Моролинги
Шрифт:
— Думаю да. Объявление прозвучало от имени всех «Виртуальных Игр».
— Члены совета директоров подписали? — спросил Шеф, знавший толк в юридических делах.
— Не знаю, но узнаю, — пообещала Яна.
— Действуй!
Яна исчезла. Шеф задался вопросом:
— Почему Краузли не назначил вознаграждение до того, как выпустили Амиреса?
— Либо считали, что он убийца, либо убийцы они сами, — ответил я твердо.
— М-да… либо — либо… как всегда. Проверь, все ли вещи на месте, — он подвинул ногой полиэтиленовый
Я вытряхнул содержимое на кровать, осмотрел и пересчитал. Пропал сканер-ключ. Из портмоне исчезли фальшивые удостоверения личности. Комлог остался цел, но я не сомневался, что и Амирес и полиция попытались изучить и заполучить содержимое его памяти. Скопировать файлы они бы не смогли — разве что записать на видео с экрана. Секретные файлы взламывали, но не взломали — видимо у Амиреса не хватило времени. Ничего нового в комлоге не появилось, следовательно компьютер Корно остался неприступен.
— Не хватает удостоверений майора Галактической Полиции, врача скорой помощи и помощника депутата законодательного собрания. Из портмоне пропали две сотни, но их скорее всего взял Виттенгер, поэтому бог с ними… Еще нет ключа-сканера и баллончика с «Буйным лунатиком».
— Клоун из тебя… Ладно, пойду я, пожалуй. Надо же кому-то работать.
Я проводил Шефа до дверей. Меня немного покачивало, но родные стены в буквальном смысле помогали — я за них держался. Уже уходя он вспомнил:
— Ты так и не сказал, зачем тебе «Буйный лунатик».
— Я думал, вы поняли. Я заменю им тот, что пропал.
Шеф махнул на меня рукой, мол, безнадежен.
Проводив Шефа, пошел на кухню проверять, все ли продукты Ларсон извел на бутерброд.
Через час после ухода Шефа явился Ларсон. Он принес баллончик с синей этикеткой в звездах.
— "Космическая свежесть", — прочитал я на этикетке. — А звездочки, как на коньяке. Сколько их тут…
— Семнадцать, — угрюмо ответил Ларсон.
— Ты уверен, что это «Лунатик»?
Ларсон отобрал баллончик, снял колпачок и направил распылитель на меня.
— Контрольный эксперимент, — сказал он. — Для недоверчивых.
— Попробуй. В порыве безумия я расскажу Яне про твои фокусы с Бьярки. Бедная, наивная Яна, она думает, что ее коморка заперта надежно, а ты, оказывается, заходишь туда каждый вечер и пересаживаешь Бьярки в Янино кресло. У этого кресла, между прочим, степеней свободы, как звезд на «Лунатике»!
— Какое кресло?! какой Бьярки?! — поддельно изумился Ларсон.
— Вот только не надо «какой такой Бьярки», «не знаю я никакого Бьярки». Мы же его вместе подарили. Когда ты был занят игрой в «ШДТ», или когда ты уходил с работы раньше времени, Бьярки сидел всю ночь на своем месте. А вообще, ты в Отделе задерживаешься дольше других, поэтому кроме как на тебя, думать больше не на кого. Да и фокусы такие вполне в твоем духе.
Ларсон ушел пристыженный.
8
Над
Широкоплечий парень в комбинезоне городской службы озеленения подстригал черные кактусы.
— Велели срезать шипы? — спросил я, догадавшись, кто он такой.
Парень окинул меня профессиональным взглядом, посмотрел по сторонам и внятно произнес:
— Шипы срезают весной.
Затем он скинул правую рукавицу и протянул руку для пожатия. Пожимая ее, я заметил, что рука вся в царапинах.
— Амирес не возражал?
— Мы сказали, что заказ подстричь кактусы Чарльз Корно сделал накануне смерти. Практически последняя воля. Грех не исполнить.
— Флаер ваш?
— Наш. Убрать?
— Не надо, пусть стоит. Как подопечный?
Оперативник с серьезнейшим видом открыл комлог и, посматривая в него, заговорил голосом Макферсона из «Галактического агента — 2»:
— Со вчерашнего дня никуда не выходил. В десять утра привезли пиццу из «Патио». Посыльный был не из наших. Подозрительный тип. Мы его проверяем. В одиннадцать я предложил Амиресу взглянуть на мою работу. Он сказал, что ему плевать на кактусы и наотрез отказался выйти из дома. На текущий момент это всё. — Он с треском захлопнул комлог. — Продолжать наблюдение? — спросил он, сделав руки по швам.
— Сворачивайся, — скомандовал я.
— Есть! Разрешите вопрос…
— Валяй, — невольно я стал подражать Шефу.
— Вы остаетесь следить за домом?
— Да, но хотел бы делать это изнутри.
— То есть как? — не понял оперативник.
— Зайти в гости.
— Не выйдет, — помотал он головой и полуметровыми садовыми ножницами. — Он не впустит. Когда я попросил его подписать контракт вместо Корно, он велел оставить контракт в тамбуре. Я ответил, что по инструкции я обязан видеть того, кто подписывает контракт. Тогда он послал меня к черту.
— Наверное, он заметил эти ножницы. На его месте я бы ни за что тебя не впустил.
— Нет, — серьезно возразил оперативник. — Ножницы я повесил сзади на поясе. Он не мог их видеть.
— Ладно, сделаем так. Ты начнешь взлетать и заденешь его флаер. Крылья ему ломать не надо, но сигнализация должна сработать. Не перепутай, его флаер синий, трехместный. «Хонда-Джет», кажется.
Оперативник бойко ответил, что мой план ему ясен и что он находит его крайне удачным.
— По инструкции, — сказал я, — любой план начальника считается удачным до тех пор, пока не провалится.