Московский процесс (Часть 2)
Шрифт:
А.Н.КОСЫГИН. Я не хочу Вас огорчать, но скрыть это не удастся. Это будет известно всему миру через 2 часа. Все начнут кричать, что началась интервенция в Афганистане со стороны Советского Союза. Скажите, т. Тараки, если мы на самолетах поставим вам оружие в Кабул, включая тайки, то вы найдете танкистов или не найдете?
Н.М.ТАРАКИ. Очень небольшое количество.
А.Н.КОСЫГИН. А сколько?
Н.М.ТАРАКИ. Точных данных не имею.
А.Н.КОСЫГИН. А если на самолетах быстро прислать вам танки, необходимые боеприпасы, дать минометы, то вы найдете специалистов, которые могут использовать
Н.М.ТАРАКИ. На этот вопрос ответа я не могу дать. На него могут ответить советские советники.
А.Н.КОСЫГИН. Значит, можно думать так, что в Афганистане хорошо подготовленных военных кадров нет или их очень мало. В Советском Союзе прошли подготовку сотни афганских офицеров. Куда же они все делись?
Н.М.ТАРАКИ. Большая часть их — мусульмане-реакционеры, ахванпсты, или, как они еще называются, братья-мусульмане. На них положиться не можем, не уверены в них.
А.Н.КОСЫГИН. В Кабуле сейчас сколько населения?
Н.М.ТАРАКИ. Около 1 млн. человек.
А.Н.КОСЫГИН. Вы не можете еще 50 тыс. солдат набрать, если дать вам оружие быстро по воздуху? Сколько вы можете набрать людей?
Н.М.ТАРАКИ. Мы можем набрать некоторое количество люден, прежде всего из молодежи, но потребуется большое время, чтобы их обучить.
А.Н.КОСЫГИН. А студентов нельзя набрать?
Н.М.ТАРАКИ. Можно говорить о студентах и учащихся 11–12 классов лицеев.
А.Н.КОСЫГИН. А нз рабочего класса нельзя набрать?
Н.М.ТАРАКИ. Рабочего класса в Афганистане очень мало.
А.Н.КОСЫГИН. А беднейшее крестьянство?
Н.М.ТАРАКИ. База может быть только из лицеистов старших классов, студентов и немного из рабочих. Но научить их — это долгая история. Но когда нужно будет, пойдем на любые меры.
А.Н.КОСЫГИН. Мы приняли решение срочно поставить вам военное имущество, принять в ремонт вертолеты и самолеты — все это бесплатно. Приняли также решение поставить вам 100 тыс. тонн зерна, повысить цену на газ с 21 доллара за 1 тыс. куб. метров до 37,82 доллара.
Н.М.ТАРАКИ. Это хорошо, но давайте поговорим о Герате.
А.Н.КОСЫГИН. Давайте. Не можете ли вы сейчас сформировать несколько дивизий в Кабуле из передовых людей, на которых вы можете положиться, и не только в Кабуле, но и в других местах? Мы бы дали соответствующее вооружение.
Н.М.ТАРАКИ. Нет офицерских кадров. Иран посылает в Афганистан военных в гражданской одежде. Пакистан посылает также в афганской одежде своих людей и офицеров. Почему Советский Союз не может послать узбеков, таджиков, туркменов в гражданской одежде? Никто их не узнает.
А.Н.КОСЫГИН. Что вы можете еще сказать по Герату?
Н.М.ТАРАКИ. Хотим, чтобы к нам послали таджиков, узбеков, туркменов для того, чтобы они могли водить танки, так как все эти народности имеются в Афганистане. Пусть оденут афганскую одежду, афганские значки и никто их не узнает. Это очень легкая работа, по нашему мнению. По опыту Ирана и Пакистана видно, что эту работу легко делать. Они дают образец.
А.Н.КОСЫГИН. Конечно, вы упрощаете вопрос. Это сложный политический, международный вопрос. Но независимо от этого, мы еще раз посоветуемся и дадим вам ответ. Мне кажется, что вам нужно было бы попытаться создавать новые части. Ведь
Условимся с Вами так: мы посоветуемся и дадим Вам ответ. А Вы, со своей стороны, посоветуйтесь со своими военными, с нашими советниками. Есть же силы в Афганистане, которые будут вас поддерживать с риском для жизни и будут бороться за вас. Эти силы надо сейчас вооружить.
Н.М.ТАРАКИ. Посылайте боевые машины пехоты самолетами.
А.Н.КОСЫГИН. А у вас есть кому водить эти машины?
Н.М.ТАРАКИ. На 30–35 машин есть водители.
А.Н.КОСЫГИН. Они надежны? Не уйдут к противнику вместе с машинами? Ведь наши водители языка не знают.
Н.М.ТАРАКИ. А вы пришлите машины вместе с водителями, которые знают наш язык, — таджиками, узбеками.
А.Н.КОСЫГИН. Я и ожидал такого ответа от вас. Мы товарищи с вами и ведем совместную борьбу, поэтому стесняться друг друга нечего. Этому надо все и подчинить.
Н.М.ТАРАКИ. Передайте наше уважение и наилучшие пожелания товарищу Брежневу, членам Политбюро.
А.Н.КОСЫГИН. Спасибо. Передайте привет всем своим товарищам. А Вам желаю твердости в решении вопросов, уверенности и благополучия. До свидания.
3. «Какие марксисты нашлись…»
Нужно ли говорить, что эта беседа и еще одна (не поверив своим ушам, Косыгин звонил второй раз) произвели на членов политбюро гнетущее впечатление. Впервые они, кажется, начали соображать, в какую неприятную историю они вляпались в Афганистане. Тем более, что во второй беседе Тараки был еще откровеннее:
КОСЫГИН…Он мне сообщил, что на улицах Герата идет братание восставших солдат с теми, которые поддерживают правительство. Обстановка в этом городе очень сложная. Если, говорит т. Тараки, сейчас Советский Союз не поможет, то нам не удержаться. (…) Тов. Тараки даже сказал, что вопрос может решиться за одни сутки. Если Герат падет, то считай, что дело кончено. (…) Кто же, спрашиваю я его тогда, поддерживает вас? Почти не задумываясь, т. Тараки отвечает, что почти никто не поддерживает. У нас в Кабуле нет рабочих, а имеются кустари. И опять разговор завел о Герате, говорит, что если Герат падет, тогда революция не будет спасена. И, наоборот, если он выстоит, то обеспечено спасение революции. По его мнению, армия является надежной, они на нее надеются. Но по всей стране возникли восстания, и армии не хватит, чтобы она везде смогла усмирить восставших. Требуется ваша поддержка, опять заявляет т. Тараки.
Если говорить о Кабуле, то, как явствует из сегодняшних телеграмм, там примерно такое же положение, как в Иране: проходят манифестации, имеются скопления людей. Из Пакистана и Ирана в Афганистан проходит большое количество лиц, вооруженных иранским и китайским оружием. (…)
УСТИНОВ. Что касается таджиков, то у нас нет отдельных таких формирований. Даже сейчас трудно сказать, сколько их служит в танковых частях нашей армии. (…) Амин, когда я с ним говорил, тоже просил ввести войска и Герат и разбить противника. (…)