Мороз, красный нос
Шрифт:
Из белой холстины платок.
За Дарьей - соседей, соседок
Плелась негустая толпа,
Толкуя, что Прокловых деток
Теперь незавидна судьба,
Что Дарье работы прибудет,
Что ждут ее черные дни.
"Жалеть ее некому будет",
Согласно решили они...
14
Как водится, в яму спустили,
Засыпали Прокла землей;
Поплакали, громко повыли,
Семью пожалели, почтили
Покойника щедрой хвалой.
Сам
Вполголоса бабам подвыл,
И "Мир тебе, Прокл Севастьяныч!
Сказал,- благодушен ты был,
Жил честно, а главное: в сроки
Уж как тебя бог выручал
Платил господину оброки
И подать царю представлял!"
Истратив запас красноречья,
Почтенный мужик покряхтел:
"Да, вон она, жизнь человечья!"
Прибавил - и шапку надел.
"Свалился... а то-то был в силе!..
Свалился... не минуть и нам!.."
Еще покрестились могиле
И с богом пошли по домам.
Высокий, седой, сухопарый,
Без шапки, недвижно-немой,
Как памятник, дедушка старый
Стоял на могиле родной!
Потом старина бородатый
Задвигался тихо по ней,
ровняя землицу лопатой
Под вопли старухи своей.
Когда же, оставивши сына,
Он с бабой в деревню входил:
"Как пьяных, шатает кручина!
Гляди-тко!.."- народ говорил.
15
А Дарья домой воротилась
Прибраться, детей накормить.
Ай-ай! как изба настудилась!
Торопится печь затопить,
Ан глядь - ни полена дровишек!
Задумалась бедная мать:
Покинуть ей жаль ребятишек
Хотелось бы их приласкать,
Да времени нету на ласки.
К соседке свела их вдова.
И тотчас, на том же савраске,
Поехала в лес, по дрова...
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
МОРОЗ, КРАСНЫЙ НОС
16
Морозно. Равнины белеют под снегом,
Чернеется лес впереди,
Савраска плетется ни шагом, ни бегом,
Не встретишь души на пути.
Как тихо! В деревне раздавшийся голос
Как будто у самого уха гудет,
О корень древесный запнувшийся полоз
Стучит и визжит, и за сердце скребет.
Кругом - поглядеть нету мочи,
Равнина в алмазах блестит...
У Дарьи слезами наполнились очи
Должно быть, их солнце слепит...
17
В полях было тихо, но тише
В лесу и как будто светлей.
Чем дале - деревья всJ выше,
А тени длинней и длинней.
Деревья, и солнце, и тени,
И мертвый, могильный покой...
Но - чу!
Глухой, сокрушительный вой!
Осилило Дарьюшку горе,
И лес безучастно внимал,
Как стоны лились на просторе
И голос рвался и дрожал,
И солнце, кругло и бездушно,
Как желтое око совы,
Глядело с небес равнодушно
На тяжкие муки вдовы.
И много ли струн оборвалось
У бедной крестьянской души,
Навеки сокрыто осталось
В лесной нелюдимой глуши.
Великое горе вдовицы
И матери малых сирот
Подслушали вольные птицы,
Но выдать не смели в народ...
18
Не псарь по дубровушке трубит,
Гогочет, сорви-голова,
Наплакавшись, колет и рубит
Дрова молодая вдова.
Срубивши, на дровни бросает
Наполнить бы ей поскорей,
И вряд ли сама замечает,
Что слезы всJ льют из очей:
Иная с ресницы сорвется
И на снег с размаху падет
До самой земли доберется,
Глубокую ямку прожжет;
Другую на дерево кинет,
На плашку,- и смотришь, она
Жемчужиной крупной застынет
Бела и кругла и плотна.
А та на глазу поблистает,
Стрелой по щеке побежит,
И солнышко в ней поиграет...
Управиться Дарья спешит,
Знай рубит,- не чувствуя стужи,
Не слышит, что ноги знобит,
И, полная мыслью о муже,
Зовет его, с ним говорит...
19
.........................
.........................
"Голубчик! красавицу нашу
Весной в хороводе опять
Подхватят подруженьки Машу
И станут на ручках качать!
Станут качать,
Кверху бросать,
Маковкой звать,
Мак отряхать!
Вся раскраснеется наша
Маковым цветиком Маша
С синими глазками, с русой косой!
Ножками бить и смеяться
Будет... а мы то с тобой,
Мы на нее любоваться
Будем, желанный ты мой!..
20
Умер, не дожил ты веку,
Умер и в землю зарыт!
Любо весной человеку!
Солнышко ярко горит.
Солнышко всJ оживило,
Божьи открылись красы,
Поле сохи запросило,
Травушки просят косы,
Рано я, горькая, встала,
Дома не ела, с собой не брала,
До ночи пашню пахала,
Ночью я косу клепала,
Утром косить я пошла...
Крепче вы, ноженьки, стойте!
Белые руки, не нойте!
Надо одной поспевать!