Мой Север
Шрифт:
Конечно, пешим маршем значительно дольше добираться, но выхода нет. С малым отрядом, который можно впихнуть на струги, смысла идти нет. Чтобы решить вопрос с мезенским наследством, дружина должна быть сильной. Так что, будем поспешать по земле, благо весь путь по дороге можно совершить.
Только в одном месте реку надо пересечь. Вот в обговоренном месте, на левом берегу Варны, нас будут поджидать оба баронских струга и кучка более мелких суденышек из бреговского и бистрецкого маноров. Они нас на правый берег и перебросят, а в дальнейшем будут ждать, когда мы обратно пойдем.
Как
Договорились, что Кисил возьмет с собой пару голубей из замка. Отец попросил, чтобы он послал голубя с сообщением после того, как решится дело в Мезене, и у себя тоже организует голубятню. Дело не быстрое, но впоследствии предоставляющее возможность обмениваться короткими сообщениями в короткие сроки. Выходить решили завтра на рассвете. Еще раз обговорив все нюансы, барон отпустил нас готовиться к походу.
— Сержио, покажи кого привел с собой, — попросил Кисил. — А потом посидим за чаркой вина. Давно не виделись, хоть поговорим нормально.
— Я не против, пойдем глянем. Лагерь дружины прямо под стенами замка приказал разбить, — я приглашающе махнул рукой и пошел на выход. — Скоро будешь не Кисил Аристи, а Кисил Мезен?
За мной потопали Кисил Аристи и Элдор Тессен.
— Ну, если все получится, — смутился Кисил.
— Что за настрой?! — я обернулся и ободряюще хлопнул его по плечу. — Всех непонятливых взбодрим и объясним им, кто главный в мезенском Поморье.
Кисил уже более уверенно улыбнулся.
Еще на лестнице я услышал громкий разговор, а входя в Большой зал, и увидел беседующих. Беляна, супруга Кисила, у одного из узких окон (а скорее бойниц), в окружении местных дворян разговаривала с тем самым незнакомцем, которого я увидел, поднимаясь к барону. Я «притормозил» в дверях и с интересом прислушался.
— Моя госпожа, — громко и горячо говорил этот незнакомец. — Надо взять больше воинов! Изменник Корнилий собирает большую силу! По моим данным, учитывая силы тех, кого он подбил на мятеж, у него будет не меньше тысячи человек! Сотни четыре настоящих, опытных воинов: дворян, дружинников и наемников, а также порядка шести сотен ополченцев!
— Я видел, сколько с собой собирается взять Ваш муж, — продолжал голосить поморец. — Этого мало! Попросите тестя дать больше дружинников или, хотя бы, собрать ополчение!
— Филипп, — пыталась успокоить его Беляна. — Вам ведь мой супруг объяснял, что собирать ополчение некогда. Пока соберем крестьян, уже поздно будет идти в Мезен. Барон выделил дружинников и нанял наемников, а главное — с мужем идет баронет Ларош со своей дружиной. Они уже прибыли к стенам замка. Вы его должны знать. Несколько кругов назад они, вместе с нашими воинами, ходили к Китовым островам бить тилинкитов.
— Меня в том походе не было, с нашей дружиной старший брат ходил, — чуть утих поморец. — Извините, госпожа, но что мне все про этого Лароша какие-то сказки рассказывают? Ваш тесть выделяет
— За языком следи, — громыхнул басом Доналл Кедрик.
Поморец только досадливо махнул рукой.
Опа, а вот это уже — явный перебор. Мерно топая по посыпанному сеном каменному полу, я зашагал прямиком к хамоватому горлопану. Меня тут же заметили и разошлись в стороны, освобождая дорогу к мезенскому дворянину. Я смотрел только на него, не обращая внимание на окружающих. Лишь заметил краем глаза, как на все лицо осклабился Доналл.
Вплотную подойдя к Филиппу, я окинул его взглядом: одежда, пошитая из довольно дорогого материала, обильно, но безвкусно расшита узорами, на боку меч с богато украшенной рукоятью, крепкая фигура, рост — мне под подбородок и наглый вызывающий взгляд, который стал еще и насмешливым, когда он пробежался по мне. А что? Я в доспехе и походной одежде, а они, хоть и качественные, но богато не выглядят.
— Милейший, мне кажется, вы совсем не привыкли следить за своим языком, — я уперся взглядом в поморца. — Даете оценку незнакомому вам человеку… Вас научили отвечать за свои слова или это в обучении было упущено? В какой деревне дают такое воспитание?
— Чтоо?! — вспыхнул Филипп.
— Прошу, прекратите! — зазвенел голос Беляны. — Сейчас не время ссориться!
— Достопочтенная, благородный человек должен отвечать за свои поступки, — повернулся я к Беляне. — За слова — в том числе. Если своим действием или словами нанес другому благородному человеку оскорбление, то есть два выхода из возникшей ситуации: или извиниться, или доказать свою правоту на поединке.
— Сержио! — воскликнул выходящий из-за спины Кисил. — Поединок сейчас недопустим! Тем более, между союзниками.
— Поединок? — смешливо отозвался Филипп. — С чем эта орясина на поединок выйдет? С оглоблей?
— Он что, совсем идиот? — услышал я холодный голос капитана Тессена.
Меня накрыло. Я почувствовал, как кровь приливает к голове, отдавая в ушах тяжелыми ударами. Даже не учитывая мою прошлую жизнь, а только жизнь того молодого человека, каким я выгляжу на Этерре, и то, так со мной разговаривать? Я уже здесь успел пройти и Крым и рым, и не привык, что кто-то мне может так грубить.
Моя левая рука метнулась к горлу поморца, и я впечатал его в стену, крепко сжав горло и придавив большим пальцем кадык. Взвизгнули присутствующие дамы, а мужчины наоборот притихли.
— Нельзя пока выходить на поединок? — спросил я в никуда. — Только ради уважения к вам, достопочтенные Кисил и Беляна.
Лицо Филиппа налилось кровью. Левой рукой он попытался разжать мой захват, а правая рука метнулась к мечу. Ее я накрыл своей правой рукой, когда он уже схватился за рукоять. Так мы и застыли: он пыжился и пытался вырваться или вытащить меч, а я держал его за горло и кисть правой руки.