Мореход / Mariner
Шрифт:
КОЛУМБ. У меня нет жены.
ДОКТОР СЛАВКЕНБЕРГИУС. Неудивительно, со всем этим говном на кухне. Я должен верить, что ночью ты, желая попать в восточное интимное местечко своей жены, переворачиваешь бедную женщину и направляешь свою бизань-мачту в ее западное местечко? Наверняка она этого не понимает.
СТАРЫЙ МОРЯК (довольно грозного вида старик, обращается к ДОКТОРУ СЛАВКЕНБЕРГИУСУ). Прочь отсюда.
ДОКТОР СЛАВКЕНБЕРГИУС. Но я всего лишь пытаюсь помочь этому бедному, несчастному безумцу понять…
СТАРЫЙ МОРЯК (рычит
(ДОКТОР СЛАВКЕНБЕРГИУС убегает с головой и гранатом, но ХУАНА успевает выхватить последний из его руки).
СТАРЫЙ МОРЯК. Не обращай на него внимания. У него проблемы с головой. Я – Старый Моряк. Чего ты от меня хочешь?
КОЛУМБ. Я слышал от матросов, что вы были на корабле, который много лет назад отплыл на запад, в великое Море-Океан.
СТАРЫЙ МОРЯК. И что?
КОЛУМБ. Можете вы рассказать мне, что вы там нашли?
СТАРЫЙ МОРЯК. Зачем?
КОЛУМБ. Потому что я тоже хочу сплавать туда.
СТАРЫЙ МОРЯК. Ты чокнутый?
КОЛУМБ. Я хочу найти морской путь в Китай.
СТАРЫЙ МОРЯК. Исландия.
КОЛУМБ. Нет, Китай.
СТАРЫЙ МОРЯК. Мы отплыли из Исландии. Так говорят легенды. Лейф Счастливый поплыл в Винландию. Олга Шмолга поплыл в Финляндию. Четыреста, пятьсот лет тому назад.
КОЛУМБ. И он уплыл на запад?
СТАРЫЙ МОРЯК (скрещивает руки на груди и указывает в оба направления). Туда.
КОЛУМБ. Как далеко он уплыл?
СТАРЫЙ МОРЯК (раздвигает руки примерно на два фута). Примерно на столько, если по карте. Или это длина моего члена. Я давно не использовал его для чего-то важного, поэтому забыл.
КОЛУМБ. Мог он добраться до Китая?
СТАРЫЙ МОРЯК. Найденную страну он назвал Винландией.
КОЛУМБ. Так был император?
СТАРЫЙ МОРЯК. Там были деревья. Виноград. И скрелинги.
КОЛУМБ. Кто такие скрелинги?
СТАРЫЙ МОРЯК. Не знаю. Я там не был, и потом, я наполовину слеп, что я увижу? Зачем тебе это?
КОЛУМБ. Хочу отправиться туда. В Китай. Я верю, что Винландия – это Северный Китай.
СТАРЫЙ МОРЯК. Берегись, ты – не слепой, можешь случайно найти то, что ищешь, хотя я в этом сомневаюсь. Похоже, плыть ты собираешься не в том направлении, но возможно, это наилучший вариант. Я вот искал пару крепких шведских грудей.
КОЛУМБ. Но вы же плавали на запад, так?
СТАРЫЙ МОРЯК. Там я их и нашел. Не шведские груди. Мужчину и женщину, уцепившихся за бревно, посреди океана, голых, как Адам и Ева, с необычными глазами, миниатюрных, у нее были черные волосы, и она не стеснялась своей наготы, прекрасных рук и ног, Господи! Мы отправили за ними плоскодонку, они говорили на каком-то тарабарском языке, мы не могли понять ни слова, хотя наши матросы где только ни побывали. Таких прекрасных женщин я больше не увидел, эти темные, грустные глаза… Мужчина умер первым. Она была сильнее, но через какое-то время умерла и она. Мы завернули их в одеяла и похоронили в океане. Такого языка я больше не слышал. Тогда я был мальчишкой, теперь – старик, полуслепой, в дурдоме, но она по-прежнему мне снится.
