они хотят. Следователям битые вами мальчики, заявили, что хотели вас попугать, но ваша, совместная с Гиви активность, заставила их применить оружие. Мне не вериться, что они там должны были набить тебе рожу, мне кажется, они хотели тебя украсть... Гиви пытались убить сразу, а тебя...
– В меня стреляли...
– Это уже твоя вина. Мне только непонятно одно, зачем тебя они обокрали, однако тут же документы вернули. Зачем? Переснять и кого-то по ним просунуть на базу, им не надо, это чушь. Они на столько всесильная организация, что таких документов без подглядки нашлепают тысячи. И вот я пришел к выводу, им что-то очень нужно от тебя.
– Не может быть, вы же сами говорите, что это всесильная организация и без меня они что хочешь возьмут.
– Вещь-то они возьмут, а вот человеческий интеллект или его способности, взять гораздо труднее, а иногда и невозможно.
– У меня все время вертится один вопрос. Можно я его задам?
– Давай.
– Почему вы так активно участвуете в моей судьбе? Что вам-то от меня надо? Кто бы мог подумать, я - офицер и связался с... мафиози.
– Очень не люблю это слово-мафиози..., а вот у меня такое чувство, что мы с КГБ делаем одно дело, вернее бежим по одной дорожке.
– Куда?
– Пока по кривой.
– Ничего не понял.
– Позже, моряк, все поймешь позже. Могу лишь сказать тебе, что в ближайшее время все раскроется. Театр закрывает свои гастроли.
– Какой театр? Причем здесь театр?
– Самый настоящий, где числиться красавица, которая обокрала тебя. У меня был фараон, который тебя допрашивал. На него давит КГБ и он закроет дело. Начальство договорилось, что по драке у КПП все документы исчезнут, но мы с фараоном решили, что тебя они, на всякий случай ,будут прикрывать. По этому, если увидишь шатающиеся фигуры вокруг себя, не обязательно их калечить. Возьми свои деньги.