Мореход

Белый Александр

Меня, конечно, поработить не пытались, лишь только убить. Это Илану вначале ожидало рабство без клейма в золотой клетке, а затем одиночество и создание невыносимой окружающей обстановки и, наконец, замужество за высокопоставленного вельможу, ибо даже цезарху такая жена не по статусу. Так что коль мне выпала судьба попасть в этот мир, то придется неукоснительно соблюдать все его разумные законы, отвечать на вызовы судьбы и кинутый камень, иначе меня не поймет даже собственный раб. А ведь папа говорил, что отдавать нужно абсолютно все долги,

и кинутый камень тоже.

– А скажи, Фагор, ты хорошо знаешь дворец цезарха?

– Да, господин.

– И расположение комнат, где что находится, тоже знаешь?

– Конечно, мой господин, ведь я там жил с самого детства, - неожиданно в его глазах появился блеск, но тут же спрятался, - И где кабинет и спальня хозяина знаю, и где комнаты его сына, и пяти дочерей и трех жен, и где кабинет комита-казначея знаю. Все знаю, господин!

Глава 5

К счастью, за истекший месяц потери энергии аккумуляторов нашей спасательной капсулы от освещения салона, работы бортового компьютера и периодического включения морозильной камеры, были совершенно незначительны. Уровень зарядки приходилось всячески беречь, так как при оптимальных нагрузках силовой установки остаток запаса хода капсулы составляет всего пятьсот восемь километров. То есть, очень скоро высокотехнологичное изделие развитой космической цивилизации превратится в железо обыкновенное.

Между тем, ночной перелет вдоль горной гряды к административному центру цезархии Немея, на расстояние восемьдесят два километра от места нашей дислокации, посчитал оправданным. Во-первых, нужно было устранить причину наших будущих неприятностей, а о том что они грядут, наслушавшись Фагора, я нисколько не сомневался. И, во-вторых, хотелось изучить культуру аборигенов, их быт и взаимоотношения.

Подгадав безлунное ночное время, мы прибыли на место за каких-то десять минут. Двухэтажный дворец местного цезарха имел П-образную форму и прятался за двухметровым забором, расположившись в окружении цветочных клумб и большого фруктового сада. Кстати, стены этого города были совсем невысоки, метра четыре, не больше.

Фагор говорит, что в империи хорошо укреплены только пограничные и приморские города, а многие крупные и мелкие, расположенные на центральных территориях вообще не ограждены. За последние полторы тысячи лет там не ступала сандалия ни одного вражеского солдата.

Все четырнадцать папиных 'жучков-шпионов', рассчитанных на тридцать шесть тысяч часов работы каждый, после проверки оказались совершенно новыми и полностью пригодными к использованию. Но запустить получилось всего семь, по количеству открытых и полуоткрытых окон дворца - пять на втором этаже, и два на первом. Единственное помещение, куда хотелось проникнуть, но не удалось, это кабинет казначея.

Активировав и выставив 'жучки', мы удалились на десять километров в горы и спрятались среди скал. Первое время наш учитель

Фагор с огромным вниманием, удивлением и пиететом наблюдал за голопроекциями происходящего во дворце. Нет, не за действом, подноготную которого он знает и без нас, а чисто за его объемным изображением, когда одну или две из семи голопроекций можно было приблизить и увеличить, а остальные уменьшить и отодвинуть. Его интерес продлился часа два подряд, затем он заскучал и с тоской стал поглядывать на шлем компьютерного симулятора.

– Бери, - кивнул головой, после чего старик с благолепием взглянув на меня помолодевшими глазами, подтащил его к себе и водрузил на голову.

Несмотря на древне-дикарское происхождение и рабское положение, работе с компьютером он обучился быстро, и сейчас все свободное время либо бродил в дебрях бесчисленной информации закачанной базы данных, либо что-то изучал.

– Великая Иола, - шептал он перед сном, - искренне благодарю, что на старости лет позволила мне, ничтожнейшему, но и счастливейшему из рабов, приблизится к тайнам мирозданья. Они грандиозны и моим скудным умом непостижимы.

Оторвать его от этих занятий было невозможно, разве что крикнуть. Правда, быстрее всего он реагировал на тихое слово и ментальный посыл Иланы, у которой стали развиваться пси-способности с невероятной быстротой. Наверное, дубина шоковой терапии в создавшейся стрессовой ситуации нашего бытия треснула по голове не только мне, но и ей досталось здорово.

Расправиться с цезархом мы не спешили, организовать его ликвидацию не составляло никакой сложности. Просто, хотелось глубже вникнуть в повседневные взаимоотношения различных членов общества, в котором нам предстояло жить, их культуру и быт. Высокопоставленная семья аристократа для этих целей подходила идеально.

К сожалению, ничему хорошему мы здесь не научились. Правила культурного поведения и местного этикета нам преподавал Фагор, ничего в них сложного нет. Вот только в отношении конкретного семейства ни о какой культуре говорить не приходится. Да, за обеденным столом они сидят правильно, при приёме пищи пользуются столовыми приборами (ложкой, ножом и трезубой вилкой), громко не чавкают и не разговаривают. И это все. Зато потом между собой общаются как-то напряженно и на повышенных тонах, а старшая жена цезарха частенько язвит своему муженьку, а то и покрикивает.

– Господин, госпожа, а это Холана, - показывая пальцем, комментировал Фагор, - третья дочь нашего эпарха и мать единственного наследника цезарха. С тех пор, как родила мальчика, вертит хозяином, как хочет. А злая какая, ух!

Изначально наш учитель боялся сказать лишнее слово, сказывалась рабская сущность, зато приказы исполняет беспрекословно и точно. Вот и приказал ему быть искренним и откровенным, после чего тот стал более разговорчивым. Впрочем, о нравах этой семейки, а так же о том, кто из них есть кто, мы узнали в первый же день наблюдений.