Мой
Шрифт:
— Не смущайся, малыш. Хотя нет, смущайся. Всегда. Мне нравится. И не спеши взрослеть, — сделал неожиданное заявление. — Подольше оставайся такой милой и наивной. Мне нравится, — повторил.
Меня снова поцеловали. На этот раз вышло не столь нежно. Даже откровенно я бы сказала, отчего я засмущалась ещё больше, так как мимо проходили девчонки, с которыми мне сегодня предстояло отрабатывать пение в хоре.
— Зачем ты это сделал? — уткнулась лицом ему в грудь.
— Они смешно на нас смотрели, — фыркнул
— То есть… — собралась возмутиться я, но мне не позволили, тут же перебив.
— А ещё мне захотелось тебя поцеловать, — шепнул он на ухо, прижав за талию ближе к себе. — Ты против?
Кто? Я?
Да пусть целует, сколько хочет! Хоть где!
— Ещё поцелуешь? — попросила, встав на цыпочки и обняв его за шею.
— Ну, если ты настаиваешь, — протянул Артём шутливо.
А вот поцеловал далеко не шутливо. Будто душу наизнанку вывернул. Из головы мигом выдуло все мысли и сомнения. Остались лишь чувства и желание. Желание получить больше обычных поцелуев. Всего этого мужчину. В полное и безраздельное пользование. Жаль, Акимов довольно скоро остановился.
Ох как я любила его глаза в такие моменты. Когда он возбуждён до предела. Такие чёрные и бездонные с золотистой каёмкой радужки по краю.
— Тебе пора, медовая, — произнёс он хриплым голосом, подтолкнув в сторону входа. — Я за тобой заеду.
— В полпятого, — подсказала я ему.
— Договорились.
Чёрт, какая же у него потрясающая улыбка!
Смотрела бы и смотрела!
— Лина, — протянул он, улыбаясь ещё шире. — Тебе пора.
— Ага, — кивнула бестолково.
А всё потому, что этот искуситель теперь не только улыбался, но и гладил меня по щеке.
— Опоздаешь, медовая, — шепнул Артём, шагнув ко мне ближе.
— Ну, и ладно, — пробормотала я, заворожённая его голосом и взглядом.
— Неправильный ответ, нежная моя… — шагнул ко мне ближе.
Нежная?
Это что-то новенькое.
— Признайся, ты проходил какие-то курсы по соблазнению или может в школе учился с подобным уклоном?
Ну а что? Мало ли. Я вот не удивлюсь нисколечко положительному ответу. Иначе как объяснить, что меня от него так дико плющить и мысли все разбегаются, стоит только увидеть его улыбку и услышать хриплый голос?
— А ты соблазняешься? — понизил голос он, отчего у меня мурашки забегали по всему телу.
Что и требовалось доказать!
— Да-а, — отозвалась так же тихо, сама подаваясь вперёд.
И глаза прикрыла в ожидании ещё одного поцелуя, но вместо этого меня наравне с весёлым смешком подхватили под локоть и потянули вперёд, до самых дверей.
— До встречи, — щёлкнули растерянную меня по носу и втолкнули внутрь.
Вот и кто он после этого?!
Гад гадович!
Чёртов змей искуситель!
И
У-у, обломщик и динамо!
С досады даже ногой топнула.
И какие тут занятия теперь, когда я только и могу, что об одном единственном думать?
А он! Сволочь он! Вот да!
Но на удивление всё вышло наоборот. Я едва ли не лучше всех спела в хоре, хотя это совсем не мой конёк — голоса у меня чуть.
— Любовь творит чудеса, — подкололи меня девочки, одновременно смутив и заставив возгордиться.
Ещё и Акимов, как и обещал, уже ждал на стоянке, возле автомобиля, с кем-то увлечённо переписываясь.
— Изменяешь мне, да? — подкралась к нему со спины, краем глаза заглядывая в сообщения.
Артём договаривался о встрече. Но вот то, с кем он общался, удивило. С Нечаевым и Смертиным. Однако…
Правда, поразмыслить об этом я не успела.
— Всегда, — согласился со мной мужчина на полном серьёзе в тот же миг.
— Что?! — возмутилась я тут же, отстраняясь. — Акимов, ты охренел?
А этот… действительно, похоже, охренел! Потому что расхохотался!
— Видела бы ты своё лицо, — съехидничал он.
Издеватель!
— Вот ни разу не смешно, — одарила его мрачным взглядом.
— Смешно-смешно, — парировал Акимов. — Ты бы на моём месте тоже смеялась.
Ну, допустим. Но это я. А это он!
— Да иди ты, — обиделась на него, собираясь уйти.
Конечно же, мне не позволили. Вокруг талии обвилась сильная рука, а затем меня банально прижали к боку автомобиля без возможности выбраться из этого импровизированного капкана. За спиной машина, а передо мной, прижавшись всем телом, Артём. И сердце заколотилось быстрее прежнего от такой близости мужчины.
— Ладно-ладно, прости. Не буду больше над тобой смеяться подобным образом, — типа извинился тот.
— Подобным? То есть другим будешь? — уточнила я совсем офигевшая от такой наглости. — Ты в курсе, что у тебя отвратительное чувство юмора, Акимов?
— Раньше никто не жаловался, — усмехнулся он, склонившись ниже надо мной, и поцеловал меня в висок, проложив дорожку из лёгких поцелуев к уголку губ.
— Конечно, не жаловались. Им это не выгодно было, — парировала я слабым голосом.
Шарики за ролики у меня в его присутствии заезжали.
И вот не знаю, что такого смешного было в моих словах на этот раз, но Артём теперь хохотал в голос.
— Ты бесподобна, медовая, — кое-как выдавил из себя между смехом, уткнувшись лицом мне в макушку.
— Рада была повеселить, — съязвила я в расстройстве.
Возникло ощущение, что я чего-то не догоняю. Прям дурочкой себя ощутила. Противное чувство.
— А теперь подумай и скажи, как бы ты ответила на свой шутливый вопрос? — внёс неожиданное предложение мужчина.