Моргейн
Шрифт:
Джиран и Китан: краем глаза он видел, что полукровка все еще рядом, слизывает кровь со своих пальцев, прижатых к рукаву. Джиран с голыми ногами и царапиной на щеке слезла со своей маленькой кобылки и быстро набирала пригоршнями камни.
Полукровки продолжали двигаться вверх по склону, где рассыпались в беспорядке люди Сотарна.
И тут на склон высыпали люди, сразу с обеих сторон, заставляя ретироваться полукровок. Появились толпы маленьких людей, тоже вооруженных, добавляющих страха, производимого идущим перед ними. Они были безжалостны в своем
— Болотники! — закричала в страхе Джиран.
Толпа заполонила пространство между ними и Источником. — Наверх, — закричал Вейни Джиран и, пришпоривая уставшего вороного, направил его вверх по склону, с запозданием думая, услышали ли его Джиран и Китан.
Болотники узнали его и в ярости закричали, а некоторые атаковали, но те, кто попадался ему по дороге, выскакивали из-под копыт черной лошади. Тех же, кто не хотел уступать пути, он просто проскакивал, рубя мечом, и его рука болела от усилий; он чувствовал усталость лошади, но пришпорил ее еще сильнее.
А за склоном горы он увидел ее. Серая тень бледного Сиптаха в расселине, где она стояла. Пространство вокруг нее было свободно, люди бежали с криками отчаяния, другие падали тут же на землю. Красный огонь валил всех, кто стоял на ногах.
— Лио! — закричал он, сокрушая мечом человека, нападавшего на него. После этого он бросился по склону, чтобы присоединиться к ней. Она увидела его. Он безжалостно пришпорил коня, и они соединились в одну линию, черная лошадь и серая, бок о бок, и когда они взбирались по холму по направлению к Источникам, враги разбегались в разные стороны.
В первых рядах образовалась толпа из всадников и людей, мешающих друг другу пройти, и пришлось использовать красный огонь Моргейн, который валил тех, кто был на пути. Но толпа опять восстанавливалась за счет подошедших сзади. Полетели стрелы. Моргейн повернулась и направила огонь в том направлении.
Люди Охтиджа дрогнули и разбежались, толпа перед ними исчезла. Сиптах, завидя, что путь свободен, устремился вперед, и Вейни пришпорил своего вороного.
Внезапно лошадь под ним накренилась, закричала от боли — и земля перевернулась, он упал на камни, теряя сознание и погружаясь в темноту…
Вейни попытался подняться на ноги. И первое, что он увидел, был его черный конь, умирающий с обломком стрелы в груди. Он встал на ноги, прислонившись к камням, оперся на свой длинный меч, глядя на склон и видя яркое свечение, тень Сиптаха в некотором отдалении, Моргейн у подножья холма со Вратами.
Вокруг нее были враги. Красные вспышки периодически мерцали на фоне опалового свечения, и присутствие Врат тяжело давило на всех, кто был в пределах видимости.
Всадники бросились к ней, полсотни лошадей взбиралось по холму. Вейни громко выругался и заставил себя оторваться от камня, пытаясь пешком взобраться по склону, но боль скрутила его ногу, и он тяжело захромал.
Она бы не задержалась ради него. Не должна была. Он продолжал карабкаться, опираясь на меч.
Всадник приблизился к нему сзади, он повернулся, подхватил
Он увидел, что Моргейн возвращается, пробиваясь обратно сквозь ряды врагов.
— Нет, — закричал он, пытаясь дать ей знак; измотанный серый Сиптах не смог бы нести двойной вес в этой битве, Вейни увидел, что Моргейн, пытаясь достичь его, не видит целое сборище всадников за своей спиной.
Подскакала Джиран и соскользнула с гарцующего вороного коня.
— Лорд! — закричала она, кидая поводья в его руку, и добавила дрогнувшим голосом: — Езжай!
Он вскочил в седло, чувствуя, как лошадь напряглась под ним, и это было спасение и жизнь; но он задержался, натягивая поводья, и протянул Джиран свою окровавленную руку.
Она отпрянула, убрав руки за спину. Испуганная лошадь топталась на месте, в то время как Джиран пятилась по усыпанному трупами склону.
— Езжай, — закричала она яростно и выругалась.
Он медленно поехал назад, к склону, где его ждала Моргейн, и увидел, что враги расступились, а она что-то кричала ему, но он ничего не мог расслышать.
Тогда он пришпорил вороного, чтобы присоединиться к ней на холме. Силы Охтиджа расступались перед ним, в то время как всадники падали под огнем Моргейн. Испуганные крестьяне кричали и путались под ногами у лошадей.
Они поднялись к подножию холма, враги перед ними в беспорядке разбегались. Здесь были вперемежку крестьяне и лорды, они исчезали в жуткой бездне, которая и была Источником Абараиса, и опаловое свечение плясало меж камнями, вокруг голубого пространства, бездонно простирающегося перед ними, поглощая пеших и конных, и казалось, что небо смешалось с землей, и сжигающее голубое пламя на фоне серых небес Шиюна было ужасающим зрелищем.
Сиптах сделал один длинный прыжок; вороной пытался попятиться, но Вейни вонзил шпоры ему в бока и в отчаянии безжалостно направил его вперед, и они упали в голубое яркое небо…
Настал момент темноты, а затем лошади опять обрели под ногами землю, и они оба все еще скакали как во сне, мимо испуганных людей, расчищая себе дорогу.
Их никто не преследовал, во всяком случае пока; стрелы, летящие им вслед, были редки и выпущены поспешно; крики тревоги разносились за их спинами, пока не остался только топот скачущих лошадей. Перед ними простиралась равнина.
Они бросили поводья и дали возможность измученным лошадям идти шагом. Вейни оглянулся и увидел орду, окружающую все еще излучающие сверхъестественную энергию Врата: воинство Роха, люди и кел, по-прежнему дикие и обездоленные.
Перед ними простирались широкие ровные зеленые луга. Вейни глубоко вдохнул, почувствовал, насколько чист здесь воздух, и взглянул на Моргейн.
Она все еще не могла говорить. Он видел, что она была еще слишком слаба, преодолев долгий путь, к которому не была готова.