Мост
Шрифт:
— Ты испытываешь чувство обиды? Оцени его по шкале от одного до тридцати двух.
— Я не обижен.
— Данная эмоция как-то связана с твоим отцом?
— Я отказываюсь от помощи в гармонизации первого уровня.
— Регулярная беседа с автоматическим гармонизатором является привилегией представителей среднего класса и предоставляется бесплатно всем участникам программы индивидуально-сдвоенного жилья.
— Я хочу от нее отказаться.
— Функция отказа недоступна.
— Я не могу отказаться?
— Данная услуга относится к числу обязательных согласно
— Ладно, я понял.
— Ты можешь заменить обязательную гармонизирующую поддержку первого уровня на личную консультацию специалиста-гармонизатора третьего уровня. Запросить для тебя время?
— Нет, не надо. Зачем его беспокоить? А почему наш сеанс происходит сегодня? Разве это не еженедельная… процедура? Кажется, мы беседовали два дня назад. И до того, тоже — вне расписания.
— Твой рейтинг в программе всеобщей гармонизации приближается к критически низким значениям. Возможно, что скоро ты будешь переведен на следующий уровень поддержки автоматически. Система дает тебе шанс и усиливает поддержку второго уровня.
— Я понял, буду исправляться.
— Любые негативные эмоции способны разрушить твое будущее. Деструктивные эмоции мучают человека и не дают ему быть счастливым, как он этого заслуживает. Обязанность каждого современного человека контролировать их.
— Обязательно.
После окончания сеанса я лежу в кровати и чувствую себя вскрытым. Как будто я уже умер, и во мне поковырялись металлическими палочками.
Может быть, мои чувства и недостойны современного человека, но других у меня нет. И мне страшно их лишаться. Что, если избавившись от страха, обиды и раздражения я окажусь совершенно пустым? И тогда любой сможет подойти и сдуть меня, как шарик?
Я открываю глаза и вижу прямо над собой, рядом с моим кривым смайликом, изображение руки. Пять пальцев, как и у меня, только тоньше и изящнее. Я прикладываю ладонь к ним и думаю, что моя сменщица не будет оформлять жалобу за попытку связаться с ней.
4.1
Бодрая утренняя мелодия номер два вытряхнула меня из полусна.
Я стукнулся головой о крышку кровати, когда резко сел в постели. Состояние — вялое. Может быть, дополнительный сеанс мне приснился… и новый рисунок? Я судорожно схватился за откинутую крышку и даже рассмеялся — нет, все в порядке. Тонкая ладошка, изящно очерченная маркером, передавала мне далекий, будто с другой планеты, привет.
Чайник на кухне уже пищал вовсю, а в ванной стрекотал звонок готовности воды. Как же они все достали! Я еще раз провел пальцем по линиям, нарисованным чужой рукой. Жаль, что меня к ней вчера не пустили! Хорошо, хоть Сереге об этом не рассказал, а то ведь подмывало, пока болтали. Так хотелось поделиться! Не знал, что он всю информацию о беседе отправляет в общую базу. Коллеги работают, из соседнего отдела. Даже не обидно. Хватит уже обижаться, это бессмысленно и недостойно современного человека. И не дает ему быть… каким-то там, счастливым, кажется… но зато потом нам всем воздастся. Аминь.
Я встал, запнувшись о домашние тапочки, которые за ночь
Я со стоном прошлепал босыми ногами в ванную, дотянувшись по дороге до чайника, и стукнул его по кнопке отмены.
Горячая вода привела мысли в порядок, помогла их выстроить в ряд и вспомнить вчерашнее. Главное и самое неприятное — как я топтался под собственной дверью на морозе. Дурак-дураком. Ментальный недоделок…
И все-таки, она была бы рада меня увидеть. Ну, или хотя бы не против. И уж точно не стала бы оформлять нарушение…
До выхода из дома времени оставалось мало, но я прикинул, что могу выкроить минут двенадцать на одно дело. Должно хватить!
Я достал маркер и вывел на кровати, рядом со смайликом, первые буквы. Я написал «П» потом я написал «Р» и понял, что это было плохой затеей. Потому что на две буквы у меня ушло три минуты из отведенных двенадцати. Я добавил еще «И», которая вышла очень корявой, и быстренько набрал это слово в заметках на коммуникаторе, так как засомневался, что там дальше.
Конечно, всех нас учили писать. Читал я бегло, в отличие от большинства людей. Многие уже давно переключили коммуникаторы на визуал и аудио, благополучно забыв школьную науку.
Надеюсь, что она умеет читать! Я продолжил свое мучение.
«В» у меня изначально пошла какая-то маленькая, и второй крючок поэтому было некуда девать. Продлил палочку. Кто же их такими заковырками придумал? Я не сдавался только потому, что оставлять недописанное слово было глупо.
Нет, беру свои слова обратно. Не хочу я на сто лет назад. Там ведь еще и чернилами писали, перьями! Или уже фло-ма-терами? С трудом представляю, что это, но звучит как адское проклятие.
Когда я, наконец, вывел последнюю палочку на «Т», то в принципе уже приноровился. Она увидит мой привет буквально через полчаса! Я собирался на работу и улыбался, не хуже Шизика. Наверное, я тоже слегка помешался.
Каждые две-три минуты я подбегал к кровати и смотрел на свое творение. А потом меня догнала тревожная мысль. А вдруг она думает, что ее сменщик — женщина. Я вот, например, долго был уверен, что в квартирах селят людей одного пола!
Не знаю, почему для меня это было так важно, но я не хотел ее обманывать в этом вопросе. Поэтому буквально за минуту, поражаясь своей скорости, я закончил фразу: «Привет, я твой сменщик». Так все становилось понятным.
Чтобы успокоить свою технику, я добросовестно съел полный запас углеводов и остальной полезности, что холодильник предложил мне на завтрак, и еще отметил лайками все использованные при этом продукты. Пусть кто-нибудь порадуется. Сегодня весь мир заслужил небольшую удачу.
На работу я ехал сегодня, как на праздник. Все-таки, выходные — это отличный способ набраться сил для плодотворной рабочей недели.
4.2
— Заместитель начальника микроотдела номер 623, вынужден призвать вас к вниманию!