Море Троллей
Шрифт:
Наконец Джек накрывал огонь валежником и расстилал постели: овчины поверх кучи сухого вереска. Бард спал в дальнем конце дома на низенькой кровати из крученой соломы: ни дать ни взять огромная корзинка! Сам Джек устраивался в уголке рядом с дверью.
Последнее, что он видел, засыпая, — это отблеск пламени на стенах. Древние римляне встарь расписали дом изображениями небывалых деревьев: Джек в жизни таких не видывал. На ветвях их зрели золотые плоды, а в кронах гнездились чудесные птицы. Эти картины внушали Джеку
Глава 3
ТЕНЬ ИЗ-ЗА МОРЯ
— Нет… нет…
Джек рывком сел на постели. Снаружи завывал ветер. В доме царил промозглый холод, что всегда просачивается в щели перед рассветом.
— Нет… ни за что не стану… это зло!
Джек сбросил одеяла и, спотыкаясь в темноте, кинулся в противоположный конец дома. Кровать Барда ходила ходуном. Старик простер перед собою руку, словно обороняясь от незримой опасности.
— Господин! Господин! Проснись! Все в порядке!
Мальчуган поймал Бардову руку.
— Тебе не удастся подчинить меня своей воле! Я бросаю тебе вызов, гнусная тролльша!
Нечто — некая незримая, но оттого не менее страшная сила отбросила мальчика назад. Он ударился головой о камень, в ушах загудело — словно кузнец изо всех сил вдарил молотом по наковальне. На губах ощутился соленый привкус крови.
— Ох, звезды мои, дитя! Я не понял, что это ты…
Джек попытался заговорить, захлебнулся кровью, закашлялся.
— Благодарение Фрейе, ты жив! Лежи, не двигайся. Я раздую огонь и заварю тебе целебное снадобье.
Звон в ушах постепенно стих, зато накатила мучительная тошнота. Джек слышал, как Бард расхаживает по комнате; наконец в очаге запылало пламя. Очень скоро в руках у мальчика оказалась чаша с горячим питьем. Напиток обжег ему рот, и Джек отшатнулся.
— Ты прокусил себе губу, дитя. На самом деле ничего страшного — хотя и выглядит не ахти. Пей, тебе сразу же полегчает.
Джек заставил себя сделать глоток, и действительно — тошнота моментально отхлынула. Мальчик вдруг осознал, что дрожит всем телом. Может, он так и трясся не переставая все это время. Этого Джек не помнил.
— Ты так… вот так… уничтожаешь своих врагов? — пробормотал он.
Бард прислонился к стене.
— В том числе и так, — подтвердил он.
— Значит, это была… магия.
— Можно сказать, что да, — кивнул Бард.
— А меня ты научишь?
— Клянусь кустистой бородой Тора! Я ж из тебя чуть дух не вышиб, а первое, чего ты требуешь, — так это узнать, как это делается.
— Н-н-ну, так я ж твой ученик, г-г-господин.
— Да еще какой настырный! Большинство мальчишек после такого побежали бы домой к мамочке. Однако ж любопытство — великая вещь. Думаю, мы с тобой и впрямь поладим…
На
— Что с тобой приключилось, господин?
— Это была Мара, паренек. Молись, чтобы тебе с ней никогда не встретиться.
— В смысле, дурной сон?
— В смысле, Мара. Это куда хуже.
Джеку хотелось расспросить Барда поподробнее, но уж слишком уютно ему было. Мальчик широко зевнул, вытянулся на полу и крепко заснул.
Проснувшись, Джек обнаружил, что лежит на постели из вереска — но снаружи, на свежем воздухе. Он попытался встать.
— Ты давай отдыхай себе, парень, — велел Бард.
Старик сидел на табурете у двери, его белая борода и плащ ярко сияли на фоне потемневших от непогоды стен.
— Солнышко, — проговорил он с довольным вздохом. — Солнышко исцеляет ужасы ночи…
— То есть прогоняет Мару? — переспросил Джек.
Губы у него болели; слова вылетали изо рта сущей невнятицей.
— Помимо всего прочего, — кивнул Бард.
Джек пощупал губу и, к вящему своему ужасу, обнаружил, что она распухла, точно гриб после дождя.
— Экий из тебя симпатичный тролль получился, — усмехнулся старик.
И тут Джек вспомнил, что именно Бард кричал во сне.
— А ты правда своими глазами видел тролля, господин?
— О да. И не одного, а десятки и дюжины. По большей части они очень даже милы — ежели к ним попривыкнуть. На самом деле остерегаться надо полутроллей. Просто словами не передать, насколько они злобны. И коварны. А еще они оборотни и когда принимают человеческое обличье, то делаются так ослепительно прекрасны, что рядом с ними ты просто дуреешь.
— Это кто-то из полутроллей подослал к тебе Мару? — догадался Джек.
— Кое-кто из полутроллей ехал верхом на Маре. Послушай, мальчик мой, я пытался оградить тебя от некоторых вещей, пока ты не подрастешь. Но, боюсь, уже не успею. Последнее время я чувствую, как над морем сгущается тьма. Она меня ищет, понимаешь? Днем мне нетрудно от нее спрятаться. А ночью я теряю бдительность — и она об этом знает.
— Ты мог бы перебраться жить к вождю, господин. Уж он-то сумеет тебя защитить, — предложил Джек.
Мальчик не на шутку встревожился. Это вам не сага и не потешная песенка. Это — настоящее.
Старик покачал головой.
— Ваш вождь — храбрый воин, но с троллями ему не справиться. Мара охотится за мной и ежели и впрямь обнаружила, где я, то ее слуги уже в пути. Я был слишком беспечен. Мне следовало помнить, что ни в одном из девяти миров я не буду в безопасности, пока она рыщет по свету. Возможно, мне в конце концов придется позволить ей меня сцапать. Все лучше, чем допустить, чтобы она сровняла с землей вашу деревню.