Мой воин
Шрифт:
Я молила Аполлона, чтобы вместе со своей семьей я пережила надвигающееся нападение на наш город, чтобы как можно меньше моего народа погибло, если это возможно. А еще я молилась за греков. Я молилась, чтобы они поняли, что их путь ошибочный, и вернулись к своим семьям. Дело было безнадежным, но если кто-то из Богов и мог сделать это, то только наш великий защитник Аполлон.
Я встала и подошла к Элис, тихо беседующей с одной из жриц о своих опасениях по поводу предстоящей войны.
– Простите, - обратилась я к жрице, которая, заметив меня,
Она кивнула, широко распахивая свои серые глаза, и взяла меня под руку. Мы прошли по Храму, выходя на солнце.
Мы не прошли и двадцати футов, когда услышали звон колоколов, раздающийся от ворот нашего города. Я повернулась к Элис с паническим выражением на лице. Оглянувшись на море, я почувствовала страх.
Я в ужасе ахнула. Сотни судов плыли к берегу. Цветные флаги колыхались на ветру, простираясь так далеко, насколько позволяло видеть наше зрение.
– Белла! Мы должны вернуться в город, - воскликнула Элис и развернулась, намереваясь уйти.
Я схватила ее за руку.
– Нет. Времени больше нет! Наши солдаты уже выступили, нет ни единой возможности безопасно вернуться в город! Мы должны спрятаться в Храме, - торопливо крикнула я, таща ее обратно.
Она кивнула, и мы побежали обратно к лестнице. Мы подбежали к двери, и я повернулась, чтобы еще раз взглянуть на суда - некоторые уже вот-вот подойдут к берегу. Мной овладела паника, и Элис пришлось втаскивать меня в храм.
– Давай, Белла! Мы должны спешить, - пропищала Элис, когда вокруг нас образовалось столпотворение.
Жрецы, жрицы и подручные слуги носились вокруг; мужчины, вооруженные кинжалами, направлялись к задним и передним выходам; женщины бегали по храму, пытаясь спрятаться.
Мы с Элис нырнули за одну из больших каменных колонн, которые образовывали круг внутри храма. Казалось, мы просидели там несколько дней. Я следила, как солнце сдвигало тени в комнате, пока Аполлон катил яркий шар по небу.
Я вся тряслась, слыша удары мечей, победные крики и стоны боли.
Я подпрыгнула, услышав крики мужчин слишком близко к Храму.
Они ведь не станут осквернять священное место?
Я ошиблась. Они стучали и колотили в двери, пока их не выломали. Поток яркого света хлынул внутрь, а вместе с ним и греческие воины. Я молилась, чтобы они не нашли нашего укрытия.
Я слышала страшные истории о том, что творили греки с женщинами из завоеванных ими стран. Они забирали себе женщин в качестве трофея и убивали их, когда те им надоедали. Я задрожала - уж лучше умереть, чем быть развлечением для тошнотворного
Дыхание Элис участилось, когда борьба достигла круга колонн, за которыми мы прятались. Мертвые тела жрецов лежали подле наших ног, из перерезанных глоток на пол все еще струилась кровь – даже у тех, кто не был вооружен.
Я осмотрелась вокруг и заметила большой стол примерно в восьми футах от нас. На нем была желтая скатерть, ниспадающая до пола. Я пихнула Элис в бок, и она резко посмотрела на меня. Я кивнула головой в сторону стола, но она покачала головой, глазами умоляя меня не ходить. Многозначительно посмотрев на нее, я огляделась вокруг, чтобы убедиться, что по близости нет греков.
Со стороны побережья все было чисто, и, быстро чмокнув Элис в щеку, я стала ползти к столу. Почти там! В тот момент, когда начала поднимать скатерть, я почувствовала острую боль в затылке - воин нашел меня.
Я стала брыкаться и извиваться, когда его рука, ухватив мои длинные каштановые волосы, потянула меня вверх. Я впилась своими ногтями в его руки. Мне необходимо бороться. Выйти победителем из этой ситуации не было ни единого шанса, но возможность нанести моему похитителю увечья была мне только в радость.
Я почувствовала его рот рядом со своим ухом и вздрогнула от отвращения.
– Ты, дерзкая потаскушка! Посмотрим, сколько храбрости останется в тебе, когда я с тобой разберусь.
Он развернул меня, ударив так сильно, что я упала на землю. Тут же поднеся руку ко рту, я почувствовала кровь. Волна тошноты прошла через меня, но тут же отступила, вытесненная чувством ненависти ко всей греческой армаде. Он снова схватил меня за волосы, поднимая на ноги.
– Обыщите тут каждый угол, найдите все живое, что только сможете!
Покрытый кровью загорелый мужчина кивнул и двинулся по кругу, переходя от колонны к колонне и проверяя каждую из них. Я дернулась вперед и закричала, когда увидела высокого воина со светлыми волосами, торчащими из-под шлема. Он грубо вытащил Элис из ее укрытия. Она храбро сражалась, но была намного меньше в сравнении с солдатом.
Они вывели нас под палящий зной. Вместе с другими женщинами нас выстроили возле храмовой стены, словно скот на базаре. До моего слуха донеслось громкое одобрительное восклицание, - победный возглас – застыл в воздухе… Я поняла, что мы потеряли берег.
– Джаспер! Иди сюда, - один из стражников окликнул высокого белокурого солдата. Он тут же подошел, продемонстрировав самоуверенную походку.
– В чем дело? – спросил он мужчину. Солдат наклонился ближе и прошептал что-то на ухо Джасперу. Он жестом указал в нашу с Элис сторону и тяжело сглотнул. Я знала почему. Мы обе были в одинаковых золотых ожерельях. На подвесках красовалась королевская печать Трои. Мы надевали их каждый раз, когда выходили в город или за его пределы.
Джаспер медленно кивнул и подошел к нам, в его льдисто-голубых глазах отчетливо читался холодный расчет.