Московские сумерки
Шрифт:
– Довольно смело поступили. Но очень и очень неумно. А не обгорел ли кто-нибудь из них самих?
– Нам неизвестно.
– А жаль, – заметил Орлов. Такой неудачник мог обратиться за помощью в больницу – а это уже какой-то след.
– Сколько человек пострадало? – поинтересовался Чантурия.
– Четверо. В момент нападения обслуживающий персонал находился на кухне, – следователь показал через дверь в главном зале на другую дверь, в двух шагах от нее. – Увидев, что происходит, они забаррикадировались на кухне. Нападавшие
– А сколько иностранцев было в числе этих пятнадцати?
– Шестеро. Немец, финн, трое японцев и еще один, – торопливо добавил он. – Пострадали трое. Двое японцев и…
– Еще один? Кого вы имеете в виду?
– Мы ничего о нем не знаем. У него нет никаких документов.
– Что?
Следователь только пожал плечами. В его обязанности не входило расследование дел, связанных с иностранцами. Пусть Комитет государственной безопасности печется об этом.
– Как серьезно они пострадали? – настойчиво спрашивал Чантурия. – Их увезли в больницу?
– Оба японца получили неглубокие порезы ладоней и рук, пытаясь защититься. В больнице им оказали необходимую помощь. А еще один лежит здесь, – он показал на бесформенный рулон из двух скатертей. – Мы не стали отправлять его до вашего приезда.
– Премного благодарен. Они развернули труп.
– Мужчина, судя по всему, европеец, – сказал Орлов, прочитав протокол осмотра. – Имя неизвестно – мистер Икс, рост около 180 сантиметров.
– Это когда он встанет, – заметил Чантурия. – А сейчас подлиннее…
– Вес, по всей видимости, восемьдесят пять кило, – продолжал Орлов. – Волосы каштановые, глаза коричневые. Отчего он умер? – внезапно спросил он следователя.
– Вскрытие покажет. Ну, а пока я предполагаю, что он умер от ножевого удара под ребро пониже грудной клетки. Возможно, задето сердце.
Следователь указал на труп, и милиционер, взяв в руки носовой платок, чтобы не запачкаться, распахнул окровавленную рубашку мертвеца. На ране крови не было, она была чисто промыта, по-видимому, кем-то из «скорой помощи», и на бледном боку виднелась лишь узкая розовая полоска.
– У него не было вообще никаких документов? – спросил Чантурия.
– Никаких.
– Где изготовлена его одежда?
– В разных европейских странах. Костюм в Англии, рубашка и галстук в Италии, ботинки в Германии.
– А нижнее белье? – задал вопрос Орлов. Следователь только ухмыльнулся. Его было не так-то легко поймать:
– В Италии. Трусы боксерские.
– И нет даже кредитных карточек? – поинтересовался Орлов.
– Нет. Только наличные. Американские доллары, финские марки, немецкие марки, немного итальянских лир. И много рублей. У него также французские наручные часы «Гермес», английская авторучка, прекрасный ирландский носовой платок из льняной ткани. А колец или драгоценностей нет никаких.
– Ну
Он стоял у ног трупа и разглядывал его лицо.
– Кто он, по-вашему? – спросил он следователя. Следователь снова ухмыльнулся. Он даже и не думал, что КГБ может интересовать его мнение.
– Может оказаться кем угодно.
– Допустим. Но он не африканец.
– Но и не русский, – встрял милицейский капитан. Орлов краем глаза покосился на Чантурия, чистокровного грузина. Тот и бровью не повел.
– Он был не один? – спросил Чантурия.
– Да, – ответил следователь. – С ним была русская женщина. Лет около тридцати, блондинка, очень красивая, по словам официантов.
«Шлюха», – подумал милиционер.
И где же она?
– Она исчезла до нашего прихода. Повара удрали через окна, выходящие во двор, но тревогу уже к тому времени подняли из соседнего дома – лифтер позвонил. Пока наши люди не приехали, никто из обслуги не рискнул вернуться. А тем временем женщина ушла. Ее никто не знает. И никто раньше не видел.
– А не увели ли ее налетчики с собой?
Сперва следователь даже не нашел, что ответить: такая вероятность не приходила ему в голову.
– Могли и увести, – выдавил он. – Я же сказал: никто ничего не знает. Никто из посетителей не видел раньше ни ее, ни убитого.
Чантурия снова накинул скатерти на труп.
– Можно увезти в морг, – сказал он. – Ну, а что насчет наших граждан? Кто они такие?
– С японцами пришли две девицы. Еще шесть человек отмечали день рождения. Трое мужчин и три женщины.
– В этом кафе часто организуют такие сборища? Хотя сюда ведь приходит кто угодно, – заметил Чантурия. – Ну ладно. А куда подевались посетители?
– Я взял у них краткие объяснения и попросил каждого представить утром подробную запись происшествия.
– Хорошо. Они понадобятся для допроса. Направьте их нам.
Он повернулся и направился к выходу. Следователь Филин удивленно смотрел ему вслед. Милицейский капитан снова отдал честь – небрежно козырнул, а не поприветствовал как положено.
– Маловато что прояснилось, – сказал Чантурия Орлову, когда они шли к машине. – Если не считать того, что рассказал этот придурок следователь.
– Ну и работенка у него – вскакивать в два ночи, чтобы осматривать мертвые тела.
– Каждый теперь старается цепляться за свою работу изо всех сил, Леша.
– Думаешь, он справится со своими обязанностями?
– Своими обязанностями? Какое ему дело до дохлого иностранца? Он оформит протокол и забудет о нем. Коли на то пошло, почему я должен беспокоиться о мертвом иностранце? Кто он такой? По крайней мере, от товарища следователя мы этого не услышали. Надо же, посреди ночи вытащили из постели…