Мост
Шрифт:
Я чувствую, как моё сердце съёживается.
— Чёрт. У тебя гости.
— Через минуту никого не будет, — твёрдо говорит Джон.
Он продолжает растирать мои руки и плечи голыми ладонями и следит взглядом своих ореховых глаз за другим мужчиной, пока тот идёт по коридору из соседней комнаты и несёт огромное, до абсурда пушистое небесно-голубое полотенце.
— Что происходит? — спрашивает Трей, нервно косясь на меня. Затем одаривает меня робкой улыбкой. — Как дела, роскошная? Ты сейчас выглядишь так… совсем как Эльвира[2].
Тон
— Ты же сказал, что тебе пора. Верно, Трей?
Другой мужчина моргает, его глаза резко пустеют. Но спустя мгновение он кивает, похоже, прочитав выражение на лице Джона.
— Да. Да, конечно же, — оправившись, он улыбается мне, но в этот раз улыбка натянутая. — Конечно. Элли, дорогая, очень рад видеть тебя.
Наклонившись, он целует меня в щёку.
Я невесело фыркаю.
— Ага. Конечно.
Подмигнув, Трей одаряет меня очередной дьявольской улыбкой.
Он привлекательный парень, отличающийся от Джона тем, что он сам об этом знает — тёмно-синие глаза, пшенично-блондинистые волосы, точёное лицо и тело. Он один из тех привлекательных людей из Кастро, которые теперь ходят за Джоном как щеночки, хотя сам Джон, похоже, до сих пор не знает, что делать с этой толпой, и тем более как справиться со всем вниманием, которое он получает.
Мне не хватало смелости спросить его, наслаждается ли он тем количеством секса, который сам плывёт ему в руки в эти дни; я знаю, что он не смущается своей гомосексуальности, но в то же время не привык к такому успеху на личном фронте.
В старших классах дела у Джона обстояли совершенно иначе.
А сейчас Трей нависает над Джоном так, будто Джон — его новая любимая игрушка, и он боится, что другие дети её заметят и попытаются украсть, пока он не видит.
Кажется, он даже не в восторге от соперничества со мной.
Я смотрю на Джона, пока тот забирает полотенце из рук своего бойфренда, как будто даже не замечая его внимание, рывком расправляет его, а потом заворачивает меня в толстую ткань. Не отводя взгляда от моего лица, Джон снова начинает растирать мои плечи и руки через ткань.
— Не очень-то деликатно, бро, — бормочу я ему, когда Трей уходит в другую комнату, чтобы забрать свои вещи, в том числе и дизайнерскую куртку. — Тебе необязательно выпинывать его, знаешь ли. Всё хорошо. Я могу просто принять душ или типа того, подождать тебя.
Игнорируя мои слова, Джон заводит меня в свою гостиную, которая в три раза просторнее моей дерьмовой квартирки в Филморе. Подведя меня к дивану, Джон усаживает меня, плюхается рядом и бросает лишь беглый взгляд на Трея, который уже направляется к двери и на улицу.
Я вижу, как другой мужчина слегка хмурится, окидывая Джона взглядом и видя, как близко мы сидим на секционном замшевом диване Джона.
По правде говоря, в данный момент я не могу заставить себя переживать об этом, что бы я ни говорила Джону несколько секунд назад. Это не первый раз, когда мы
Джейдена это тоже бесит.
Возможно, Джейдена это бесит в особенности.
— Он не пришёл, — повторяет Джон, и его тон становится жёстче, когда дверь со щелчком закрывается за Треем.
Я качаю голову, чувствуя, как сжимается моя грудь.
— Он пришёл.
Джон ловит мою левую руку и поднимает пальцы повыше.
— У тебя нет кольца. То есть, либо он не пришёл, либо это был самый быстрый развод в истории, Эл.
— Ага. Ну. Мы решили повременить.
— Вы решили? — выразительно переспрашивает Джон.
Я выдыхаю, стараясь подумать, вспомнить, как именно развивался разговор с Джейденом перед той часовней в центре Портленда. Вспомнив выражение в его глазах, и как он вёл себя, когда приехал в тот зелёный парк возле самой часовни, я качаю головой.
— Я не знаю, — говорю я. — Я правда не знаю, Джон.
— То есть, он столько времени уговаривал тебя на это, — говорит Джон, и в его голосе звучат те резкие нотки. — Неделю за неделей. Даже месяцами. Добился, чтобы ты согласилась выйти за него. Уговорил тебя купить кольца, платье, билет на самолёт, снять номер в отеле и всё такое… послать к чёрту твою семью, не приглашать друзей. Он делает это всё лишь для того, чтобы в последнюю минуту пойти на попятную? Что, он закончил доказывать самому себе, что способен уговорить тебя на это? — в ореховых глазах Джона сверкает глубинная ярость. — Вы вообще доехали до той бл*дской церкви Элвиса, в которую он хотел тебя затащить, Эл?
Я киваю, чувствуя, как меня окутывает пелена чего-то, похожего на унижение.
— Снаружи побывали, во всяком случае, — мямлю я.
Внезапно задаваясь вопросом, зачем я сюда пришла, зачем основательно испортила Джону вечер, даже не позвонив предварительно и не предупредив, я дрожу в полотенце. Всё моё тело промёрзло насквозь от девятичасовой поездки сзади Джейдена на байке. Я никогда в жизни не замерзала настолько; кажется, что я уже никогда не согреюсь.
Джон, похоже, каким-то образом это чувствует.
Вместо очередной нотации он растирает мои руки и спину, сушит волосы полотенцем, чтобы впитать воду, которая всё ещё капает мне на плечи. Я расслабляюсь от этих движений, но на самом деле это не помогает.
Такое чувство, что после этого уже ничего не поможет.
Через какие бы взлёты и падения мы с Джейденом ни прошли за последние месяцы, почему-то это ощущается другим. Я даже не хочу возвращаться в жилье Джейдена на Фултон-стрит возле парка. Я не хочу видеть его и притворяться, что этого не было. Я не знаю, как собрать осколки нашей совместной жизни.