Мой
Шрифт:
Артём, к слову, грустно улыбнулся на очередной мой вопрос. И промолчал. Почему-то мне не захотелось настаивать.
— Извините, — прошептала я, опустив голову.
— Забудь, — улыбнулся уже веселее Артём, потрепав меня по волосам, и неожиданно продолжил развивать тему: — Для многих девушек первый раз болезненный, но опять же, смотря как подойти к этому делу. Если секс ради секса, то большинство мужчин даже не подумает озаботиться тем, чтобы подготовить партнёршу, и подумать о её удовольствии. Так что не торопись с этим, Добровольская. Тем более парни в вашем возрасте
— А вы? Во сколько вы… ну впервые…
— М-м-м… Поздно, на самом деле, — хитро прищурился он. — В девятнадцать, почти в двадцать.
Я аж воздухом подавилась.
— Никогда бы не подумала, — пробормотала, пребывая в шоке.
— Мне некогда было бегать по свиданиям, — пожал мужчина плечами, потягивая пиво. — Я вырос с матерью. Отца не знал. Так что я с шестнадцати лет всё свободное время подрабатывал. Девушки меня попросту не интересовали на тот момент.
— Понятно, — протянула я растерянно.
Всё же он действительно идеальный! Нереально идеальный!
— А вы… ну… по любви?
Акимов одарил меня излишне серьёзным и даже каким-то тоскливым взором.
— Нет, — на это раз его улыбка вышла искусственной и кривой. — Она меня любила, а я… просто пользовался её чувствами, — отвернулся, а после вовсе поднялся на ноги. — Пойду, позвоню твоей матери, — перевёл тему. — Ты бы пока переоделась, возможно, она сейчас приедет. Не стоит ей видеть тебя в моей одежде. Надумает ещё чего ненужного.
Я же смотрела ему вслед, размышляя о том, что же произошло у него с той девушкой. Слишком уж много боли исходило от Акимова.
Если не любил, с чего бы так переживать? Или расстались не лучшим образом, а потом он понял, что всё же успел влюбиться? А она уже стала встречаться с другим.
Ох, сколько вопросов образовалось…
Только сомневаюсь, что получу ответы на них. Не сегодня уж точно.
Мужчина вернулся ко мне через несколько минут.
— Твоя мать уже на подходе, — сообщил от дверей, вертя в руках мобильник.
Я на это только кивнула и отправилась в ванную, переодеваться. А ещё не удержалась и приватизировала его футболку себе, спрятав под одеждой.
— Спасибо за всё, — поблагодарила Артёма, выйдя в коридор.
— Был рад помочь, — как-то странно усмехнулся он.
Я согласно кивнула и принялась обуваться. Накинула куртку и застыла у двери. Артём ничего не говорил, только смотрел куда-то в сторону, думая о своём. Я тоже так и не решилась ничего произнести. В воздухе витало слишком много напряжения.
Разбил тишину звонок в дверь. Мама пришла. Она перекинулась с хозяином квартиры парой предложений, но всё это прошло мимо меня. Я по-прежнему думала о той девушке. Почему-то упоминание о ней засело прочно в мозгах. Вот вроде Акимов прекрасно дал понять, что та девушка — далёкое прошлое, но я не могла отделаться от ощущения её присутствия рядом с ним. В его мыслях. Словно незнакомка до сих пор удерживала Артёма подле себя даже теперь. Наверное, потому что так и есть. И мне безумно хотелось вытеснить её, заменить собой, стать для этого мужчины тем самым центром Вселенной, каким он стал для
"А если нет?" — влезло вредное подсознание.
А вот о таком я думать не хочу и не буду!
"И всё-таки? Если не полюбит?" — в издевательской манере выдало всё тоже подсознание.
Если нет…
То и меня не будет…
ГЛАВА 5
Я тихо бесилась. И злилась. На себя.
С того вечера прошло уже несколько недель. И столько же господин учитель физкультуры меня игнорировал. Просто делал вид, что меня не существует. Даже к тренировкам приобщал кого угодно, но сам ко мне не приближался. Так я успела познакомиться со Смертиным Даниилом, Королёвым Никитой и Нечаевым Александром из 11"А". Если не было их, мне на помощь приходила Анька и неожиданно Маслов. И если с Сашей, Никитой и Данилом было легко и просто заниматься, с Анькой весело, то вот с Лёшей… Он меня доводил. Открыто и целенаправленно, пока я не психовала и не бросалась на него с кулаками. Один раз Артёму даже пришлось меня отрывать от этого смертника. А тому всё ни по чём. Как хохотал надо мной, так и продолжил.
— Артём Николаевич, а вы уверены, что её надо обучать самообороне? Она ж истеричка. Начнёт ещё на прохожих бросаться, — откровенно издевался одноклассник.
— Захлопнись! — неожиданно рявкнул Акимов, бросив на парня далёкий от дружелюбия взгляд, крепко прижимая меня к себе за талию. — А теперь свободен! — заявил следом непререкаемым тоном.
Лёша одарил его в ответ злым взглядом, но ослушаться не посмел, ушёл из зала.
— Чем больше ты ведёшься на его подначки, тем сильнее он будет давить, — уже спокойнее произнёс Артём уже непосредственно для меня, выпуская из объятий.
— Если я молчу, ещё хуже. Он руки начинает распускать, — огрызнулась недовольно. — И какая вам вообще разница, Артём Николаевич? Что вам дело до одной ученицы, которую вы даже не желаете замечать?
Не знаю, почему я стала ему высказывать, но моя обида на его игнор достигла своего апогея, а стычка с Масловым лишь добавила градус ей.
— Я тебя замечаю, — неожиданно серьёзно посмотрел на меня он. — Как и всех других учениц. Пора тебе уже было это понять.
Вот тут я не выдержала.
— То есть вы прекрасно знали о том, что я… — голос сорвался, а в глазах запекло от непролитых слёз. — Знали и…
— И что? — перебил меня Артём. — Что я должен делать, Галь? Вас здесь таких влюблённых полшколы, в конце концов. И что теперь? Я всего лишь ваш учитель, поймите, наконец. И я старше вас на много лет. Вам со сверстниками встречаться надо, а не за взрослым мужиком бегать толпой, — отчитал суровым тоном. — К тому же, — усмехнулся, — я не умею любить, медовая. Я лишь имею, запомни это раз и навсегда. Свободна, — развернулся и скрылся в своём кабинете, тем самым поставив точку в нашем общении.