Мой экстрасенс
Шрифт:
Одного Кира не учла, что ноги у нее мокрые, а пол в коридоре плиточный и скользкий. Не успела она сделать и пары шагов, как поскользнулась и так больно припечаталась пятой точкой и затылком, что первое место прострелило резкой болью, а из глаз посыпались искры.
– Ну ты даешь! – вмиг оказался Денис рядом с ней и, как тогда, в детстве, опустился перед ней на корточки. – Где болит? – нахмурился он.
– Везде, – простонала Кира, чувствуя как от боли на глаза просятся слезы и запрещая себе реветь перед
– Встать можешь? – протянул он ей руку.
Такая же – загорелая и жилистая, разве что, в кости стала пошире, как и вся фигура Дениса.
Кира вложила руку в его ладонь, и он медленно потянул, помогая ей сесть. Очень надеялась, что копчик не пострадал. Только этого ей не хватало. Пусть все обойдется ушибом мягкой филейной части, пожалуйста! – мысленно взмолилась она.
– А теперь на ножки… Вот так, умница! – помог он подняться ей на ноги и обхватил за талию. – Голова не кружится? – участливо спросил.
Вел себя Денис сейчас почти безупречно. Если опустить одну пикантную подробность – обнимал он ее совершенно обнаженную. Про такую деталь, как полотенце, Кира умудрилась забыть, как и о том, что только что вышла из ванной. Не иначе, как от удара из головы вылетели все мысли вместе с разумом.
– Мамочки! – пискнула она и рванула вниз, но он опередил ее.
Подняв полотенце, Денис протянул то пунцовой и прячущей глаза Кире со словами:
– Я хирург, и обнаженкой меня трудно удивить. Но у тебя получилось. Фигура что надо! – довольно ухмыльнулся он и показал большой палец.
Кира слушала его в пол-уха, торопясь закутаться в полотенце и даже забыв про боль. Так опростоволоситься! О чем она только думала? Вестимо о чем – о его глазах и руках и о том, что чувствовала сама, когда он ее касался. Дурдом, не иначе! Сейчас она уже жалела, что решилась на эту авантюру и не послушала старшую сестру, что уговаривала ее никуда не ездить. И лицо просто пылает от стыда, хоть беги в ванну и подставляй его теперь под ледяной душ.
– Где я могу переодеться и привести себя в порядок? – вынуждена была она посмотреть на него, хоть и все еще сгорала от стыда и неловкости.
– Пошли, провожу, – подхватил он ее сумку и направился в ту комнату, в которой Кира оказалась в первой. – Не поскользнись снова, – бросил через плечо.
Ну уж нет, второго раза не будет. Лучше она пойдет по стеночке. Да и дальше полы уже были деревянными и не такими скользкими. Кроме того, ноги успели обсохнуть.
Из комнаты, которая выполняла роль приемной, как догадалась Кира, одна из дверей вывела их в самый настоящий пещерный грот с точечными светильниками по стенам и потолку. Из этого грота вел длинный и так же освещенный коридор, по всей видимости, высеченный в скале, как и сам грот.
– Ничего себе! – замерла Кира, оглядываясь. Каменные стены переливались неровностями и местами поблескивали.
– Впечатляет? –
– И даже очень! – честно признала Кира. – Никогда такого не видела.
– Вот и будешь наслаждаться, значит, этими красотами целую неделю, – довольно заключил Денис (похвала ему явно польстила) и направился по коридору, поманив за собой и ее.
– А почему неделю? – поинтересовалась Кира.
– Потому что ровно столько длится курс у меня. Ты же для этого здесь?
– Ну да… – теперь она уже ни в чем не была уверена.
– Ну и придется тебе эту неделю играть роль моей помощницы.
– А это зачем?
– Объясню, но не раньше, чем ты оденешься. А то от твоего вида мне плохо соображается, – усмехнулся он.
На это Кира предпочла не отвечать. Ей и самой хотелось побыстрее привести себя в надлежащий вид. А о том, в каком виде недавно предстала перед ним, вообще предпочла забыть.
В конце коридор стал гораздо шире, и из него вели две двери, одну из которых и распахнул Денис.
– Это твоя комната на ближайшую неделю, – занес он ее сумку, и Кира проследовала за ним, любуясь ненавязчивым, но приятным глазу интерьером, выполненным в светлых пастельных тонах.
Крашеные в бежевый цвет стены, мебель подобранная в тон, разве что окно занавешивали темно-коричневые портьеры. Но они не портили картину, а напротив, дополняли ее ярким пятном.
– А почему ты того мужчину поселил в отдельном домике, а меня здесь? – подозрительно поинтересовалась Кира. Вот не доверяла она ему и все тут. Хоть и насильником он не выглядел, но она же помнит, как он смотрел на нее голую. А еще хирург называется!
– А ты хочешь жить с Гансом? Только скажи, я тебе это устрою, – отозвался Денис с неприкрытой иронией.
– Не хочу, спасибо! – буркнула Кира. – И почему ты его так зовешь?
– Гансом-то? Наверное, потому. Что так его зовут – Ганс Карлович. Немец он.
Денис над ней откровенно потешался, а Кира чувствовала себя все более неуютно, стоя перед ним в одном полотенце. Сама уже была не рада, что задала эти вопросы. Черт дернул ее за язык!
– Ладно, ты тут располагайся, – проявил он чудеса проницательности. – Есть хочешь?
Еще как! Голодная как волк!
– Немного, – скромно отозвалась.
– Тогда одевайся и приходи на кухню. Накормлю тебя и заодно обсудим детали. Не заплутаешь?
– Думаю, справлюсь.
– И да… – спохватился он у самой двери. – Если что, то моя спальня рядом. Ну это я так, на всякий случай, – усмехнулся и был таков.
Ладно, все вопросы она задаст Денису потом. Сейчас точно не время и не место.
Достав из сумки фен, Кира высушила волосы, а потом облачилась в сарафан – самое нежаркое из имеющейся одежды, помня, какое на улице пекло.