morevpechatleniy
Шрифт:
— Зачем они это сделали? — не поняла я.
— Да кто их знает? — развёл в стороны руки Артак и сел на самую верхушку острова.
Площадь была небольшая — в пять шагов, не больше. Если бы Артак лёг позагорать, то он бы целиком не поместился здесь, потому что был больше по своей длине.
— Я, кажется, понимаю, зачем всё это, — произнесла я.
Мне вспомнилось, как Рита накануне пришла и сказала, что хочет расстаться с Артаком. Просила, чтобы я как-то их поссорила.
Похоже, Рита нашла выход. И, как
— Зачем? — повернулся парень.
— Ко мне на днях Рита приходила. И в разговоре она сказала, что заметила, что мы терпеть друг друга не можем.
— И что? Оставшись один на один, мы должны помириться и стать друзьями?
Я совсем не думала, что моя мысль приведёт именному к такому предположению.
Но говорить парню, что Рите он надоел, я не решалась. Нет уж, спасибо! Я ещё потом и буду виновата, что рассказала секрет. И тогда подруга точно сможет меня обвинить, что я разрушила их отношения. Мол, мне-то она это случайно брякнула, а сама в душе надеялась, что всё будет хорошо, что они помирятся… А тут я всё растрепала и теперь она не хочет отношений, потому что будет до конца своих дней чувствовать, что она предательница, по отношению к Артаку и всё такое прочее.
В общем, для Риты это был просто идеальный вариант расставания, где я была главным врагом. Но меня всё это не устраивало и, поэтому я решила, всё-таки, умолчать о разговоре.
— Не знаю я, что у неё на уме было, — соврала я. Мне было так стыдно выкручиваться, но правду я не могла сказать.
Артак засунул руки в карман бриджей, и начал в них что-то искать. Но почти сразу же вытащил их пустыми.
— У меня с собой вообще ничего нет! — разочарованно сообщил он. — Ни жвачки, ни мобильного. Я всё оставил там, на пляже. Мы даже позвонить этим недомеркам не можем и сказать, что их шутка совсем не смешная!
Я вспомнила, что мобильный мой под кроватью. Если бы он не упал, я бы его точно взяла с собой. Ведь чувствовала, что телефон мне пригодится. Но теперь уже было поздно себя винить.
Немного постояв на месте, я прыгнула в воду, потому что было очень жарко. Хорошенько поплавав, я забралась обратно, села на краешек острова и, свесив ноги, стала смотреть на морскую гладь.
Шло время.
Солнце пекло всё сильнее и сильнее.
Был самый пик жары, когда находиться под палящими лучами было вредно и даже опасно.
Тишину нарушал только плеск воды о камни и еле слышные крики отдыхающих с пляжа.
Артак ничего не говорил. Он просто лежал и тяжело дышал. Изредка парень умывался и опускал руки в холодную воду, чтобы сильно нагревшиеся браслеты хоть немного остывали.
Кожа сильно нагрелась. Через некоторое время захотелось пить. Меня стало клонить в сон, и я поняла, что ещё чуть-чуть и у нас будет солнечный удар.
— Здесь нельзя
Парень лежал на спине, закрыв рукой глаза от солнца. Его загорелая кожа блестела — он сильно вспотел.
— И что ты предлагаешь? — спросил юноша, не глядя на меня.
— У нас нет другого выхода. Мы должны плыть, — объяснила я.
Артак резко привстал.
— Ты что, издеваешься? — уставился на меня он. — Мы не доплывём! У нас сил не хватит просто! Ты посмотри только на расстояние! Где берег, и где мы?! Если бы здесь были другие острова, мы бы могли доплывать до них, передыхать и плыть дальше. Но это — Одинокий остров!
— Но если мы останемся, у нас будет солнечный удар. Я не могу больше, у меня всё тело горит уже. И вообще, я пить хочу.
— Хорошо. Я тебя понял. Отвернись тогда, — скомандовал юноша.
— Зачем? — удивилась я.
— Я сниму свои бриджи, ты их намочишь и положишь на плечи, или на голову. Так хоть не будет солнечного удара.
— Но у тебя под ними ничего нет! — напомнила я. — Бриджи — твои плавки!
— Ну и что?!
— Как что? Я лучше намочу эти идиотские Риткины платки.
— Они тебя не спасут — они из лёгкой ткани. А бриджи из плотной и не слишком быстро пропустят солнечный свет.
Я не знала, что ответить на это.
— Ладно, не хочешь отворачиваться, можешь смотреть. Мне стыдиться нечего, — грубо ответил Артак.
Он встал и принялся развязывать узел шнурков в бриджах, чтобы снять их.
Я поняла, что парень настроен решительно. Если Артак что-то задумал, он доведёт это дело до конца. Я уже убедилась в этом в первый день приезда.
— Ты с ума сошёл? — не поверила своим глазам я.
— Можно подумать, что ты в обморок упадёшь, если увидишь меня голым, — покачал головой Артак. — Мы и так почти раздетые. Одной вещью больше, одной меньше.
К счастью, узел был туго затянут и так просто парню не поддавался.
— Я девушка, а ты — парень. Так не положено.
— Я тебя умоляю! — не сдавался Артак. — Не положено, так положим. Ты меня вообще еле терпишь, так что мне ни капли не стыдно. К тому же, я уже привык показывать своё тело.
— Тебе, может, и не стыдно, а вот мне будет, как минимум, неловко, — призналась я, скрестив на груди руки.
— Только не говори мне, что ты никогда не видела раздетых мужчин! — скептически произнёс юноша, сузив глаза. — Уж в музеях ты наверняка в своей жизни была и не раз. И вообще я в этой ситуации не вижу ничего предосудительного. Когда речь идёт о жизни человека, можно и все шмотки снять, чтобы спасти его. А с меня и снимать фактически нечего, ты меня рассмотреть со всех сторон могла и не раз!
— Ты сейчас ведёшь себя, как ненормальный, без капли смущения! — призналась я, переходя на крик.