Мой мальчик

Хорнби Ник

– Хорошо. Приезжай около половины первого. Помнишь, где мы живем? Почтовый индекс N1 2SF, Лондон, Ислингтон, Крэйсфилд-роуд, тридцать один, квартира два.

– Англия, планета Земля, Вселенная.

– Да, – сухо ответил Маркус. Еще одно подтверждение тому, какой он простак.– Хорошо, увидимся.

Вечером Уилл пошел купить детское сиденье для автомобиля в специализированном магазине «Материнская забота», торгующем товарами для ухода за детьми. Он не собирался набивать всю квартиру детскими кроватками, горшками и высокими стульчиками, но уж если ему придется возить

людей в своей машине на выходных, нужно пойти на некоторые компромиссы, связанные с существованием Неда.

– Это половая дискриминация. – Он хитро подмигнул продавщице.

– Простите?

– «Материнская забота». А как насчет отцов?

Она вежливо улыбнулась.

– «Отцовская забота», – добавил он, думая, что шутка до нее не доходит.

– Вы первый, кто это сказал.

– Неужели?

– Нет. – Она засмеялась.

Он почувствовал себя Маркусом.

– Так что я могу для вас сделать?

– Я ищу детское сиденье для автомобиля.

– Ясно. – Они и стояли в секции автомобильных сидений. – Какую хотите фирму?

– Не знаю. Любую. Подешевле. – Он дружески засмеялся. – Что обычно покупают?

– Ну, не то, что подешевле. Людей обычно волнует безопасность.

– Ах да… – Он перестал смеяться. Безопасность – дело серьезное. – Нет смысла экономить пару фунтов, а потом вылететь в лобовое стекло.

В конце концов, видимо, чтобы сгладить свою первоначальную черствость, он купил самое дорогое сиденье из бывших в магазине – огромную, пухлую бледно-голубую ловушку, которая, казалось, будет служить Неду до тех пор, пока тот сам не станет отцом.

– Ему понравится, – сказал он продавщице, протягивая кредитную карточку.

– Сейчас она смотрится хорошо, но он скоро всю ее заляпает своими печенюшками, и чипсами, и всем остальным, чем вы там его кормите.Уилл не подумал о печенье и чипсах и всем остальном, чем он там его кормит, поэтому по дороге домой остановился, купил шоколадного печенья и пару пачек сырных палочек, все это измолотил и обильно посыпал крошками свое новое приобретение.

Глава 13

Вопреки тому, что Маркус сказал Уиллу, он не боялся оставить свою маму одну. Он знал, что если она и попытается что-нибудь такое сделать, то не в ближайшее время, потому что сейчас она все еще находится в своем странно спокойном состоянии. Его просьба о том, чтобы мама пошла вместе с ними, была просто попыткой как-то познакомить ее и Уилла, а дальше, решил он, все будет само собой. Мама у него симпатичная; Уилл, кажется, человек обеспеченный, так что они могут переехать и жить с Уиллом и его ребенком, и тогда их будет четверо, а это в два раза лучше, чем двое. И, может быть, если им захочется, они заведут ребенка. Его мама еще не слишком старая. Ей тридцать восемь. В тридцать восемь еще можно завести ребенка. Тогда их станет пятеро, и уже будет не так ужасно, если кто-нибудь из них умрет. Вообще-то, будет; конечно, будет, но, во всяком случае, тогда кто-то – он, или его мама, или Уилл, или его малыш – не останется совершенно один. Маркус еще даже не понял, нравится ему Уилл или нет, но

это уже было не важно. Он знал, что Уилл не злодей, не пьяница, не психопат, так что сойдет.

Не то чтобы он совсем ничего не знал об Уилле, напротив: Маркус его уже проверил. Как-то раз, возвращаясь из школы, Маркус увидел Уилла, который в это время ходил по магазинам, и проследил за ним до дома, как частный детектив. Кроме того, где он жил и в какие магазины ходил, выяснил он о нем не так уж и много. Но ему показалось, что живет он совсем один – ни девушки, ни жены, ни маленького сына. Конечно, если только его сынишка не остался дома вместе с его девушкой. Но, если у него есть девушка, почему же тогда он пытается закадрить Сьюзи?

– Когда этот парень за нами заедет? – спросила мама.

Они прибирали дома и слушали «Исход» Боба Марли.

– Минут через десять. Но ты ведь переоденешься, да?

– Зачем?

– Потому что ты ужасно выглядишь, а он собирается пригласить нас на обед в «Планету Голливуд» [26] .

О последнем Уилл еще не знал, потому что Маркус не успел сообщить ему. Но он знал, что Уилл точно не будет против.

Она взглянула на него:

– Почему тебя волнует, как я выгляжу?

– Мы идем в «Планету Голливуд»!

– И что с того?

– Там нельзя выглядеть как старая калоша. А вдруг тебя увидит кто-нибудь из них?

– Кто это меня может увидеть?

– Брюс Уиллис или кто-нибудь из них.

– Маркус, ты же знаешь, что их там не будет.

– Да они там все время торчат. Конечно, когда не работают. Но даже и тогда они пытаются снимать фильмы в Лондоне, чтобы ходить туда обедать.

Фиона залилась смехом:

– Кто тебе сказал?

Ему это сказал парень из школы, которого звали Сэм Ловел. Когда Маркус задумался, он вспомнил, что тот говорил ему много такого, что в итоге оказывалось неправдой: что Майкл Джексон и Дженет Джексон [27] – это один и тот же человек и что мистер Харрисон [28] , учитель французского, играл в группе «Битлз».

– Это все знают.

– А ты пошел бы туда, зная, что никого из звезд там не будет?

Конечно не пошел бы, но ей он этого не скажет.

– Конечно.

Мама пожала плечами и пошла переодеваться.

Перед тем как ехать в ресторан, Уилл зашел к ним в дом. Он представился, что показалось Маркусу довольно глупым, потому что все друг друга уже знали.

– Привет, меня зовут Уилл, – сказал он. – Мы… Я…

Но он явно не мог найти способ вежливо сообщить ей, что видел ее валяющейся на диване рядом с лужей собственной рвоты на прошлой неделе, поэтому замолчал и разулыбался.

– Я – Фиона.

Все-таки хорошо мама выглядит, подумал Маркус. Она надела свои лучшие леггинсы, свободный пушистый свитер и длинные сережки, которые ей кто-то прислал из Зимбабве, и накрасилась в первый раз после больницы.

– Спасибо за все, что вы сделали для нас в прошлые выходные. Я очень это ценю.

– Не стоит. Я надеюсь, вам… Надеюсь, что вы…

– С желудком все в порядке. Но мне кажется, я еще слегка заторможена. После такого не сразу придешь в себя, не правда ли?