Моритур
Шрифт:
— Развоплощены. — с болью в голосе признался Влад. — Мной лично. Как нарушители Кодекса Кустодиамов, который и позволял мне провести их развоплощение самостоятельно.
— А в рапорте ты указал, что развоплотил семью упырей Вакрен, потому что они попросили тебя об этом сами, «устали быть монстрами» и хотят мирно уйти за Завесу. — Гадриэль вдруг вспомнил, почему ему знакома фамилия подсудимого.
— Я написал правду. — Влад посмотрел Гадриэлю прямо в глаза и во взгляде этом читался упрёк. — Они и правда сами попросили меня развоплотить их в обмен на три месяца жизни для их сына. Мы заключили договор. Если
— Но этого оказалось недостаточно. Малумов-беллаторов ты же не привлек. А тут нужен был не один как для взрослого, а три как минимум! — впервые подал голос Карро, которому вообще-то было положено защищать подсудимого. Но на этом заседании все правила были позабыты, потому он продолжил высказывать свой гнев: — И не удивительно, что он сбежал из-под охраны, пробежал через лесок у твоего дома и набрел на лужайку, где одной семье не посчастливилось устроить пикник, да?
— Да. — опустил голову Влад. — Мы нашли его очень быстро. Очень-очень быстро, но и этого оказалось недостаточно. Он сорвался. В последние дни третьего месяца. Он сорвался, а я самоуверенный старый дурак, который это допустил.
— Я вообще не понимаю, зачем мы тут тратим время. Все же понятно по лицу упыреныша. Обоих. Мелкого — развоплотить, как и положено. — устал слушать все трагические истории Дарк. — А вот Влада как наказать… даже не знаю. Тут послушаю ваши варианты. Хотя вердикт может быть один на двоих.
— Так что, открываем голосование на развоплощение Константина Вакрен? — уточнил старейшина-малум.
Остальные кивнули.
Гадриэль, как обвинитель, попросил поднять руки тех старейших, которые были за развоплощение. Карро, как защитник, попросил поднять руки тех, кто против. Хотя бы тут были соблюдены правила. Результат был 11:1. Лишь один старейшина, почтенная дама в летах из бонумов, пожалела мальчика, который напомнил ей сына.
— Приговор привести в исполнение в зале суда! — провозгласил Дарк.
Этот момент Гадриэль ненавидел больше всего, ведь приговор приводил в действие обвинитель, а сегодня эта роль досталась ему. Одно дело развоплощать злобных монстров и совсем другое ребенка, ставшего жертвой своих родителей.
— Уважаемые старейшины, прошу слова. — Гадриэль обратил на себя внимание. — Ввиду того, что дело у нас необычное и подсудимый все же ребёнок, прошу смягчить приговор.
— Спасибо тебе, Гадриэль, я знал, что ты добрый человек. — приободрился Влад.
— Я уже давно не человек, Влад, как и этот мальчик. — напомнил Гадриэль. — Я кустодиам и чту наш кодекс. Но в тоже время мне не чуждо сострадание, потому я предлагаю дать подсудимому зелье, чтобы развоплощение прошло безболезненно. Прошу вас, старейшины, поднять руки, если вы «За».
— Единогласно. — констатировал Карро, поражённый тем, что даже Дарк поднял руку.
На столе перед обвиняемым тут же появился мешочек с зельем. Влад открыл мешочек и трясущимися руками засунул содержимое мальчику в рот, заставив проглотить. Все это юный вампир не мог сделать сам, потому что находился
Когда зелье подействовало, Гадриэль подошёл к подсудимому и одним точным ударом меча Михаила, который призвал минутой ранее, снес бедному мальчонке голову с плеч. Влад сглотнул. А специальный уборщик, осторожно собрал оставшийся от подсудимого пепел в урну и передал его упырю.
— Теперь с Владом разберёмся, а то у меня партия в покер через двадцать минут начинается. — предупредил Дарк. — А я, как все вы знаете, никогда не опаздываю и правило это нарушать из-за тупости упыря не намерен. Давайте его тоже развоплотим по быстренькому и по домам.
— У меня есть другое предложение. — снова взял слово Гадриэль. — Развоплотить его хоть и можно из-за количества обвинений, но все же не следует. Влад уже много лет на посту главы упырей, тем более первородный, и работу свою выполняет хорошо. Давайте на чистоту — его вампиры доставляют нам меньше всего проблем именно из-за того, что их он приструнил сам. Он большой авторитет и среди других темных, не зря же именно его выбрали главой Поезда Нечисти. Темные ему доверяют и если мы развоплотим его, поднимутся массовые недовольства. Для всех он станет мучеником, пытавшимся спасти ребёнка, что, собственно, одна из граней правды.
— И что ты предлагаешь? — спросила та самая сердобольная пожилая дама, что пожалела ребёнка.
— Предлагаю ограничить вдвое поставки человеческой крови. Немного диеты упырям не повредит, тем более я прекрасно знаю, что им всегда накидывают сверху щедрые малумы. Так что голодать и кидаться на людей вампиры не будут, зато былого изобилия лишатся. Люди вон постоянно жалуются, что у н з в больницах крови донорской не хватает, она то всем вампирах уходит. А коли они совсем проголодаются — имеют полное право охотится на разрешённых животных в разрешённых местах, этого никто не отменяет. Так что вампирской элите придётся на время перейти на зверушек и поднять задницы, чтобы их добыть. Заодно на природе побывают, воздухом чистым подышат, а то сидят в своих городах загазованных. А что касается самого Влада, то предлагаю отдать его мне на перевоспитание.
— И что, ты будешь ему лекции читать о вреде высасывания человеческой крови из молодецких шеек и о том, что скрывать детей-вампиренышей плохо? А если он плохо будет усваивать материал, будешь его линейкой по рукам бить?! — допытывался Дарк.
— Можно и так сказать. Свои методы я здесь озвучивать не собираюсь, кто-то на покер спешит, но они крайне эффективны. — не стал вдаваться в подробности Гадриэль. — Если других вариантов наказания нет, предлагаю голосовать. Кто за сокращение крови вдвое и передачи Влада мне на перевоспитание?
Вверх взлетели уже четырнадцать рук, Влад с Карро их тоже подняли.
— Чудненько! — захлопал в ладоши Дарк, который успевал на покер. — Все за, а значит приговор вступает в силу с этого момента! Теперь расходимся, дамы и господа, расходимся. Благодарю всех за быстрое судебное заседание.
Глава малумов переместился первым, следом за ним покинули зал суда и остальные старейшины. Остались лишь помощники, да Карро с Гадриэлем и Владом.
— Ты не против, если мы с Владом пообедаем у тебя в «Псарне?» — спросил у коллеги Гадриэль.