Мореход
Шрифт:
Сидеть на месте и потихоньку торговать, никакого резона не было, нас ожидали в будущем другие, не менее интересные дела и к их исполнению нужно было поспеть вовремя. У нас оставалось ещё четыре нераспроданных арбы, поэтому прибытию делегации должников я искренне обрадовался, и пол-арбы товаров раздал без сожаления. После этого мы отправились к более отдалённым поселениям, к которым, говорят, ранее торговцы не ходили.
Дальнейший переход занял ещё семь дней. Однажды ночевали у небольшого посёлка, при этом несколько часов неплохо поторговали но, наконец, прибыли в крайнюю точку нашего нынешнего пути, где задержались надолго.
На второй день к нашему лагерю на собачьей упряжке подкатила какая-то богато одетая женщина. Среди покупателей пронёсся шёпот: 'Великий саман Эо присол', после чего резко отступили в сторону, пропуская её вперёд, и стали часто-часто кланяться. На мой взгляд, она совсем не походила на шаманку, внешне чистоплотная и аккуратная старушка, с блеклыми, но сохранившими зелень радужками глаз и чертами лица далеко не восточными. Остановившись в шаге от лежащих на снегу покрывал с разложенным товаром, она по нему скользнула взглядом, зацепившись на миг за остаток рулона шёлковой ткани, доставшийся нам в числе трофеев, и подняла глаза на Илану, которая, в свою очередь, с недоумением уставилась на неё.
Так они смотрели друг на друга несколько минут, взгляд пожилой женщины был спокойным и неподвижным, зато выражение лица Иланы стало сначала удивлённым, затем радостным, словно она, наконец, после длительного расставания встретила родственницу или близкую подругу. А в моей душе поселилась тревога, которая крепла с каждой минутой, при этом правая рука непроизвольно сунулась к игольнику подполу тёплого халата. Но в ту же секунду старушка развернулась лицом ко мне, уважительно поклонилась и посмотрела добрым, но укоризненным взглядом, как когда-то смотрела на проказника Рэда родная бабушка.
– Здравствуй, Сошедший-с-небес, - сказала она чистым грудным голосом на языке ахемени, народа, живущего в соседней с Парсией империи.
– И тебе здравствовать, уважаемая, - ответил ей, при этом моя ладонь соскользнула с рукояти игольника, - Ты, наверное, ошиблась, я торговец, меня зовут Рэд Дангор.
– Рэд Дангор, - она медленно повторила моё имя, словно прислушиваясь, как оно звучит, затем её лицо растянулось в улыбке, - Я не ошиблась, Мореход, и знаю, кем ты был, кто ты есть и кем будешь.
– И кем?
– немедленно спросил у неё.
– Мореходом, основателем славной династии и отцом её детей, - так же с улыбкой она кивнула на Илану.
– Хм, - ухмыльнулся ей в ответ, - об этом я и так знаю.
– Двух династий, - вдруг поправилась она, и её лицо стало серьёзным.
– Не понял, уважаемая, почему двух?
– Так вам обоим на роду написано, - она коротко пожала плечами, - И называй меня Эо.
– Благодарю за пророчества, Эо, - в свою очередь поклонился, вернув дань уважения, - Ты что-то хотела приобрести?
– Нет, я пришла, чтобы пригласить в гости твою Златовласку, - ответила старая ведьма, - И не беспокойся, вернётся в целости и сохранности.
Илана посмотрели на меня просящим взглядом, при этом её милое личико светилось искренней радостью, что случалось далеко не часто. Ну и ладно, коль ей так хочется, то пусть погостит, поэтому пожав плечами, утвердительно кивнул головой.
– Я живу там, отдельно, -
– Две докады?
– переспросил, не поверив своим ушам, - Мы не можем задерживаться так долго, нам надо поспеть разрешить другие неотложные дела.
– Спеши не спеша, и ты везде поспеешь, - заумно ответила она и посмотрела на Илану, - Твоя зеленоглазая ведунья знает слишком мало, но обладает большой силой и может познать гораздо больше. Я её научу видеть не только ауры людей, но и влиять на их действия, и видеть их будущее.
– То есть, и на меня сможет влиять?
– моё лицо непроизвольно криво усмехнулось.
– Зачем на тебя влиять?
– ведьма пожала плечами и съехала с темы, - Ты и так идёшь туда, куда надо.
Увидев в замаскированных лиловыми контактными линзами глазах моей девочки нетерпение и ожидание, вздохнул и утвердительно кивнул головой, на что она взвизгнула и подпрыгнула на месте, словно маленький ребёнок. Она радовалась как тогда, когда ещё были живы её мама и мой папа, когда мы ещё небыли рациональными убийцами, по понятиям центральных миров Содружества, а безмятежно счастливыми детьми. Быстренько собрав в палатке запасную одежду и сменное бельё, она проверила свой импульсник, потом вытащила из шкатулки золотую цепочку с зелёным камнем в кулоне и зажала его в кулачке.
– Подарок, - сказала она и чмокнула меня в щёчку, затем выскочила на улицу, забрала с покрывала и сунула под руку остаток рулона из синего шёлка и упала на санки, рядом с поджидавшей её ведьмой.
Честно говоря, мы с Иланой по натуре малоразговорчивы, вероятно, это был отпечаток случившейся в космосе трагедии, после которой мы уже ни разу, ни в какие детские игры не играли, а готовились к взрослой жизни. Поэтому, в пути чаще слушали других, иногда перекидывались одним-другим словом, да за полчаса перед сном могли о чём-то поболтать, вот и всё. Разве что разговор был по делу, тогда да, вели скрупулёзный диалог и моделировали самые различные ситуации, пока не находили путь решения вопроса. Кстати, несмотря на юный возраст и короткий жизненный опыт, Илана была девочкой разумной, имела аналитический склад ума и была помощником во всех делах. Молчаливым, ответственным и преданным.
Вдруг из расположения лагеря вслед за собачьей упряжкой ускакала одна из воительниц, даже не предупредив меня. Оглянувшись вокруг, увидел за левым плечом старшую Гиту.
– Мы её защищаем, господин, - тихо сказала она, на что я в душе согласился и был им благодарен.
– Хорошо, - кивнул ей в ответ.
Почему-то совсем не переживал, что с Иланой может что-то случиться, подобное даже в голове не помещалось, но при её отсутствии скучал ужасно. Возможно, если бы занялся каким-нибудь делом, то не думал бы об этом, но почти все товары вскоре были распроданы, меха посчитаны, рассортированы и увязаны, свободные от нарядов парни резвились в своё удовольствие, Лагос тоже заботу нашёл - Ханну с семейством, а мне было тоскливо. Посчитав, что народ слишком расслабился и озабочен не боевой подготовкой, а весёлым времяпровождением и излишним кувырканием с аборигенками, отстранил стариков от процесса и все эти дни лично гонял бойцов, как сидоровых коз. Фехтованием и рукопашным боем занимались с утра до вечера, собирая у лагеря огромную толпу ротозеев.