Моролинги
Шрифт:
— Раз кто-то до него дошел, следовательно, разумный, — отбрил Ларсона Краузли.
Я спросил:
— Вы сказали, что вы получили доказательство того, что некто выполнил условие конкурса. Доказательство какого рода?
— По ходу игры ведется подсчет очков. Результат записывается в специальный файл. Этот файл и был нам прислан.
— Файл может быть подделан?
— Маловероятно. К тому же, нет смысла подделывать только файл с результатом. Мы бы проверили все состояние игры. Всю позицию, так сказать. А подделка позиции по сложности сопоставима с честным выигрышем… — Краузли
— Тогда могло произойти следующее, — подхватил мою мысль Ларсон, — Игрок прислал вам подделанный файл с результатом. Потом он сообразил, что для получения выигрыша этого не достаточно и предпочел не рисковать.
— Такое возможно, — согласился с ним Краузли, — Но существа дела это не меняет. Если файл подделан, то мы имеем дело с попыткой мошенничества. И чтобы впредь такого не допустить, мошенник должен быть найден.
Его позиция была мне понятна, за исключением одного маленького момента.
— Поиски могут потребовать больших затрат. Стоит ли в таком случае возиться?
— Затраты нас не интересуют, — отрезал он, — следовательно, они не должны интересовать и вас.
Мне такого ответа было достаточно, но Ларсону, вероятно, нет. Он сказал:
— Я полностью с вами согласен. Хочу только прояснить ситуацию. Полагаю, я не ошибусь, если предположу, что сами вы в попытку мошенничества не слишком верите. Если мы найдем победителя, и он не окажется мошенником, вы будете вынуждены расстаться с миллионом. Не спорю, вероятно, у вашей компании их достаточно. Таким образом, ваша цель — найти победителя вне зависимости от того, честный он игрок или мошенник. Я вас правильно понял?
— Абсолютно! — уверенно подтвердил президент «Виртуальных Игр».
— Прекрасно, — обрадовался Ларсон, но я заметил, как он слегка вздрогнул, взглянув на свой экран. — Кроме присланного файла, вы еще располагаете чем нибудь, что помогло бы нам найти победителя?
— Только файл, — огорчил Ларсона Вейлинг.
— Жаль… Разумеется, он нам потребуется.
Ответ Краузли меня удивил:
— Пока мы можем предоставить вам только оболочку с обратным адресом. Сам выигрышный файл вам ничем не поможет. Расшифровать его способны только наши специалисты. Содержание — оно у вас будет. Сейчас я оставляю вам вот это, — он выложил на стол кристалл памяти.
— И игру тоже хотелось бы иметь, — вставил я.
Клиенты с улыбкой переглянулись. Вейлинг достал красочную упаковку.
— Наслаждайтесь, — сказал он мне.
Я поблагодарил.
На этом беседа с клиентами завершилась. Мы вышли в коридор. Там нас уже поджидала Яна. Клиенты были переданы ей с рук на руки, и они ушли оформлять контракт. Мы с Ларсоном облегченно вздохнули.
«Через пять минут ко мне», — раздалось из громкоговорителя в переговорной.
— Как раз достаточно, чтобы приготовить и не выпить кофе, — буркнул Ларсон.
— Пойдем попробуем? — предложил я.
— Сам пробуй, — и он пошел в сторону лаборатории, где день и ночь трудился на наше общее благо.
Как и предсказывал Ларсон, сварить кофе я успел. Но не выпить. Шеф благосклонно
— Ну как вам эта парочка? — спросил он, вертя в руках свою любимую проволоку. Пока у него получался только Большой Взрыв.
— Либо нам предстоят очередные поиски иголки в стоге сена, либо я чего-то не понимаю. — Ларсон поставил Шефа перед выбором.
Что Шеф выберет, и мне и Ларсону было очевидно. Шеф это понимал и ничего не ответил. Он просматривал файл, присланный в «Виртуальные игры». Сказал, не отрываясь от экрана:
— Когда Ларсон спросил, когда прислали выигрышный файл, Вейлинг хотел что-то ответить, но Краузли толкнул его локтем в бок и ответил сам. Как он ответил, вы, безусловно, помните. Но не соврал ли он нам?
Я пропусти замечание Шефа мимо ушей, потому что уже располагал собственной версией.
— Либо я понял, что они затеяли, либо я согласен с Ларсоном.
Такая альтернатива была для Шефа потрудней ларсоновской. Он потребовал:
— Подробнее!
— Пожалуйста. И Краузли и Вейлинг просто прийти в себя не могут от того, что кто-то выиграл у них миллион. Естественно, они подозревают, что дело тут нечисто. В каком смысле нечисто? А в таком: среди их сотрудников кто-то решил прикарманить выигрыш себе. Как устроена игра он знает, и дойти до шестого уровня для него не проблема. Но ему нужен сообщник, чтобы забрать выигрыш. Вот тут у него что-то не срослось. Возможно, он до сих пор не может найти себе сообщника. Или они никак не договорятся, как им делить миллион. Руководству «Виртуальных Игр» на миллион плевать. Больше всего они заинтересованы в том, чтобы найти, кто из сотрудников компании решился на двойную игру. И дело тут пахнет куда большими суммами!
— Бог с ними, с суммами. Зачем они нас-то наняли? Среди своих им искать легче, чем нам, — возразил Шеф.
— На всякий случай. Хотят с двух концов подобраться. И изнутри и, так сказать, извне.
Ларсон меня так же не поддержал.
— По-твоему, все выходит слишком просто. Стали бы они назначать такой крупный приз, если бы их программисты имели преимущество перед простыми игроками. То есть, я что хочу сказать. Если МНОГО сотрудников имеют преимущество, то «Виртуальные Игры» не назначили бы приз в миллион. А если лишь несколько человек, то мошенника они бы и сами вычислили, без нашей помощи. Но я думаю, НИКТО не имеет преимущества априори — эта игра не такая примитивная, как ты думаешь.
Ничего такого я не думал. Думать начну после того, как увижу игру собственными глазами.
По интеркому на связь вышла Яна:
— Шеф, как вы просили, я уточнила условия конкурса. Там есть один дополнительный пункт. Если в течение года с момента выхода игры никто из игроков не дойдет до шестого уровня, то тысяча лучших игроков поделят призовые деньги пропорционально набранным очкам. Во всех предыдущих играх этот дополнительный пункт был основным и единственным. Призов в миллион он никогда не назначали. Для «Шести дней творения» условия конкурса изменили: ввели приз за шестой уровень, а приз для тысячи лучших игроков стал дополнительным — если никто не дойдет до шестого уровня. У меня все.