Мотыльки
Шрифт:
– Извините, доехали отлично, без приключений.
– Ответил Андрей, смотря под ноги, потому что взгляда врача он не смог выдержать. Теплый влажный ветер откуда-то донес отвратительные запахи помойки. Андрей поморщился. Вдалеке загромыхал гром, раскаты были не громкие, но протяжные и долгие, на рядом стоящем дереве зашумела листва. Все интуитивно подняли головы и посмотрели вверх.
– Это хорошо, что без приключений.
– Подтвердил медик. И бросил фразу в сторону санитаров.
– Ребята помогите Тане, пожалуйста.
Довольно крепкие молодые люди беспрекословно принялись выполнять просьбу Сергея
– Андрюша, завтра мне халат с тапками принеси, не забудь мой планшет, телефон и косметичку прихвати, - предупредила Татьяна Андрея на ходу.
– Да, Танюш, завтра к двенадцати буду у тебя, - подтвердил он.
Ее увезли в отделение.
– Извините, а что Вы сейчас капаете пациенту?
– Поинтересовался у Светланы друг Сергея Николаевича.
Он был высоким худощавым мужчиной с приятной внешностью интеллигентного человека, и тоже был в медицинском халате.
– Да так, ничего особенного. Полиионный раствор хлористого натрия и реосорбилакт. Там ведь есть на бутылях маркировка, - ответила, смутившись, фельдшер.
Она тоже вышла из автомобиля и теперь стояла возле Андрея.
– Это хорошо, правильно, в общем, - прокомментировал завинфекционного отделения.
– Да, на счет маркировки не подумал, извините, коллега, - признал он свой промах.
– Андрей, езжайте домой, дальше мы сами. Уже поздно, почти час ночи, отдохните, завтра утром мы Вас наберем. И не волнуйтесь, Татьяна в надежных руках все будет хорошо, - сказал Сергей Николаевич, давая понять, что встреча окончена и им нужно возвращаться в отделение.
Андрей понял. Попрощался, сел в машину вместе со Светланой и выехал за территорию больницы. Там он остановился и набрал номер такси. Потом достал бумажник и стал пересчитывать купюры в нем. Изначально он планировал дать Свете три тысячи, но покопавшись, вытащил две триста и протянул их девушке.
– Вот, Свет, возьмите, пожалуйста. Это Вам благодарность за незапланированное ночное приключение.
– Спасибо, Андрей, не нужно. Я же просто помочь хотела, - ответила она смущенно.
– Я настаиваю, Свет, возьмите, пожалуйста.
Он настойчиво протянул руку с купюрами поближе. Она вздохнула, улыбнулась и быстро взяла деньги, спрятав их тут же в карман медицинского халата.
Прошло совсем немного времени, как подъехали белые "жигули" такси. Андрей подошел к худощавому, с наколкой на левой руке, водителю. Договорился с ним за приличную сумму, чтобы тот доставил фельдшера обратно на работу. Усадив Светлану в такси и попрощавшись с ней, Андрей отправился домой.
В дороге начал накрапывать мелкий дождик, но дворники он включать не стал, решив, что так будет виднее. Андрей доехал до своей стоянки, где недавно купил у пенсионерки, соседки с нижнего этажа, освободившееся место для машины. Стоянка была недалеко от его дома, на месте гаражного кооператива, принадлежавшего офицерам-отставникам.
Зеленые обшарпанные ворота оказались запертыми. Андрей подошел к калитке и позвонил несколько раз в звонок. Он посмотрел на часы, было уже довольно поздно, практически без шестнадцати два. Через некоторое время, на шум звонка с той стороны железной калитки,
– Доброй ночи, я ваш новый постоялец. Мое место пятьдесят шестое в конце стоянки возле ямы и цистерны с отработкой, - начал объяснять Андрей, первым.
– А, белая "Тойота", кажется, - ответил дежурный скрипучим голосом.
– Сейчас, погоди. Он закрыл калитку перед носом Андрея. И шаркающей походкой удалился в свою будку. Раздался довольно громкий скрежет, ворота дернулись и с толчком отъехали до упора вправо, открыв широкий въезд на стоянку. Включился прожектор, освещающий путь во внутрь. В его лучах были видны частые стрелки накрапывающего дождя и ровные ряды спящих мокрых автомобилей. Андрей поежился, развернулся и сел в машину. Он очень аккуратно вел свой автомобиль по узким рядам стоянки до своего парковочного места, боясь зацепить кого-то в ночном сумраке.
Кое-как протиснувшись на свое место, среди узких коридоров автомобилей, он заглушил мотор, посидел какое-то время в полной тишине и сумраке, осознавая свое одиночество. И вышел, доставая свой телефон, чтобы позвонить теще и сказать, что все нормально.
Позвонив, он отчитался ей в подробностях обо всем, вышел со стоянки и в потемках, под дождем, направился домой.
Артем Валерьевич Логинов удобно расположился на кушетке, заправленной видавшим виды, синим с красными розами, потрёпанным пледом. Кушетку давно смастерили мужики из прочных деревянных ящиков и старого полутораспального матраца. Он только поужинал холодными котлетами, брынзой с помидором и серым бородинским хлебом. Ужин заботливо приготовила его супруга Марина Сергеевна, с которой он прожил почти уже тридцать пять лет. Два сына разлетелись от них, кто куда, со своими семьями.
Старший был военным и служил в воинской части на Дальнем Востоке. Иногда присылал посылки с кедровыми орехами и баночками красной икры, и раз в два года с семьей приезжал погостить к ним на месяц. Младший работал диспетчером в аэропорту, хотя он и жил с ними в одном городе, но обосновался на другом его конце, где была квартира его второй жены Насти. О себе они напоминали двухгодичной внучкой, которую молодые часто оставляли по разным причинам, а порой и просто так, чтобы самим отдохнуть от шумного, разбалованного ребенка.
В душной коморке стоял невыветриваемый смрад перегара, который оставил после себя предыдущий вахтер Виталик. Он был заядлым борцом с "зеленым змием". Уничтожал его, как говорится, по мере своих сил, хотя алкоголиком себя не считал.
Виталика привела и устроила мама месяц назад в надежде, что работа затормозит процесс его алкодеформации, разжалобив начальника стоянки. В коллективе Виталика не любили за лень, неряшливость, которую он оставлял после смены, и за поселившийся ужасный запах в коморке. Все просто мечтали, когда начальство даст ему под зад коленом. Но, работники не ускоряли этот процесс, не стучали на него, боясь испортить себе карму, хотя поводов он давал предостаточно.