Шрифт:
Annotation
Действие этого романа начинается и заканчивается в маленьком городке с говорящим названием — Хейвен, что означает «гавань, убежище, приют». Главной героине придется пройти через тяжкие испытания, чтобы вернуться в эту гавань, к любящим ее людям. Но главное, ей предстоит понять простую на первый взгляд истину: Бог всегда любит нас и ждет с распростертыми объятьями в Своей тихой гавани, готовый просить нас и исцелить наши раны.
Франсин Риверс
Благодарность
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
ОТ АВТОРА
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
Мост в Хейвен
Моим сыновьям и внукам Тревору, Трэвису, Ричу, Брендану, Уильяму и Логану посвящается
Благодарность
Все эти годы многие люди поддерживали меня и оказывали влияние на мое творчество. Мой муж, Рик, всегда был первым в этом списке. Сначала он подталкивал меня начать мою первую книгу, а потом уговаривал вытащить рукопись из шкафа и сдать в издательство. Это он настоял, чтобы я оставила работу, стала домохозяйкой и попыталась сделать карьеру писательницы. Все наши дети, теперь уже взрослые и сами с детьми, тоже вдохновляют меня. Наша дочь, Шаннон, помогает мне вести мои блоги, отправляет мне напоминания о том, что необходимо сделать, а также следит за моей почтой на сайте.
Мой агент, Даниэлла Иган-Миллер, и ее коллега, Джоанна Маккензи, занимаются деловой частью моей деятельности, давая мне возможность сконцентрироваться на очередном проекте, который я начинаю. Я им полностью доверяю и очень благодарна за то время, что они тратят на поиски новых возможностей для публикаций: за рубежом, дома и в киберпространстве. Своим успехом я в значительной степени обязана их усердным трудам.
Мне повезло, я работала с одним и тем же издательством, «Тиндейл Хаус», в течение двадцати лет. Издание книги — это всегда коллективный труд: от редакторов, оформителей до специалистов по маркетингу и знатоков Фейсбука, а также всех сотрудников склада. Я благодарна каждому, кто принимал участие в продвижении моей книги. Я хотела бы выразить особую благодарность Марку Тейлору и Рону Бирсу, они были моими верными сторонниками и хорошими друзьями с самого моего появления в мире христианских публикаций. Они всегда были рядом, с самого начала, и подбадривали меня. Еще один особый друг — Карен Уотсон, она всегда задавала правильные вопросы, чтобы заставить меня глубже вникать в тему, а иногда даже направляла в новое русло. Мой редактор, Кэти Олсон, — подарок судьбы. Она всегда знает, какую часть текста нужно выбросить, а какую расширить. Она видит и всю картину целиком, и мелкие детали. Я всегда рада работать с ней. Спасибо также Стефани Броен за ее вклад в работу и Эрин Смит за проверку исторических фактов и помощь с авторской страницей в Фейсбуке.
Мои многочисленные друзья всегда рядом, они уговаривают меня продолжать писать, особенно в трудные моменты, когда я вдруг задумываюсь, с чего это я решила, будто могу написать что-то, имеющее хоть какой-то смысл для кого-то. Коллин Филлипс — моя родственная душа в Чили. А члены моей семьи, участники кружка по изучению Библии по вторникам, — мои могучие воины. Когда мне нужна помощь, я звоню моим неподражаемым мастерам мозгового штурма в Кёрд'Ален, они любят Господа всем сердцем, поют как ангелы, пишут как пророки и шутят как первоклассные комедианты. Я всегда с нетерпением жду наших ежегодных встреч, где мы общаемся, веселимся, молимся вместе и придумываем сюжеты книг друг для друга.
Все те, кого я уже назвала и кого не назвала
1
На Тебе утверждался я от утробы;
Ты извел меня из чрева матери моей;
Тебе хвала моя не престанет.
Пс. 70:6
1936
Пастор Эзикиел Фриман глубоко вдохнул прохладный октябрьский воздух и начал свой утренний обход. Как только он приехал в Хейвен[1], сразу проложил этот маршрут на карте. Каждое здание оживляло в памяти образы людей, и он молился за них Господу, вознося благодарение за испытания, через которые они прошли и с которыми столкнутся сегодня, и просил Господа показать ему, как еще можно помочь прихожанам.
Пастор направился в сторону средней школы Томаса Джефферсона. Он прошел ресторанчик «У Эдди», место, где любили собираться старшеклассники. Внутри горел свет. Эдди подошел к входной двери:
— Доброго утра, Зик. Не выпьете чашечку кофе?
Зик устроился за стойкой, а Эдди принялся складывать горкой булочки для гамбургеров. Они поговорили о футболе в школе и о том, кто имеет шанс получить стипендию. Зик поблагодарил Эдди за кофе и беседу и снова вышел на темную улицу.
Пастор пересек Мейн-стрит и зашагал вдоль железнодорожных путей по направлению к узловой станции. Он заметил костер, подошел к людям, сидевшим вокруг него, и попросил разрешения посидеть с ними. Некоторые из них прожили в городке достаточно долго, чтобы знать Зика. Остальные были ему незнакомы, у всех у них был усталый вид, видимо, бродили по стране, нанимались на разовые работы по пути, чтобы заработать на пропитание. Один молодой человек сказал, что ему здесь нравится и он надеется задержаться. Тогда Зик сообщил ему, что на лесопилке в северной части города ищут грузчика. Пастор вручил молодому человеку визитку со своим именем, адресом церкви и номером телефона:
— Заходите в любое время. Я хотел бы знать, как вы устроитесь.
* * *
Сверчки в высокой траве смолкли, и затихло уханье совы, доносившееся с высокой сосны. В парк Риверфронт въехала машина и остановилась возле туалетов. Из машины вышла женщина. Полная луна давала достаточно света, чтобы она могла видеть дорогу.
Женщина застонала от боли и согнулась, прижимая руки к большому животу. Схватки следовали одна за другой, промежутки между ними уже были меньше минуты. Ей нужно какое-то укрытие, чтобы родить ребенка. Она, шатаясь, подошла к женскому туалету, но дверь его оказалась запертой. Издав придушенный звук, женщина повернулась, оглядывая окрестности.
Зачем она заехала так далеко? Почему не остановилась в мотеле? А теперь все поздно.
* * *
Городская площадь была следующей в маршруте Зика. Он помолился за каждого торговца, за членов городского совета, у которых назначено собрание в здании муниципалитета сегодня днем, и за путешественников, остановившихся в отеле «Хейвен». Было еще темно, когда он вышел на Вторую улицу и заметил продуктовый грузовик Лиленда Голландца, он поворачивал в переулок, где располагался рынок. Все звали его Голландец, даже его жена, которая сейчас лежала в больнице, у нее была последняя стадия рака. Зик несколько раз навещал ее и знал, что больше всего ее беспокоит отсутствие веры у мужа, а не собственная приближающаяся кончина.