КОЛУМБ. Они были скрелингами?
СТАРЫЙ МОРЯК. Они были из подводного мира, из Атлантиды, и на воздухе они тонули. На поверхность попали по ошибке, поплыли не в ту сторону, как ты, и воздух утопил их.
ТОРКВЕМАДА. Вот они, плоды безумия.
ХУАНА. На самом деле, нет. Это гранат. Хотите? Он очень хороший. (Протягивает гранат ТОРКВЕМАДЕ и обращается к нему высоким голосом, словно гранат). Съешь меня, съешь меня.
ТОРКВЕМАДА. Прочь от меня, прочь.
7. Ухаживание
(ГРЯЗНЫЙ КАРЛОС хватает КОЛУМБА и тащит в спальню, где ждут МОНИШ с ФЕЛИПОЙ и КОРМИЛИЦЕЙ).
КОЛУМБ. Эй! Что такое? Прекратите? Я – гражданин Генуи и христианин. Отпустите меня, я бы предпочел не причинять вам вреда.
МОНИШ. Ты – грязный, вонючий слизняк.
КОЛУМБ. Нет, вы только послушайте. В оскорблениях нет нужды. Да за кого вы себя принимаете?
МОНИШ. Я – утвержденный под присягой опекун этого юного, невинного существа, которого ты соблазнил и обрюхатил.
КОЛУМБ. Понимаю. Да. Гм-м-м. Первым выстрелом в яблочко, так? Я не очень разбираюсь в законах Португалии. И как здесь за такое наказывают?
КОРМИЛИЦА. Кое-что отрезают.
МОНИШ. И пусть мне хочется поджарить тебя на медленном огне, к моему сожалению, сие означает, что мою племянницу ждет скорая свадьба.
КОЛУМБ. Сеньор, я никогда не женюсь по принуждению. Это будет оскорбительно для вашей племянницы. Однако, если этот грубый здоровяк на мгновение отпустит меня, я готов по собственной воле упасть на колени и попросить у этой юной красавицы согласия стать моей женой.
МОНИШ. Рот он тебе не затыкает.
КОЛУМБ. Хорошо. Фелипа, ты согласна оказать мне большую честь и стать моей женой?
ФЕЛИПА. Нет.
КОЛУМБ. Нет?
ФЕЛИПА. Нет. Я сказала, НЕТ! Нет.
МОНИШ. Что ж, тогда нам придется его убить.
КОЛУМБ. ПОДОЖДИТЕ! Фелипа, я думал, ты любишь меня.
ФЕЛИПА. Где ты был?
КОЛУМБ. В дурдоме.
ФЕЛИПА. Два месяца?
КОЛУМБ. Знаешь, туда я попал без особых проблем, но вот выбраться оказалось нелегко. А потом я сотню раз пытался повидаться с тобой, но этот господин охранял дом, никого к нему не подпуская. Спроси его. Говорить он умеет? (ГРЯЗНЫЙ КАРЛОС дает ему подзатыльник). А-А-А-А-А!
ФЕЛИПА. В таком случае, пока я не согласна стать твоей женой, но могу позволить тебе поухаживать за мной.
МОНИШ. Только не будем с этим затягивать.
КОЛУМБ. Я с радостью поухаживаю за тобой несколько дней, а потом женюсь на тебе перед отплытием в Исландию.
ФЕЛИПА. В Исландию? Ты отплываешь в Исландию?
ТОРКВЕМАДА. Ты бросил свою беременную жену и отправился в Исландию?
ХУАНА. Это был их медовый месяц. Им требовался лед.
КОЛУМБ. Еще одно подтверждение старой истории моряка. Я вернулся к ней, и ее дядя отправил нас на остров в Атлантическом океане, где какое-то время мы жили счастливыми.