Мотылёк
Шрифт:
— Шоколадные, леденцы и желейные, — перечислил Калэб.
— Леденец, — ответила я.
— Шоколадную, — произнес Алестер.
Апельсиновый привкус конфеты с примесью никотина рождали во рту некое безумие.
— О! Вы поглядите, кто к нам приехал! — заявил Калэб, тыча пальцем в подъехавшую машину. Миниатюрный автомобиль вишневого цвета принадлежал Клариссе. Женщина вышла на улицу, облаченная в развратную монашку и уверенной походкой направилась к дому. Ее длинные ноги в черных чулках и черных лакированных туфлях на высоком каблуке выгладили просто потрясающе. Изящная фигура была
Рядом с ней я себя вдруг почувствовала жуткой уродиной. Я никогда не была о себе высокого мнения, но сейчас моя неуверенность возросла в сто крат. На фоне блистающей Клариссы я была лишь бледной тенью тем самым невзрачным Мотыльком с вечно избитыми коленками и слишком крупными для моего лица глазами. Почему я вообще начала париться по поводу своей внешности? И почему в ночном октябрьском почти, что ноябрьском небе вдруг повеяло ядовитым духом конкуренции? Я не собиралась соперничать и претендовать на сердце Дьявола… Наверное…
— Привет, — Кларисса на секунду задержалась на крыльце, чтобы удостоить нас своим вниманием. Какая честь! От ее общества меня стало подташнивать.
— Привет, — судя по недовольной моське Калэба, он тоже не особо был в восторге от этой развратной монашки.
— Лерой в доме? — Кларисса посмотрела на меня оценивающим взглядом.
— Да, где-то среди гостей, — ответил Алестер.
— Спасибо, — то ли намеренно, а может, и нет, виляя бедрами из стороны в сторону, незваная гостья прошла внутрь особняка.
— Кто это? — спросил нас Коулман.
— Подружка Лероя, — ответила я, удивляясь тому, насколько мой ответ был пропитан желчью. Ну, все, приехали, называется.
— Смешно, — хохотнул Алестер и, докурив сигарету, бросил ее на землю, а затем затоптал ее носком своего ботинка.
— Почему? — я не совсем поняла шутки.
Калэб и Коулман обменялись многозначительными взглядами, отчего я еще сильней захотела узнать ответ на свой вопрос.
— Тут все очень просто, — начал Алестер. — Лерой не тот человек, который нуждается в постоянных отношениях.
— Но Кларисса еще этого не знает, — хихикнул Калэб, закидывая себе в рот очередную конфету.
— Вот-вот. За все то время, что я знаю Лероя, у него были десятки различных женщин. Все они влюблялись в него по уши. Даже не знаю, чем этот засранец их берет. Дьявол во плоти, честное слово, — Алестер заулыбался, а меня всю передернуло от этого сравнения. Значит, не одна я заметила в Лерое дьявольское начало? — Так вот, каждая новая женщина почему-то была совершенно уверена, что именно она способна изменить нашего дорогого друга, сделать его лучше, искоренить его жестокость. И, похоже, эта Кларисса тоже в этом убеждена.
— Нужно вернуться в дом, тут холодно, — пожаловался Калэб.
— Да, тем более, нужно помочь этой бедной женщине, — согласился Алестер. — Лерой церемониться не привык, как бы скандал не разразился, ведь женское сердце такое ранимое.
— Мотылек, идем, — кивнул мне Калэб.
— Сейчас, я только докурю и сразу вернусь, — торопливо ответила я.
Мой друг посмотрел
Я сделала глубокую затяжку и блаженно выдохнула дым. У ворот появилась очередная машина с гостями. Вокруг почти никого не было, кроме охраны. Нужно решаться именно сейчас, пока Лерой отвлечен Клариссой. Как бы там ни было, но эта женщина сама того не понимая, своим появлением сыграла мне на руку.
Не думаю, что каждый охранник знает меня в лицо, а даже если и так, то дам им всем по яйцам и убегу к чертовой матери. Покоя не давали слова Алестера насчет женщин Лероя и их болезненной привязанности к нему. Должно быть, это ужасная участь — любить человека, который не способен испытывать нечто подобное. К черту Грейсона! К черту все!
Выбросив окурок, я направилась в сторону ворот. Сердце буквально дребезжало в груди, и я стала опасаться, что сейчас могу грохнуться в обморок. Нет уж, не сейчас. Сжав руки в кулаки, я чувствовала, как ногти больно впились в кожу ладоней. Меня обдало холодным ветром и на миг даже дышать стало трудно. Я подошла к воротам, у которых стояли два крупных охранника. Сейчас и решиться моя судьба, я была готова в любой момент начать оборону. Поравнявшись с охраной, я прочистила горло.
— Мое такси еще не подъехало? — зачем я вообще об этом спросила.
— Нет, — ответил один из мужчин.
— Черт, — я нахмурилась и пошагала прочь. Преступив незримую черту ту, за которой переставал существовать темный мир Лероя, мне вдруг стало невыразимо легко. Неужели все настолько просто? Нужно было всего лишь подобрать удобный момент? Как-то уж слабо в это верилось, но, тем не менее, я уже стояла за чертой.
— Мотылек! — вдруг раздался за моей спиной голос, от которого я тут же замерла на месте, будто громом пораженная.
Я медленно, слишком медленно, будто бы опасаясь, что мне послышалось, обернулась. У автомобиля, который только что въехал во двор Грейсона, стояла высокая стройная женская фигура, одетая в костюм кошки. Я моргнула и даже не заметила, что у меня на глазах выступили слезы. Недавно я дико завидовала Калэбу потому что, он способен испытывать искреннюю радость от встречи с дорогим его сердцу человеком. Теперь же я, кажется, ощутила то же самое. Именно в этот момент, стоя за гранью мира, что принадлежит Лерою, я отчетливо ощутила, что и в моей жизни есть человек, которым я дорожу. Амис… Это была Амис.
Я разрыдалась как маленький ребенок, который потерялся среди чужих людей и вот, наконец-то, нашел свою мать. Заливаясь слезами, я изо всех ног бросилась к своей подруге, но проклятый шнурок на моих мартинсах так некстати развязался и я, наступив на него, проехалась коленками по асфальту. Было больно, даже очень, но я не обратила на это никакого внимания. Тут же поднявшись, я буквально влетела в Амис и чуть не сбила ее с ног. Обвив ее шею своими руками, я уткнулась подруге в плечо и горько заплакала, навзрыд, с надрывом и диким жжением в груди от нехватки воздуха.